Три стратегии выживания
Охарактеризовать легкую промышленность региона одним словом сегодня нельзя. Предприятия сектора оказались в разных ситуациях в зависимости от специализации и масштаба.
Например, те, кто работает на рынке спецодежды и средств защиты, чувствуют себя уверенно: спрос на эту продукцию стабилен, а контракты расписаны надолго вперед. Сложнее тем, кто выходит на открытый потребительский рынок, где в условиях укрепившегося рубля резко возросла конкуренция с импортными поставщиками, прежде всего из Китая.
Илья Финенко подчеркивает, что времени на раскачку у таких производителей нет, а универсального рецепта лавирования на волнах экономической качки не существует.
Пути адаптации, по словам замминистра, делятся на три направления. Первый сценарий выбирают небольшие мобильные компании. Их преимущество — в гибкости и способности быстро переориентироваться на те ниши, которые пока неинтересны крупным зарубежным игрокам из-за малой маржинальности или узости сегмента. Задача руководства здесь — найти продукт, который невозможно легко привезти из-за границы и «задавить» демпинговой ценой.
Второй путь — производственная кооперация. Средние предприятия все чаще идут в партнерство с гигантами рынка, испытывающими кадровый голод и готовыми делиться частью непрофильных или низкомаржинальных заказов.
«Сейчас даже есть такая ситуация, что есть компании, которые маломаржинальные свои товары, на которых они сильно не зарабатывают и готовы ими поделиться, отдают на субподряд. А компании, которые берут, им этого достаточно — определенный оборот есть, чтобы год этот пережить, а там видно будет, что дальше», — описывает тенденцию Илья Финенко.
Третий, не менее значимый тренд последних лет — встраивание в вертикально-интегрированные холдинги. Процессы укрупнения, запущенные еще пять-шесть лет назад, сегодня играют роль подушки безопасности. Когда спрос падает, головная компания может перераспределить заказы между своими площадками.
Яркий пример — «Русская кожа Алтай», которая в конце прошлого года столкнулась с серьезным снижением спроса на натуральную кожу по всей стране и, как следствие, снижением объемов. Однако поддержка головной структуры помогла стабилизироваться: часть заказов была передана с других предприятий холдинга, и с начала 2026 года статистика фиксирует восстановление показателей по отрасли месяц за месяцем.
Цифры
18,8 млрд рублей (130,5% к 2024 году) превысил объем отгруженных товаров, выполненных работ и услуг в легкой промышленности края за 2025 год.
Более 11,3 млрд рублей (рост в 1,8 раза к январю-декабрю 2024 года) в том числе составила сумма отгруженных товаров на предприятиях, осуществляющих производство швейных изделий.
Индекс промышленного производства (ИПП) за январь-декабрь 2025 года составил:
- производство текстильных изделий — 97,3%;
- производство одежды — 113,5%;
- производство кожи и изделий из кожи — 59,9%.
- За период январь-март 2026 года ИПП составил:
- в производстве текстильных изделий 230,6%;
- в производство одежды 66,9%
- в производстве кожи и изделий из кожи 88,4%.
Всего в отрасли легкой промышленности занято более 4,5 тыс. человек (4,4% от общей численности работников, занятых в обрабатывающих производствах края).
При этом в производстве одежды, где в основном используется труд швеи, среднесписочная численность работников за 2025 год составила 2218 человек. Среднемесячная заработная плата — 85 878 рублей (135,2% к аналогичному периоду 2025 года).
Где ищут сбыт алтайские бренды
Отдельным драйвером для локальных производителей становится сотрудничество с крупными сетевыми магазинами и маркетплейсами. В отличие от традиционной розницы, работа с ретейлом дает гарантированный и понятный объем заказа.
Так, например, управление Алтайского края по развитию предпринимательства и рыночной инфраструктуры организует переговорные площадки между производителями и сетевиками. Хотя процесс входа на полку непрост: сети предъявляют массу требований, и путь этот занимает порой до двух лет. Однако для тех, кто его проходит, открывается стабильный рынок сбыта. При этом местные торговые сети зачастую относятся к землякам более лояльно, чем федеральные гиганты.
Параллельно происходит массированный исход в онлайн-торговлю.
Так, например, одна из компаний констатировала сдвиг в каналах продаж: если раньше 80% сбыта занимал опт, а оставшиеся 20% приходились на розницу, то теперь из этих двадцати лишь 3% — это продажи через физические магазины, а 17% уходит через интернет-площадки. Экономическая нецелесообразность содержания классического ретейла очевидна, и компания уже закрыла один из своих магазинов в центре города.
Со своей стороны, власти пытаются поддержать этот тренд через взаимодействие с крупнейшими платформами, продвигая витрину «Сделано на Алтае».
Сегодня на такой витрине на маркетплейсе Ozon представлено почти 9 тыс. товаров от 114 производителей. Регион входит в ТОП‑3 по количеству заказов и объему продаж среди всех участников федерального проекта «Сделано в России». В мае 2026 года начала работу аналогичная витрина на «Яндекс Маркете».
«Они не отвлекаются»
Кадровый вопрос остается одним из самых болезненных. Переток кадров происходит, но в основном по территориальному признаку или в погоне за более загруженным производством, так как швеи достаточно мобильны и могут трудиться на любом производстве. Предприятия закрывают неполную потребность в персонале двумя способами: одни раздают надомные заказы самозанятым мастерицам, что избавляет от необходимости раздувать штат, другие привлекают иностранную рабочую силу.
Большой пул работы предприятия проводят с трудовыми мигрантами из Индии. Их производительность, по свидетельствам алтайских промышленников, может превышать выработку местных сотрудниц до четырех раз.
Причина кроется не в разнице тарифов — они одинаковы для всех, — а в менталитете и подходе к труду. Еще один важный фактор — иностранцы приезжают сюда на вахту, исключительно ради заработка.
«У них здесь нет быта, нет семьи: они приехали, переночевали и дальше пошли на работу. Готовы в любой выходной взять дополнительную смену. Они заинтересованы в том, чтобы произвести больше, — рассказывает замминистра. — И, как рассказывают на предприятиях, во время работы они не отвлекаются практически. Очень скрупулезно, концентрированно работают. Никаких перерывов на поговорить или перекуров», — объясняет парадокс Илья Финенко.
Центры притяжения и главная угроза
Среди предприятий, осуществляющих производство одежды, крупнейшими являются: БМК «Меланжист Алтая» в Барнауле; «Спецобъединение — Алтай, УФСИН России по Алтайскому краю и др.
В целом, по оценке замминистра, отрасль прошла период турбулентности без критических падений, хотя и главный негативный фактор — ценовая конкуренция с дешевым импортом — все еще остается весомым. Илья Финенко, тем не менее, отметил, что психология собственников сегодня значит не меньше, чем рыночная конъюнктура.
«Мы постоянно поддерживаем связь с предприятиями. Кто-то заявляет, что у них все плохо, а кто-то — что все хорошо. Это больше зависит от личности руководителя, нежели от ситуации в отрасли, — подчеркнул он. — Главный негативный фактор, который сейчас есть, — это конкуренция со стороны Китая и других стран, способных завозить товары дешево. Но все относятся к этому с пониманием, осознают, что это реальность, в которой мы должны жить и работать, и что от нее никуда не деться».
