Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

От заката до рассвета

Корреспондент «КП» с 9 вечера до 6 утра ездил по Барнаулу на такси — водитель взял его с собой на ночное дежурство. Если смотреть на город глазами таксиста, можно увидеть много интересного. В ночном городе, как в театре, разыгрываются маленькие трагедии и комедии, люди плачут, смеются, любят и ненавидят друг-друга, решают свои проблемы, тратят и зарабатывают деньги… Все это — в нашем репортаже.

21 час. 30 мин. Кого же кормят ночи?

— Кто возьмет Булыгино? Кто возьмет Булыгино? — требовательно вопрошал голос диспетчера из рации таксомотора.

— Я возьму, — говорит Сергей, хозяин этого таксомотора, и выезжает на заказ. Он согласился всю ночь возить меня по городу.

Мы летим мимо фонарей и красивых ночных световых реклам. Меня одолевает романтика, а водилу — скука: от центра до Булыгино далеко, а уж до утра, то есть до окончания смены, еще дольше. Но таксиста, как и волка, кормят его «резиновые» ноги.

Работу таксиста точно не назовешь сахаром. Ежедневно нужно выполнять доведенный фирмой план, тратить деньги на запчасти и бензин, и только то, что после этого остается, является заработком. Плюс к тому — экстремальная среда: у таксистов даже есть специальный позывной на случай ЧП, и если позывной зазвучит в эфире, то к пострадавшему тут же слетятся таксомоторы со всего города. Одни не выдерживают ритма работы, других отговаривают жены, которым не нравится, что мужья колесят по ночам. Но те, кто остается, точно не бедствуют. Таксист всегда считался «богатеньким буратиной», и это утверждение верно и поныне…

— О-на! Жмурик, что ли? — Сергей резко тормозит, сдает назад и освещает фарами мужика, скорчившегося около дороги. От яркого света тот начинает вяло шевелиться. — Слава те господи, алкаш! Я вот так однажды труп нашел. Теперь каждый пьяница жмуриком кажется.

22 час. 00 мин. Отцы и дети

На Булыгино нас ждут неосвещенные улицы частного сектора и пьяный в стельку здоровяк с мальчиком лет двенадцати. Мужик мешком ввалился в такси, мальчик скромно затаился рядом и начал тихо всхлипывать.

Пока едем на другой конец города, мужик вместе с радио орет песни во всю глотку, прерываясь, чтобы подбодрить пацана: «Ты, братан, на меня не обижайся!» Наконец, «дядя» напелся, но, протерев глаза, начал подозревать, что его везут не туда и по этому поводу решает вести разборки с Сергеем. «Папа, папа, не надо, мы правильно едем," - успокаивает его мальчик, еще больше плача. Папаша дает сынку подзатыльник, мол, тебя никто не спрашивает, но все же узнает освещенную фонарями дорогу и засыпает.

Возле своего подъезда проснувшийся папаша долго не верит в то, что он не заплатил за проезд. Минут за десять сынок убедил-таки отца, что надо рассчитаться, тот ругаясь расплатился и вывалился из такси.

— Если бы он стоял на дороге, я бы его никогда не подобрал, — комментирует ситуацию Сергей. — Таких клиентов издалека видно. А тут — вызов на дом, хочешь не хочешь, вези.

— И часто так?

— Почти каждую смену. Некоторые, проспав всю дорогу, начинают возмущаться, зачем их сюда привезли.

Мы возвращаемся в центр города и встаем на прикол в ожидании очередного заказа. Рядом с нами стоят еще пара такси.

23 час. 00 мин. «Рыбное место»

Почти у каждой таксофирмы есть свои места ночных стоянок ожидания вызова. И по негласному закону машины конкурирующих фирм не имеют права на них стоять. Эти места выбираются на пересечении крупных автодорог, в наиболее людных местах с обязательным условием — прием радиосообщений от диспетчера должен быть идеальным. Кстати, конкуренция есть и среди таксистов одной фирмы: за самый выгодный заказ, и надо очень быстро откликнуться на запрос диспетчера, чтобы его получить.

— Надо было тебе не в будний день, а в пятницу или субботу со мной в ночь ехать, — обращается ко мне Серегей. — Вот когда веселуха наступает! Народ за неделю упаривается нa работе и в выходные начинает по клубам, барам и саунам расслабляться. Чего только не насмотришься.

Но и в будний день ночной воздух-вампир насыщен адреналином и вытягивает наиболее активное и денежное население из душных комнатушек, чтобы ненавязчиво высосать из горожан застоявшуюся энергию и залежавшиеся купюры.

— Слышь, шеф, возьмешь светильник дешево? — зашипел вдруг в приоткрытое окно невесть откуда возникший персонаж непонятного возраста с шальными глазами.

Сергей зло выругался, и персонаж растворился так же быстро, как и появился.

— Нарки взяли моду приходить на таксостоянки и предлагать всякую ворованную дрянь. Передавил бы всех, как тараканов!

— Кто возьмет Молодежную? — резанул воздух диспетчер.

— Я беру, — быстрее всех среагировал Сергей, — через две минуты подам!

23 час. 45 мин. «Пайлот — есть ОК»

— Ну и набрались парни! — это первое впечатление от троих «молодежных» клиентов, которые, усевшись в такси, начали общаться между собой на смеси английского, русского и еще одного, неизвестного, языка.

— К Сбербанку на Комсомольском! — скомандовал один из троицы и вновь затарабарил по-своему.

У Сбербанка самый трезвый направился к банкомату и долго с ним «колдовал» и о чем-то беседовал.

Наконец, он уселся в такси и нам снова скомандовали: «К «Пилоту»! Только быстро! («Пилот» ночной клуб на ул. Пролетарской — Прим. авт.).

— О, «Пайлот»! Вау, вау! — зацокали языками другие двое. — «Пайлот» есть о’кей.

— Ну, быстро так быстро, — буркнул Серега и рванул тачку так, как его коллега в «Такси» Люка Бессона, и мы до самого клуба не отлипаем от спинок сидений.

Пассажирам такая езда, видимо, понравилась. Вышедшие из машины сначала аплодировали шоферу, а затем жестами и обрывками русского объяснили, что у них тоже есть один хороший шофер, который, как и Серегй, быстро ездит. Зовут его Микка Хаккинен. (Микка Хаккинен — выдающийся финский автогонщик -Прим. авт.).

— Да это финны! — осенило нас.

— Пока, тиккурилы! — крикнул вслед горячим финским парням Сергей, но те уже перевели свое внимание с машины на клуб и с тем же «Пайлот» есть о’кей» потопали к его дверям.

— Финны — первые иностранцы, которые мне понравились. — У Сергея явно повысилось настроение. — Обычно «иномарки» — жуткие зануды, им все мерещится, что их нагревают здесь на каждом шагу. Хотя, может, это так и есть.

0 час. 30 мин. Прикладная психология

— Куда ехать-то? — не выдерживает Сергей и поворачивается к девушке, вызвавшей такси к одному из летних кафе и вот уже три минуты молча сидящей на заднем сиденье.

— Не знаю.

— А кто знает?

— Никто. Пока прямо езжай.

Медленно едем прямо. Минуты через три девушка достает мобильник и пытается выяснить у какого-то Андрея, где тот находится и когда приедет домой. Не получив ответа, начинает плакать навзрыд.

— А сейчас куда ехать? — хмурится Сергей.

Сквозь плач:

— …домой…

— Да куда домой-то?

— На Солнечную.

— А на Солнечной дом какой?

Девушка нервно, но уже переставая плакать:

— Езжай, я покажу. Мы с мужем туда недавно переехали, я адрес забыла.

Еще через две минуты клиентка внезапно обращается к нам с вопросами: «Почему парни сначала хорошие, а потом такие козлы?», «Почему надо доводить свою девушку до обморока?», «Почему все в жизни так плохо?» — и так далее в том же истеричном духе.

Сергей спокойно и популярно начал говорить страдалице «за жизнь», «за козлов», «за семейные отношения», да так, что та начала даже посмеиваться.

Завершает поездку звонок на ее мобильник: выясняется, что Андрюха уже вернулся под семейный кров и с нетерпением ее, ненаглядную, дожидается. А она-то, бедная, вся извелась, пока доехала до дома. Бросив деньги, не дождавшись сдачи, девушка рванула к подъезду, рискуя сломать либо каблук, либо ногу.

— И не такие приколы случаются, — смеется Серегй. — Такси ведь — словно пассажирский вагон, люди видят меня в первый и последний раз и делятся со мной, как с соседом по купе, своими семейными проблемами, спрашивают совета. Хорошо, когда простые жизненные ситуации. А то недавно меня девчонка одна тормозит, вся взъерошенная, заплаканная. Просит, чтобы до милиции довез — ее только что-то ли изнасиловали, то ли хотели изнасиловать. Деньги, говорит, завтра отдам, запишите адрес, а потом спрашивает, «Что мне делать?» Ну и что я ей скажу?

1 час. 30 мин. «Сиеста»

Немного покатавшись по городу и не получив заказов, мы сделали полуторачасовой перерыв. Почему именно в это время? Сергей по опыту знает, что часть клиентов уже довезена до дома, а другие еще веселятся в клубах и барах и начнут «рассасываться» только после трех часов ночи. Поэтому с 1.30 до 3.00 для большинства таксистов — «мертвый сезон». В это время многие из них закусывают и отдыхают в двух местах: в районе железнодорожного вокзала вокзала и на перекрестке улиц Попова и Энтузиастов, возле круглосуточно работающих киосков. Мы отправились на перекресток.

Здесь уже ужинали (или завтракали?) водители различных таксофирм города: «Рось», «Сибирское такси», «Вираж» … Водилы покупают чай, бутерброды и кто как пережидают ночную «сиесту»: дремлют на откинутых спинках сидений, делятся последними новостями. Сюда же подвозят на машинах девушек известной профессии, которым в силу больших физических нагрузок тоже надо подкрепляться. Они с усталым видом берут продукты, перекусывают в машине, и их увозят на продолжение работ. Периодически на перекресток заглядывают продавцы дешевого, ворованного с предприятий бензина.

Заказов в это время поступает действительно мало, да и те быстро разбирают. В общем, мертвый сезон и можно дремать. Мне же почему-то не спится и я досаждаю Сергею вопросами, на которые он сквозь сон, вяло, но отвечает. Вот так, слово за слово выясняю кое-что про пресловутую вокзальную мафию. Слыхали про такую?

А, может, и сами сталкивались. Выходишь из вокзала — навстречу водилы: «Куда едем?» Да если бы просто спрашивали! Так и норовят сумки из рук выхватить и чуть не силком усаживают в авто, чтобы довезти до дому. А если удается прорваться сквозь частокол этих прилипал, то еще долго чувствуешь спиной их презрительные взгляды. Это и есть частники, которых таксисты называют «возальной мафией».

В их ряду почти не бывает автомобилей известных таксофирм города. Объясняется это просто: «чужаки» выживаются с этого прибыльного пятачка (то колесо им проколят, то крылья поцарапают). Многие из завоевавших место под вокзальным солнцем не имеют лицензии на перевозку пассажиров и, соответственно, не платят налоги. Зато они имеют «крышу» — кто от криминальных структур, кто от структур охраны порядка — и чувствуют себя на этой золотой жиле вполне уверенно и спокойно.

Легальные же таксомоторы, как девчонки скромно стоят в сторонке и довольствуются теми клиентами, которые сумели просочиться сквозь невод братвы, хотя цены на перевозки у таксистов заметно ниже.

Ответные меры на пакости в отношении своих автомобилей таксофирмы пока не делают — лучше худой мир, чем хорошая война. Но и соглашаться с существующим положением дел далее не намерены, а потому прорабатывают возможные варианты ответных действий.

3 час. 00 мин. Охота на клиента

За разговором полтора часа пролетают незаметно, и, выпив двойного чая, мы вновь едем по спящему городу.

По рации таксисты передают друг другу последнюю новость: на перекрестке улиц Попова и Петрова белая иномарка брюхом села на трамвайную линию.

Мы как раз проезжаем мимо пострадавшей машины.

— Вот на этих рельсах постоянно бьются иномарки, — говорит Сергей. — Ночью они летят, как угорелые, ни фига на дорогу не смотрят.

Заказов совсем нет, поэтому наше такси объезжает все «рыбные» точки — клубы, бары, дискотеки. Возле каждого увеселительного заведения уже толпятся в ожидании пассажиров по шесть-семь таксомоторов. Нам везет — около того же «Пилота» мы прямо на глазах таксистов с лета увели клиента, только что вышедшего из клуба. Еще несколько одиноких прохожих подсаживаются по пути, но чувствуется, что смена подходит к концу.

Светает, на линию выходят рейсовые автобусы. Барнаул начинает просыпаться.

Ночная смена прошла довольно удачно и спокойно. У Сергея остался один вызов, заказанный еще накануне, — к 7.00 в аэропорт. После поездки он вернется домой, отдохнет до обеда и с 15.00 вновь будет за рулем.

Евгений ВОРОНИН.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Рассказать новость