Александр Карлин рассказал об условиях для роста и психологии временщиков

Итоги развития экономики края в первом полугодии 2017 года, в основном, положительные. Что стоит за цифрами статистики? Доверяют ли краевые власти средним показателям и каким образом лица, принимающие в крае управленческие решения, формируют для себя реальную картину происходящего? Эти и другие связанные с итогами полугодия вопросы мы обсудили с губернатором края Александром Карлиным. В дискуссии принял участие журналист "Алтайской правды" Евгений Шумилов.

Александр Карлин.
Александр Карлин. Фото: Анна Зайкова. altapress.ru

Поддержка и развитие 

— Александр Богданович, у нас неплохие показатели первого полугодия: индекс промпроизводства 106,2%, и это больше, чем в среднем по округу и в целом по России. Однако алтайские предприятия, и промышленные, и сельскохозяйственные, получают бюджетную поддержку на миллиарды рублей. А у этого ресурса есть свойство заканчиваться. Насколько устойчивы эти итоги?

— Как понимать государственную поддержку? Я ее понимаю как помощь. При этом тот, кому помогают, должен сам стоять на ногах. Государство должно помогать так, чтобы организм не потерял жизнеспособность.

Да, господдержка сельскому хозяйству оказывается весомая. Но, во-первых, за 12 лет моей работы губернатором она присутствовала всегда. Во-вторых, большинство предприятий рентабельны и без господдержки: с учетом бюджетных средств 92,3% сельхозпроизводителей работали с прибылью, без учета — около 60%.

Вчера мы были в хозяйстве "Стиль" в Поспелихинском районе. Оно получило из бюджета 10 млн рублей и за это благодарит государство. Но оно твердо стоит на ногах, и если бы этой поддержки у него не было, оно стабильно работало бы и в прошлом, и в этом году. Хотя, может быть, развивалось и не так быстро. 

"Алтайвагон".
"Алтайвагон".

— "Алтайвагон" сейчас быстро восстанавливает производство, рост за полгода в 4,5 раза — это самая высокая динамика в регионе. Между тем, это связано с запретом правительства РФ на эксплуатацию грузовых вагонов старше 25 лет. А по ряду оценок, чтобы заменить старые вагоны на новые, вагоностроителям страны потребуется три-четыре года. Затем мощности снова будут незагруженными. 

— Эта проблема выходит далеко за рамки вагоностроения и даже транспортной отрасли. "Алтайвагон" для меня — индикатор состояния экономики страны. Вагоностроители первыми получают настораживающие сигналы от рынка: у них сокращаются заказы. По крайней мере, в кризис и 2007 года, и конца 2014-2015 годов они меня в этом смысле не обманули, я от них получил сигнал.

Поэтому вопрос заключается в том, будет ли что перевозить, будет ли спрос на перевозки. В частности, какое количество угля мы будем в стране добывать, будем ли мы его экспортировать, из каких точек? У нас ведь существенная доля в структуре перевозок по железной дороге — транспортировка угля.

— Хорошие результаты у нашего сельхозмашиностроения. Но предприятия этого сектора тоже получают крупные субсидии из бюджета, что позволяет им продавать оборудование с большой скидкой. Продолжу свой вопрос: что будет, если у государства кончатся деньги?

— В Алтайском крае около двух десятков предприятий сельхозмашиностроения. А тех, которые получают поддержку по постановлению правительства №1432, всего четыре, сейчас подало заявку еще одно. И все двадцать рентабельны и конкурентоспособны. Самые-самые из них  — а их важность и значимость определяется не на региональном уровне, а в Минсельхозе и Минпромторге России - получают поддержку из федерального бюджета.

А проекты, суперактуальные для края, — "Кировец" и посевной комплекс "Фит" — мы поддерживаем еще из бюджета региона: плюс 10-процентная скидка от отпускной цены.

Для чего мы это делаем? Для того, чтобы на новой технологической основе возродить тракторостроение в Алтайском крае, создать им условия для устойчивого роста и решить связанную с этим задачу перевооружения наших сельхозпроизводителей, которые в этом полугодии направили на эти цели 3,85 млрд рублей.

Кластеры и рост

— Те, кто помнят уровень развития сельхозмашиностроения в Алтайском крае времен СССР, иной раз утверждают, что в крае его все-таки нет.

— В прошлом году на Дне российского поля, и в этом году на Дне сибирского поля были выставлены не просто демонстрационные модели - это рабочая техника. День поля — это не высокая мода для показа. Мы очень поощряем, когда технику на площадки доставляют с полей. Может быть, она не так "с иголочки" смотрится. Но для крестьянина, который собирается купить агрегат, это хороший знак.

В связи с этим хотел бы затронуть тему кластерного развития. Как я понимаю, наш кластер сельхозмашиностроения — он классический. У нас есть разработчики — три конструкторских бюро. Есть опытное производство, крупнейшая в стране машинно-испытательная станция, целая линейка производственных предприятий и дилерская сеть. Мало кто заметил, но наши сельхозмашиностроители научились продавать продукцию не одного, а нескольких предприятий: потребитель-то один. А купив оборудование, он получает гарантийное обслуживание и сервис. Вот вам кластер во всех его проявлениях.

Почвообрабатывающую технику наши предприятия поставляют более чем в 40 регионов России и несколько зарубежных стран. Процесс пошел. И в биофармкластере тоже присутствуют все эти компоненты.

На заводе.
На заводе.

— Кластер — это вроде бы от слова "гроздь". А в грозди должна быть веточка, которая соединяет ягоды. Какая связь между таким участниками биофармкластера как "Алтайвитамины" и "Эвалар"? По каким-то позициям они даже конкуренты.

— У нас есть структура управления биофармкластером, и она как раз решает вопросы координации научных изысканий, внедрения в производство, защиты брэндов и так далее. Это все не идеально, конечно же. Но кто бы мне показал идеал!

Что касается конкуренции, то ведь и каждая бабушка, которая вырастила помидоры, огурчики, морковочку, наверное, в душе мечтает, чтобы другой бабушки рядом не было. Но удивительное дело: они сходятся на одном прилавке, который им сделал Сергей Иванович Дугин, и очень мило между собой общаются. И какая-то разумная координация, а иногда и взаимодействие между ними существует, понаблюдайте.

Есть такая история: в Академгородке как-то построили здание научного учреждения. И прежде, чем обустроить к нему дороги, умный руководитель этого учреждения решил подождать и посмотреть, как к весне эти дороги сложатся сами. Если это и легенда, то красивая и умная. Когда мы создаем структуру кластера, мы учитываем объективные потребности и сложившиеся тенденции. И когда это достаточно органично и тактично, тогда и будет эффект.

Копить или тратить

— Интересно, что сбор налогов у в федеральный бюджет в Алтайском крае за полугодие почти на 24% больше, чем за первое полугодие прошлого года, в региональный - на 7%. То есть увеличение налоговых поступлений превышает темп роста экономики. Есть версия, что это обусловлено крупными прибылями банков.

— Превышение сборов связано и с ростом экономики, и с качеством налогового администрирования, в том числе, с погашением сформировавшейся задолженности. А банки сейчас консолидируют балансы, в основном, на федеральном уровне. У нас почти не осталось в регионе кредитных учреждений, которые платят здесь налоги, только некрупные. Все остальное — филиалы.

— Про Алтайский край я слышала утверждение авторитетного ученого, что наши власти проводят взвешенную бюджетную политику. Но это и критикуют: если бы занимали, могли бы больше потратить.

— Что понимать под взвешенной политикой? Не буду называть регион Сибирского федерального округа, в котором за 20 лет не была построена ни одна школа. Это ведь тоже взвешенная бюджетная политика: не тратить. И сейчас руководитель этого региона говорит, что у них еще и детских садов не хватает.

Мы в 2006-2016 годах построили в регионе 31 новую школу на 8 918 мест, реконструировали 11 на 6954 места, капитально отремонтировали с изменением условий для ведения образовательного процесса еще 153 школы на 67 695 мест. На школы мы потратили около шести миллиардов рублей, главным образом, из своего бюджета. Причем в эту сумму не включены затраты на столовые, компьютеризацию, интерактивные доски и все такое прочее.

Если же вы откроете новую госпрограмму на 2016-2025 годы, в которой предусмотрено федеральное финансирование, то там цифры сопоставимые. То есть мы за счет своих ресурсов, до принятия федеральной программы, одну такую программу спокойно, без шума и пыли, реализовали. Я это к тому говорю, что мы тратим гигантские бюджетные средства на нужды региона, и эти траты делаем регулярно и на системной основе. Это, я считаю, и есть взвешенная бюджетная политика.

Александр Карлин и Александр Ткачёв на "Всероссийском дне поля" на Алтае.
Александр Карлин и Александр Ткачёв на "Всероссийском дне поля" на Алтае.

Село и сельское хозяйство

— Крупные вложения в сельское хозяйство не оборачиваются столь же существенным ростом поступлений в бюджет от этой отрасли. Вы видите в этом проблему?

— Поэтому мы и говорим, что наши сложности с формированием бюджета во многом определяются высокой долей сельского хозяйства. Сельское хозяйство во всем мире - не бюджетообразующая отрасль. Это его историческая участь. И в этом заложен определенный смысл: каждое общество таким способом ставит препятствие раскручиваю инфляционной спирали.

Обеспечить рентабельность просто: поднять цены. Но сельское хозяйство — сфера, где поднимать цены в силу ряда причин не дают. А если не поднимать цену, что мы имеем? Низкую рентабельность. И в этом смысле наше сельское хозяйство не лучше и не хуже, чем во всех рыночных экономиках.

— А производительность труда в нашей сельском хозяйстве  — она лучше или хуже?

— Сегодня сельское хозяйство в крае, и я с известной долей уверенности могу утверждать, что и в стране в целом, демонстрирует очень высокие темпы роста производительности труда. Вы можете сами сравнить число работающих в этой отрасли и объемы произведенной продукции несколько лет назад и сегодня.

— Производительность труда связана, в том числе, с использованием науки. И вот несколько лет назад у нас стали говорить о создании агротехнопарка, в котором научные достижения могли бы проходить апробацию и передаваться крестьянам уже как технологии. Но пока, кажется, нет никаких сдвигов?

— Первые шаги мы в этом смысле сделали. Площадку в Павловском районе, где мы проводим дни поля, мы называем алтайским агротехнопарком. Посмотрите программы дней поля, и вы в них найдете, в том числе, и различные испытания — там же через дорогу опытные поля. А рядом, вы думаете, ферма просто так стоит? Через несколько лет мы уже покажем суперстадо племенных молочных коров.

— Это можно все-таки считать, скорее, только началом?

— Есть у революции начало, нет у революции конца. Площадка развивается, каждый год там появляется что-то новое. У меня есть мечта: чтобы у нас вырастили и показали высокопроизводительных животных, полученных из пробирки. Все, что там, на этой площадке, делается, мы делаем с прицелом на развитие.

— Мы можем говорить о росте в сельском хозяйстве, но при этом есть села, где нет коллективного работодателя, а у людей нет работы, живут только подсобным хозяйством.

— Я знаю села, где нет работодателя, а население не жалуется и говорит: нам его и не надо. И я не Агафью Лыкову имею в виду, тем более, что она в Хакассии процветает. Недавно посмотрел сюжет, как к ней прилетает вертолет, сгружает ей продукты, и она очень довольна. Мне кажется, многие бы хотели так жить. Но никому этого не обещаю.

Строительство. Недвижимость. Новостройки.
Строительство. Недвижимость. Новостройки.

Мифы и строительство

— В России идет спад жилищного строительства, наш регион - не исключение. Некоторые эксперты полагают, что причинами является то, что в кризис 2014-2015 годов строители брали мало площадок. Если это так, то есть ли здесь перспективы?

— Я бы это отнес к числу мифов. Темпы жилищного строительства во многом определяются спросом. Но мы же знаем, насколько увеличилась процентная ставка по ипотечным кредитам в 2015 году, и объем этого вида кредитования до сих пор не восстановился. А в Алтайском крае ипотека играла и играет определяющую роль при покупке жилья. При этом в отличие от мегаполисов, где квартиры покупают для инвестиционных целей, у нас ипотека отражает реальную потребность в улучшении жилищных условий.

— То есть ввод жилья начнет расти только с ростом потребительского спроса?

— Потребительского и платежеспособного. Это рынок. С площадками у строительных компаний нормально. Но надо понимать, что обустраивать их должен тот, кто жилье строит и продает. Во многих городах страны комплексное освоение, включая строительство детских садов, школ и много другого, полностью лежит на бизнесе. Какая-то часть затрат потом компенсируется, но не все. А наши застройщики порой как великую услугу и заслугу подают строительство ими внутриквартальных дорог. Слава богу, хотя бы не возмущаются тем, что мы заставляем их обустраивать дворы.

В целом же строительная отрасль требует очень серьезного, глубокого анализа — в первую очередь, экономического. Потому что компании, которые занимались жилищным строительством, были избалованы периодом высокого спроса. Они получали, я считаю, сверхдоходы и мало работали над выстраиванием технической и технологической модели, и самое главное — экономической модели своего существования.

— Строительную отрасль в целом поддерживают госзаказы, в частности, программа 80 на 80. А будет ли в крае программа 85 на 85?

—  Программа 85 на 85 у нас будет, мы над ней уже работаем, и я даже знаю, какие объекты в нее будут включены. В программу 80 на 80 включено 66 объектов, часть из них уже сданы и эксплуатируются, но и в 2018 году по этой программе еще придется попахать.

— Как вы относитесь к тому, что строители в городе покупают два-три небольших дома, сносят их, а потом возводят на их месте строят 15-этажку?

— Разрешение на строительство дает местная власть, и ее позиция должна быть взвешенная и ответственная. Городская власть, давая разрешение, должна смотреть, сколько новых жителей появится на этой территории, достаточно ли для них школ, поликлиник, детских садов.

Здесь мы с вами уходим в другую связанную сферу. Почему я за стабильность, в том числе, во власти? Тот, кто принимает решение, должен понимать: если он сегодня разрешает стройку, он за нее и ответит. Нет ничего более страшного, чем психология временщика. Что такое пять лет? Это миг. Мы на власть наваливаемся, оплевываем ее, прогоняем. Руководитель делает вид, что ему от этого некомфортно, а на самом деле он уже знает, куда уйдет и где ему приготовлен тенечек. Потом приходят другие. Вот я спрашиваю очередного градоначальника, почему это произошло, и я даже не только Барнаул имею в виду. А мне отвечают: это не я.

— В связи с этим вопрос. В сентябре пройдут выборы в шести городах края. Ожидаете ли вы в каких-то из них смену управленцев?

— Конечно. Я даже знаю где. Николай Михайлович Нонко же не собирается баллотироваться.

— Руководством Барнаула  вы довольны?

— Разве Барнаул становится хуже?

— Ну, лично я как пользователь…

— Нет, не пользователь. Не надо культивировать потребительское отношение к нашей столице. Вы как житель Барнаула - не пользователь, а человек, который делает все от него зависящее, чтобы город каждый год и день становился лучше и лучше. И разве мы не отмечаем динамику в лучшую сторону?

Белокуриха.
Белокуриха.

Туризм и доходы

— Со стороны администрации края мы часто слышим об успехах развития туристической отрасли. Но это, наверное, тоже не бюджетообразующая отрасль, ее сила в мультипликативном эффекте. Умеют ли у нас его рассчитывать?

— Методология статистических наблюдений у нас несколько архаичная, она во многом несет в себе родовые черты советской статистики. И все же мы можем говорить о влиянии туризма и на рост доходов, и на товарооборот. Объем платных услуг населению составил 107,8% по полугодию, а сюда входят гостиничные и досуговые услуги, услуги общественного питания. По обороту розничной торговли мы тоже чуть-чуть в плюсе: 100,2%.

— Может быть, рост товарооборота связан с тем, что жители края взяли в банках кредиты примерно на четверть больше, чем в прошлом году?

— Наверное, считать статистику за подлинную картину мира неправильно. Тогда бы мы с вами читали не Толстого и Томаса Манна, а статические сборники за разные периоды. И через них смотрели бы на жизнь. Но мы смотрим на жизнь через другие окуляры.

Зарплата и финансы

— Сейчас задержка зарплаты уголовно наказуема. Можно ли доверять официальным сведениям о долгах по зарплате? Зная об ответственности, руководители предприятий, возможно, иногда просят персонал никому не говорить о долгах...

— Не хочу утверждать, что такого нет. Но если и есть, то не больше, чем в других регионах. Вопрос о задолженности по зарплате для меня суперзначимый. Сейчас уже могу признаться, что в свое время по моему приглашению в Алтайский край приезжал генеральный прокурор (это было в 2009 году. - Прим. "СК") и мы провели мероприятия по задолженности по зарплате.

А вот этот показатель на 1 июля: 17,6 млн рублей. Только один регион Сибири с населением в 200 тыс. человек не имеет долгов. А в регионе с населением в два раза меньше, чем у нас, задолженность составляет 75 млн рублей. В регионе с населением в восемь раз меньше, 7,7 млн. В остальных субъектах округа просроченная задолженность - 78,7 млн, 57 млн, 254 млн и так дальше.

Наш результат, с одной стороны, это следствие работы властей, правоохранителей и прокуратуры. А с другой, это индикатор финансовой стабильности предприятий. У нас, например, вообще нет долгов по зарплате в сельском хозяйстве.

— Рост зарплаты в среднем по краю — 6,7%. Прокомментируйте, пожалуйста, и этот показатель.

— По уровню заработной платы динамика в крае чуть выше, чем в среднем по России - я имею в виду по номиналу. Но и по реальной покупательской способности мы имеем положительный тренд. В предшествующие 2015-2016 годы номинальная зарплата росла, но инфляция шагала быстрее. И вот сейчас произошел перелом. Номинальная зарплата составила 106,7% к аналогичному периоду прошлого года, реальная - 101,9%. Темп, на первый взгляд, малоощутимый. И все же мы остановили обеднение работающего населения.

Хотел бы еще одну табличку вам показать. Мы забыли, что Алтайский край по уровню зарегистрированной безработицы когда-то занимал лидирующие позиции в стране. А вот смотрите этот показатель по итогам первого полугодия 2017 года в разных субъектах СФО: 10,8%, 1,2%, 4,5%, 1,9% и так дальше. Алтайский край - 1,6%. Мы в лучшей половине - и это при нашей структуре населения.

— Могу предположить, что у нас сложнее зарегистрироваться в качестве  безработного, чем в других регионах. 

— Позволю с вами не согласиться: это не так.

Статистика и конкретика

— И все-таки статистические показатели - штука довольно условная. Это же средняя температура по больнице…

— Я и не пытаюсь статистикой закрыться от реальных проблем. Сегодня я сделал запись в своем блокноте, который веду по выездам по территории края. В этом году я выезжал 30 раз, и каждая поездка - это десятки населенных пунктов, это общение с конкретными людьми, конкретными трудовыми коллективами.

У каждого свои проблемы, мы стараемся их увидеть. Мы строим школы не в статистических сборниках, мы поставили за несколько последних лет 30 новых ФАПов не в безвоздушном пространстве. Мы это делаем там, где температура нам сигнализирует: вопрос нужно решать.

— Тем не менее вот и мы с вами сейчас говорим о статистических показателях, и они всегда звучат в отчетах.

— Это нужно не для того, чтобы претендовать на какие-то награды, требовать к себе отношения, как к какому-то фараону. Для чего я к этим цифрам обращаюсь? В том числе для того, чтобы понять, что мы идем в правильном направлении. Никто не игнорирует конкретных фактов и проблем конкретного человека или небольшой группы людей. Этими проблемами надо заниматься. Но заниматься, понимая проблему в целом. Это эффективнее. Хотелось бы, чтобы те, кто пишет о социально-экономических проблемах, имели навыки за деревьями видеть лес.

О чем еще рассказал Александр Карлин

О причинах роста доходов

— Росстат сейчас стал рассчитывать интересный и, на мой взгляд, правильный показатель: индекс выпуска продукции и услуг по базовым видам экономической деятельности. Что в него включено? Физический объем производства продукции сельского хозяйства, добычи полезных ископаемых, обрабатывающих производств, производства и распределения электроэнергии, газа и воды, строительства, транспорта, розничной торговли.

И вот этот интегрирующий показатель в крае составил за первый квартал 105,3%, в первом полугодии он будет примерно такой же. Во всех серьезных  соседних регионах, сравнимых уровню развития экономики, он ниже. И следствием этого является то, что рост доходов в расчете на одного жителя в крае составил 104,7%, что выше, чем в среднем по России (2,7%).

О дефиците бюджета

— Планировать профицит — это сибаритствовать. Это к тому персонажу, который лежал на диване в известном романе, это не к нам. Грамотно спланированный и просчитанный дефицит стимулирует. Как нас учат? Из-за стола нужно выходить, испытывая легкое чувство голода.

Нужно иметь дефицит, чтобы мы все были отмобилизованы. На что? На то, чтобы получить больше доходов, экономить расходы — это тоже пойдет на погашение дефицита. На крайний случай можно пойти занять у соседа. Но я в жизни не ходил за этим к соседу и ходить не собираюсь.

А я должен выстроить алгоритм таким образом, чтобы мы смогли потратить все, что заработано и получено от федерального центра. И каждый понедельник я всем стучу по головам и заставляю их сделать все, чтобы выделенные средства были потрачены. Эффективно, целевым образом, с соблюдением всех требований.

О дорожной отрасли

— Пару лет назад из шести десятков предприятий дорожной отрасли мы создали шесть. Сколько было возражающих и сомневающихся! Что мы имеем сейчас? Шесть крупных хозяйствующих субъектов. Посмотрите, какая техника работает на дорогах. Люди стали другими, и дороги становятся другими. Значит, решения эти правильные.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Смотрите также
Новости партнеров