Адвокат Куфаевых указывает на некие странности в обвинительном приговоре

июнь 18, 2013

Данная беседа с адвокатом Гарегином Егояном, который представляет в суде сторону защиты Александра и Игоря Куфаевых, состоялось при нескольких условиях. Во-первых, мы изначально обозначили собеседнику, что не имеем права своей публикацией оказывать давление на суд. Апелляция на приговор по "делу Куфаевых" скоро будет рассмотрена в Алтайском краевом суде, который, как мы предполагаем, оставит решение Центрального районного суда Барнаула в силе. Во-вторых, редакция в данном случае не выступает на стороне Куфаевых, мы вправе опубликовать и позицию следствия. И в-третьих, наш собеседник, пусть даже с помощью своих подзащитных, отвечает на все наши вопросы. Адвокат согласился, и вот что получилось.

Уборка урожая.
Олег Богданов

Зачем нужен был вексель?

— Первый вопрос напрашивается сам собой. Почему использовались вексельные схемы при реализации договоров страхования урожая между компаниями "Баск", "ЖАСО-М" и сельхозтоваропроизводителями? Уже само слово "вексель" с 1990-х годов вызывает сомнения в чистоте сделки. И что означает неоднократное движение денежных средств от страховой компании страхователю и обратно?

— Не совсем, конечно, согласен по поводу сомнительности. Векселя выпускают банки, предприятия, это предусмотрено действующим законодательством. К тому же все действия с векселями проводил головной офис компании. Нужно учитывать, что перед любой страховой компанией в ее повседневной работе возникает проблема формирования страховых резервов. В зависимости от того, сколько договоров страхования она заключила и сколько получила страховых премий, она должна сформировать такой резерв на случай, если возникнет необходимость производить выплату компенсаций в страховых случаях. Закон говорит о том, что при формировании страхового резерва учитываются не только деньги, находящиеся на расчетном счете страховой компании, но и все ценные бумаги, к которым относятся также векселя.

Применение векселя в данных взаимоотношениях возникало при подписании договора займа между страховой компанией с одной стороны и сельхозорганизацией — с другой. Что означает этот договор? Если страхователь не имел необходимой суммы для оплаты страховки, то он просто занимал эти деньги у самой страховой компании под 6% годовых. И это официально подтверждалось векселем, то есть долговой распиской. Причем в данном случае получалась двойная выгода. Во-первых, вексель помогал компании сформировать страховой резерв. А во-вторых, он гарантировал этой же компании возврат займа.

— Такие схемы используются в других видах страхования? Или это было некое ноу-хау?

— Вексельные схемы в страховании используются достаточно широко. И я обращаю внимание на то, что в эпизодах со страховой компанией "Баск" вексель имел стопроцентную подлинность. Он подписывался с одной стороны сельхозтоваропроизводителем, с другой — головным офисом этой компании. Точнее, заместителем генерального директора компании "Баск" и главным бухгалтером, а не руководителем филиала Александром Куфаевым. Ни на одном векселе вы не найдете подписей Куфаевых. Они их вообще не касались.

— Теперь, пожалуйста, поясните смысл финансовых операций, когда страховая компания неоднократно занимала деньги страхователю.

— Система взаимоотношений строилась так. В рамках договора страхования урожая аграрий должен внести на счет страховой компании некую сумму. Но денег в необходимом объеме у него нет. Тогда он имеет законное право на данном этапе занять недостающую сумму где угодно. Например, оформить кредит в банке или заем у самой страховой компании. При этом страховщик "Баск" предлагал более выгодные условия — он предоставлял займы под 6% годовых.

— Это понятно. А далее...

— Крестьянин занимает, к примеру, в "Баске" 50 тысяч рублей. Он вносит эти деньги на счет страховой компании, а после этого составляется второй договор займа с "Баском", и опять занимается 50 тыс. рублей. Причем все эти взаимоотношения проводятся строго в рамках договора, через банк и с платежными поручениями. И таким образом операции повторялись до тех пор, пока не набиралась необходимая страховая сумма. При этом по каждому договору возникают обязательства, и если вы пять раз заняли по 50 тысяч рублей — обязательства по возврату возникают на 250 тысяч.

Все эксперты, к которым мы обратились с просьбой разъяснить законность подобных сделок, указали в суде на то, что любая сделка, проходящая через банк, уже не может являться фиктивной. Это реально оформленная сделка. Да и судья в приговоре указал следующее, цитирую: "Факты неоднократных перечислений денежных средств со счета хозяйствующего субъекта на счета страховых компаний подтверждены платежными документами, а также документально подтверждены факты выпуска векселей с заключением договоров займа. Доводы защиты о том, что законом не запрещено перечисление страховой премии частями, а заключение договора займа и выпуск векселей предусмотрены гражданским законодательством Российской Федерации, обоснованны". Это 88-я страница приговора! То есть суд однозначно подтвердил, что данные операции законны.

— То есть все слова о "перегонке денег" со счета на счет...

— ...это обывательское, непрофессиональное понятие. Это обвинение оказалось несостоятельным! И вменять что-либо по данному поводу Куфаевым нельзя.

Куда смотрели фермеры?

— Вообще-то, на мой взгляд, это называется "перекредитовкой".

— В какой-то степени так. Но хочу дополнить еще один важный момент. В договоре страхования урожая, прошу обратить на это внимание, утвержденном Минсельхозом и проверенным Федеральной службой страхового надзора, обозначены конкретные условия оплаты страховой суммы частями. Первый взнос страхователь должен внести до 1 апреля текущего года. А второй и последний взносы — до 30 июня этого же года. То есть до конца посевной. А сколько они могут делать перечислений? Да хоть пять или 10, это никого не волнует. Такая схема была выбрана потому, что товаропроизводителю сразу невыгодно изымать всю сумму из оборота. Поэтому ему предоставили возможность платить частями.

— В филиале "ЖАСО-М" застраховались более 60 фермеров и хозяйств Алтайского края, в филиале "Баска" — еще 258. В их числе достаточно много известных фамилий — руководители крупных хозяйств, фермеры. Трудно подозревать их всех в том, что они не понимали смысл всей финансовой операции. Как трудно предположить и то, что Куфаевы их всех ввели в заблуждение. Меня интересует другое: как товаропроизводителю можно было на стадии заключения договоров понимать, что летом будет засуха?

— Очень просто. Договора страхования заключались в период с марта по май. К этому моменту специалистам в области сельского хозяйства уже становится примерно на 80–90% понятно, каким будет год, — урожайным или нет. Для такой оценки есть множество объективных факторов. Я не специалист в данной области, но любой агроном скажет руководителю хозяйства, достаточно ли влаги в почве, какая будут засоренность, сколько нужно вносить гербицидов, хватает ли классности семян и так далее. То есть специалисты легко дадут объективную прогнозную оценку. Именно поэтому хозяйства и начали активно заниматься страхованием будущего урожая. Они понимали, что лето грядет очень засушливое и недобор урожая может быть очень существенным.

— Но если бы засуха вдруг не случилась, что тогда? Как быть с теми же векселями?

— А что с векселями? Вексель — это фактически долговая расписка. Вексельные обязательства перед страховой компанией имели бы законную силу. И страховщик в определенный момент смог бы предъявить свои требования по погашению займа.

— По всем ли договорам возникли страховые случаи? Это было стопроцентное попадание?

— Вовсе нет. В основном хозяйства остались должны "Баску". Но где-то и сама страховая компания осталась в должниках перед страхователем. Соотношение взаимных долгов составляет примерно 30 на 70. Но проблема возникла в тот момент, когда Игорю Куфаеву не дали произвести страховые выплаты. Его арестовали 11 октября. В это время в полях еще убирают гречиху и подсолнечник. Еще нет окончательной формы № 29-СХ, по которой страховая компания получает доказательства страхового случая. Еще нет официальной статистики по потерям урожая. Но тем не менее "Баск" сделал авансовую выплату — 418 млн. рублей — хозяйствам, которые уже обратились в компанию и представили все документы, подтверждающие убытки. Головной компанией специально для этого и были сформированы страховые резервы, что было подтверждено Росстрахнадзором. Договоры были частично исполнены.

Что контролировало ГУСХ?

— Интересно было бы узнать, как все эти схемы согласовывались с головным офисом страховых компаний и с ГУСХ Алтайского края?

— Куфаевы находились в полном подчинении. Все документы и движение денежных средств в рамках заключенных договоров страхования руководителем филиала согласовывались с головным офисом страховой компании. На филиале была установлена онлайн-система "банк— клиент", позволявшая в режиме реального времени отслеживать движение денежных средств. Каждую неделю бухгалтером филиала в головную компанию представлялся отчет о поступлении денежных средств и их инвестировании в рамках договоров займа. Два раза в месяц в Барнаул приезжал контролировать филиал замдиректора по финансам. Раз в квартал проводились проверки деятельности филиала со стороны головной компании.

Почему был такой жесткий контроль? Все очень просто. Потому что филиал не являлся юридическим лицом. Он не платил налоги, не составлял отчеты в надзорные органы и так далее. Кроме того, следователь, который вел это дело, заказал экспертизу в Росстрахнадзоре. Она показала, что оплата договоров и их заключение были правильными. Нарушения выявлены только по трем договорам, где якобы нарушены сроки оплаты. Нарушения составили несколько дней. Это по "Баску". А по "ЖАСО-М" центр урегулирования убытков вообще находился в головной компании, и все решения принимались ими. Почему отвечает за это руководитель филиала — непонятно.

Но я хотел бы зачитать еще одну цитату из приговора: "Ссылка подсудимых на то, что их деятельность контролировалась руководством страховой компании "ЖАСО-М" и "Баск", так как они работали в филиалах указанных компаний, не соответствует об их невиновности. В отношении руководителей этих компаний вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела". То есть ситуация выглядит абсурдно. Руководители филиалов работали под четким руководством головных офисов, но там наказывать никого не собираются.

Что касается Главного управления сельского хозяйства, то в ходе судебных заседаний были допрошены все сотрудники этого краевого ведомства, в том числе и его руководитель господин Чеботаев. Никто из них не сказал о том, что кто-то из Куфаевых ввел их в заблуждение или обманул. Главный бухгалтер ГУСХ заявила в судебном заседании, что ничего не похищено. Пакет документов на получение компенсаций представлялся в ГУСХ непосредственно страховой компанией. Это были деловые отношения в соответствии с требованиями ГУСХ. 

В чем обвиняются Куфаевы?

— Странная получается ситуация. Суд подтверждает, что схемы не противоречат закону. Главный бухгалтер ГУСХ говорит, что ничего не украли. Свои компенсации сельхозтоваропроизводители в рамках договора страхования тоже получили. Но если никто не пострадал, а государство ничего не потеряло, то почему возникло уголовное дело?

— Однозначно судить об этом невозможно. Уголовное дело в отношении Куфаевых возбудили 10 октября 2011 года. В тот момент уже был готов проект нового федерального закона об агростраховании, согласно которому все компенсации не идут напрямую от казначейства страхователю, а попадают сначала в страховые компании. Этот федеральный закон был в итоге принят и сейчас действует. Место "Баска" и Куфаевых заняли другие компании. Они получили напрямую федеральные деньги, и… все. Сельхозпроизводители их не видели.

И смотрите, что интересно. Суд пришел к выводу, что все действия страховой компании были в рамках законодательства. Как в этой ситуации сделать подозреваемых Куфаевых обвиняемыми? Оказывается, очень просто. Вся система агрострахования направлена на поддержку сельхозтоваропроизводителя. А у Куфаевых, говорит суд, был умысел не компенсировать ущерб. Они не хотели в дальнейшем исполнять договорные отношения. И поэтому все, что они сделали в рамках договоров страхования, — видимость. У меня как у защиты сразу возникает вопрос: "Как так не хотели? Почему так решили?" На это судья говорит: "Ну они же не выплатили всем страхователям компенсации". И это действительно так. Но, извините, эти обязательства должны быть выполнены до конца года. Кроме того, они могут быть пролонгированы. А деятельность компании следственные органы прекратили в октябре.

— Почему Куфаевы как организаторы преступной группы оштрафованы почти на 500 миллионов рублей, если они в действительности, как вы утверждаете, не нанесли ущерб государству?

— Это не штраф, а удовлетворение исковых требований. Зачитаю выдержку из решения суда: "В связи с тем, что в действиях руководителей хозяйств не установлены признаки состава преступления, взыскание поступивших на счета возглавляемых ими хозяйств денежных средств невозможно". Это удивительная фраза! Для меня непонятно следующее. Во-первых, почему "невозможно"? Если установлено, что деньги украдены у государства, то, по идее, их нужно сейчас вернуть — забрать у аграриев. Но суд утверждает, что с аграриев взять невозможно, поэтому нужно взять с Куфаевых. Правда, этими же словами он подтверждает, что деньги сельхозтоваропроизводители все-таки получили. Но тогда что украли Куфаевы? Я не могу это понять и объяснить. Где ущерб? Деньги попали по назначению. А согласно решению суда получается, что Куфаевы похитили у государства 495 миллионов рублей, но они находятся на счетах у аграриев, взять их оттуда невозможно. Поэтому возьмем их с Куфаевых. Бред!

— Следуя такой логике, подозревать в мошенничестве нужно и всех руководителей хозяйств.

— А они сначала и проходили по делу как подозреваемые. Но в дальнейшем, видимо, кому-то стало понятно, что если их всех обвинять в мошенничестве, то, во-первых, это будет выглядеть совсем несерьезно, а во-вторых, что останется от сельского хозяйства Алтайского края? Ведь в этих договорах страхования участвовали практически все крупнейшие аграрии и фермеры региона. В 2011 году "Баск" в одиночку застраховал на Алтае три миллиона гектаров сельхозземель, а после того как вся эта история дошла до суда, объемы страховых площадей резко снизились до миллиона гектаров. Субсидии из федерального бюджета на агрострахование краю урезали, но крестьяне отказываются страховаться, потому что их затаскали по судам и допросам.

— Поясните еще, зачем нужно было Игорю Куфаеву привлекать для обналичивания родственное ИП? В тексте приговора этому факту уделено большое внимание. Считается, что именно через это ИП Куфаев-младший незаконно получил 57 миллионов рублей.

— Здесь идет подмена понятий с "получения агентской комиссии за выполненную по договору работу" на "обналичивание". Хочу разъяснить. Каждый договор страхования предусматривает наличие агентской комиссии. По закону, в агростраховании тарифная ставка агента составляет до 20% по уплаченному страховому взносу. На заседании руководства "Баск" было установлено, что тарифная ставка агенту компании будет составлять 6%. Агент имеет право заключать субагентские договоры. При этом количество субагентов не ограниченно. Именно по субагентскому договору Куфаев-младший и работал. Ведь именно он в основном и привлекал клиентов к страхованию. И на основании этого договора получал комиссию. Взвалить на себя одного всю агентскую работу Куфаев не мог просто физически. И изначально с головной компанией был согласован данный вопрос.

И еще. Конечно, 57 миллионов рублей — это большая сумма. Но ведь страховая компания получила миллиард рублей. Вы попробуйте собрать страховой миллиард на Алтае. А в данном случае все было прозрачно, налоги с 57 миллионов уплачены. 94% остались у страховой компании.

— У меня последний вопрос. Не все знают, что осуждены фактически пять человек, а не только отец и сын Куфаевы. Но никто из подследственных своей вины не признал. Почему речь идет об организованной преступной группе?

— А это еще более чем странно. В тексте приговора сказано, что, например, Сурина имеет высшее бухгалтерское образование и, значит, она знала и понимала, для чего реализуются эти схемы. У меня возникает вопрос — а что, в ГУСХ, у руководителей хозяйств или в руководстве компании "Баск" никого нет с высшим образованием? А если есть, то они тоже знали и понимали, для чего эти схемы существуют? Это несерьезное обвинение в отношении технических работников.

Справка

Александр и Игорь Куфаевы, а также еще три человека были осуждены Центральным районным судом Барнаула 23 мая. Им инкриминировалось мошенничество в особо крупном размере и отмывание денежных средств. Речь идет якобы о фиктивных договорах агрострахования, которые в 2010–2011 годах филиалы страховых компаний "ЖАСО-М" и "Баск" заключали с сельхозтоваропроизводителями. Возглавляли их на тот момент бывший аграрный вице-губернатор Александр Куфаев, а также его сын Игорь. Общая сумма похищенных средств составила, по данным следствия, около 500 млн рублей. Все обвиняемые получили различные наказания в виде лишения свободы от 2,3 до 6 лет.

Факт

Краеугольным камнем в данном деле является факт возврата 10% суммы долга по договорам займа и векселям сельхозтоваропроизводителями. Следствие утверждает, что 20% от полученной субсидии они возвращали страховой компании. Гарегин Егоян комментирует это так:

— Данное решение было принято руководством страховой компании "Баск", генеральным директором Черепанниковым, на рабочем совещании 2 июня 2011 года, о чем составлялся и протокол. Кстати, совещание прошло без участия Куфаевых. Протокол этого совещания приобщен к делу в суде, данное решение мотивировано необходимостью, во-первых, формировать страховые резервы для страховых выплат, во-вторых, чтобы начинать выплачивать страховые возмещения, поскольку заявления о наступлении страховых случаев начали поступать в страховую компанию. При этом сельхозтоваропроизводителей никто не освобождал от остальной части долгов. Куфаевым решение данного собрания было направлено для исполнения в приказном (уведомительном) порядке. Если оценивать период деятельности (2010 год) страховой компании "ЖАСО-М", то причины были те же. Кроме того, у этой страховой компании было более тяжелое финансовое положение, что в итоге привело к банкротству.