Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

Ирина Алферова воспитывает приемных детей

Актриса мечтает, чтобы ее ценили не только за внешность, но и за истинно русскую душу.

Обычно наши зрители крайне благодушно принимают столичных гастролеров. Смотрят все, что показывают, апплодируют, дарят цветы и вытирают искренние слезы в момент какой-нибудь откровенно халтурной душещипательной сцены.

Но в этот раз не выдержала даже добрейшая барнаульская публика. Очень многие зрители уходили домой после первого действия. Остались самые стойкие — одни из деликатности, другие — из любви к Ирине Алферовой и уважения к Александру Михайлову. Обещанной рекламой Галины Польских на сцене не было: она играет в первом актерском составе постановки и уже объехала с этим спектаклем половину нашей страны. Ирина Алферова ее сменила.

В спектакле «Держись, Голливуд!» по пьесе американского драматурга Нила Саймона истеричная, вздорная толстая девица (ее играла незнакомая барнаульской публике актриса) приезжает в Голливуд к отцу, известному киносценаристу. Отец (Александр Михайлов) оставил семью много лет назад и сейчас меньше всего расположен к встрече с доченькой: у него тяжелый творческий кризис, отношения с любимой женщиной (Ирина Алферова) зашли в тупик. Антракт.

Чудесным образом девочка возвращает отца к жизни, и сама, оказывается, только притворяется идиоткой — на самом деле она белая и пушистая. Папаша садится писать новый сценарий. Девочка уезжает к матери. Все счастливы. Конец.

Аплодисменты и цветы все-таки были. Надо сказать, Михайлов и Алферова их заслужили. В конце концов не сами же они писали эту глупую пьесу…

После спектакля мы задали Ирине Ивановне несколько вопросов:

— Вам нравится спектакль, в котором вы сейчас играли?

— Да. Это очень добрая история. Сейчас очень мало таких пьес. Я вижу, много зрителей таких… простых. Им нравится. Я считаю, что этот спектакль — исключительно для зрителей. Он не для критиков, не для коллег. И зрителям он очень нравится.

— Вы охотно соглашаетесь играть в антрепризе?

— Какая разница? Я лично люблю анрепризу, потому что не избалована ролями. Так можно просидеть всю жизнь, прождать, прострадать. Я очень мало сыграла в своей жизни из того, что хотела сыграть. Можно сказать, почти ничего не сыграла. Мечтаю встретить режиссера, который воспринимал бы меня не только как женщину с красивым лицом. Но многие, к сожалению, видят только мою внешность. Так у меня было всю жизнь.

— И в кино? Вам ли жаловаться…

— Например, в фильме «Д'Артаньян и три мушкетера» на меня не шили костюмы, не ставили свет, со мной не репетировали. Когда надо было снимать мою сцену, на площадку не пускали никого из партнеров. Говорили: вот стул, на котором сидела Фрейндлих, обращайся мысленно к нему.

Так что антреприза для меня — возможность выразиться. Я тщательно выбираю свои антрепризные роли, они все разные, интересные, партнеры у меня просто потрясающие.

На эту роль — честно скажу — я согласилась из-за Михайлова. Потому что партнеры для меня — это, знаете, как коллекция какая-то, которую собираешь. От таких партнеров не отказываются. Он меня уговорил. Он мне очень интересен и как человек, и как личность. Он такой вот: актер и в то же время не актер. И я его очень хорошо понимаю. В этом спектакле нужна такая краска, моя актерская индивидуальность…

— Хм…

— Хм? А вы видели спектакль «Все проходит» Дмитрия Астрахана, который мы привозили к вам? Там мы играли вместе с Александром Абдуловым. А вы видели фильм, который потом сняли по этой пьесе? Там играли другие артисты — и фильм получился ужасный, холодный, некрасивый… Играют плохо.

— Вы общаетесь с Александром Абдуловым?

— Конечно. Ничего себе — не общаться. Мы дружим. Что ж зачеркивать свою жизнь, какой бы она ни была. Она и так короткая, еще взять и сказать себе — «а вот этих лет у тебя не было!»

То, что он был моим мужем… Мне даже слова «муж» — неприятно, я говорю «близкий человек». Мне нечестными кажутся брачные отношения. Посмотрите на наши семьи… Мужчина — и в 60 лет орел, а женщина в этом возрасте — уже бабушка. Это ужасно, что мужья должны терпеть старых жен. Я понимаю, что нельзя бросать этих женщин. Но, с другой стороны, как же мужчинам жить?

— А женщинам? Вы совсем не феминистка.

— Нет. Я считаю, что женщина должна быть слабой, слабой рядом с сильным мужчиной…

— Любимым мужчиной.

— Я всегда думала, что любовь может быть только одна. В школе, естественно, мальчики ходили за мной толпами. Я принимала приглашения на свидания, но дотронуться до себя не разрешала. Была очень правильной девочкой.

Одной-единственной любви, к сожалению, не получилось. Я поняла, что так бывает очень часто, но сначала мне пришлось мучиться и страдать. Хотя я люблю страдать. Через страдания понимаешь свои ошибки и становишься лучше.

— Странно слышать от вас такие печальные слова…

— Да нет, не печальные. Просто жизнь достаточно тяжелая, особенно у нас в стране. А у меня — тяжелее, чем у других. Я очень русская женщина, более русской не бывает. По природе, по тому, как я живу, всем помогаю, всех спасаю, всех тяну, а сама… Моя жизнь достаточно тяжелая.

Люди часто говорят, что они счастливы. Я тоже могу так сказать. Какие-то проблемы — но они у всех возникают. Просто жизнь из них состоит. Надо решать эти проблемы и радоваться. Все хорошо. Все хорошо… когда бы не было так плохо.

— Получается, счастье не зависит от красоты?

— Не зависит. Нет, конечно. В чем-то легче, но… Во-первых, я не считаю себя такой уж красивой. Это не красота внешняя — если какой-нибудь физионогмист разберет мое лицо, он ничего особенного не увидит. Вы понимаете, это внутреннее состояние. Я с этим состоянием родилась. С любовью к миру, к людям… Я живу очень по-христиански… Видимо, это от сибирских корней идет — я родилась в Новосибирске. Это рядом. Барнаул, Кемерово, Новосибирск, Омск, Томск — все это, я считаю, моя родина.

Так вот, я хотела сказать, что чудес-то не бывает. Меня очень удивляет, когда мне говорят: «Вы живете не так, вы не знаете наших проблем…» Я живу так же, как и вы. Все дело в том, что у меня есть душа, есть совесть. Нахалам хорошо — они делают то, что им нужно, и ни о ком не думают. А я так не могу, я думаю обо всех близких… У меня вот дети появились приемные, всех надо воспитать… Побаловать их.

— У вас приемные дети?

— У меня много детей. Последнего взяла, племянника, когда сестра умерла. Я с тех пор цветы ненавижу — они напоминают мне похороны. У сестры весь гроб был завален цветами. Племянник сейчас заканчивает школу, потом будем в институт поступать…

Это тоже достаточно тяжело. Ведь всегда кажется, что ты лучше знаешь, что нужно ребенку, чем он сам. Чего я только не делала, чтобы моя дочь не стала актрисой. Я сдела все, чтобы она закончила юридический, работала в фирме, получала большие деньги и была счастлива в этом смысле. Я это сделала. А она все бросила и стала артисткой.

— Для вас важно, что о вас думают?

— Ничего плохого я в жизни не сделала. А если иногда грешу, то потом мучаюсь и сторицей искупаю. Мне стыдиться нечего.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Рассказать новость