В июне жители макрорегиона взяли жилищных кредитов на 26 млрд рублей — на 45% больше, чем в мае, и на 76% больше, чем в июне прошлого года. Однако для Алтайского края главная новость — не общая цифра, а структурные изменения. Рыночная ипотека, которая еще год назад казалась заградительной из-за ставок под 30%, сегодня набирает обороты. С долей 29,8% Алтайский край делит третье место по Сибири с Красноярским краем, уступая только Кузбассу (36%) и Омской области (31%).
«В общем объеме ипотек, выданных через наше агентство, рыночная ипотека уже доминирует, — говорит директор офиса риэлторской компании «Города» в Барнауле Анатолий Захаров. — Соотношение сейчас 60 на 40 в пользу рыночной, хотя еще пару лет назад семейная программа занимала до 80%. Сначала года ключевая ставка пошла вниз, и сейчас рыночные ставки — 18–20%, а по спецпрограммам банков можно найти даже 12–15%. Это уже не “заградительные” цифры».
Эффект «убегающего поезда» и бегство от кэша
Июньский всплеск Захаров связывает с двумя факторами. Первый — ажиотаж вокруг «Семейной ипотеки». В мае многие боялись, что с 1 июля условия изменят (ставка начнет зависеть от количества детей), и бросились оформлять сделки. Хотя изменение правил отложили до октября, сам эффект «уходящего поезда» сработал.
«Май в Алтайском крае был антирекордным по продажам новостроек, — рассказывает риелтор. — У нас было падение на 45% к прошлому году. Но июнь отыграл все с лихвой — мы выросли на 55% к июню 2025-го. Клиенты просто поторопились воспользоваться моментом».
Второй фактор — бегство от наличных. Захаров отмечает, что в барнаульские офисы все чаще приходят люди, которые снимают крупные суммы с депозитов.
«В мае россияне сняли с депозитов около 550 млрд рублей, и этот тренд усиливается. Люди хотят выйти из кэша и депозитов в более твердый актив. У нас в стране это традиционно квартира. Мы фиксируем рост входящего трафика и обращений на 50–70% к прошлому году», — отметил эксперт.
Главным драйвером стали макроэкономические ожидания: клиенты, наблюдающие за постепенным снижением ключевой ставки, надеются, что смогут рефинансироваться через год-полтора. «А жилищные условия нужно улучшать сейчас, а не через год, — добавляет Захаров. — Поэтому люди перестали ждать и пошли в банки».
