Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

Мнение. Ломать старые дома в Барнауле — это как бабушку обидеть

История со сносом в Барнауле двух старинных домиков ради строительства нового здания прокуратуры — это не только повод повозмущаться, но и задуматься, а почему в нашем городе так легко исчезают старинные дома, вырубаются лесные массивы, отрезают парковые зоны или втыкают в историческую застройку какие-нибудь непонятные здания с медными тазами на крыше.

Усадьба купца Михайлова на пр. Социалистическом.
Усадьба купца Михайлова на пр. Социалистическом.
Дмитрий Лямзин.

Тут в пору истерично закричать: «Да что же мы за люди такие?», расплакаться от бессилия и убежать дуться на всё и вся.

С прокуратуры чего возьмешь? Это место выбивал для нее прежний прокурор, который поработал в Барнауле да и уехал в другой регион. А новый разве будет спорить — есть место, надо строить. Ну и что, что там какие-то старенькие домики, для прокурора ведь Барнаул — не родной по должности, для него прокуратура родная. Куда пошлют, там и родина.

А родина ли Барнаул всем нам? Мы с вами как к нему относимся?

  • Вот те, кто разрешают сносить, что ни попадя, они вообще любят наш город? Кто сидели и решали — вот этот старый дом памятник, а этот — нет. И голосовали в краевом парламенте лишить будущего какого-нибудь краснокирпичного старичка. Отложено пристрелили его, так сказать.
  • А те, которые подписывали разрешение на валку барнаульского бора под застройку? Они наши или чужие?
  • А которые просили разрешить им спилить лес или снести старенький домик под свой новенький? Они как относятся к Барнаулу, по-сыновьи?
  • Или те, которые против всего перечисленного выше, но зато без зазрения совести растянут свою рекламу на каком-нибудь памятнике или через весь проспект и радуются. Эти любят Барнаул?
  • А которые дадут распоряжение изуродовать черным керамогранитом красивейшее здание в центре или вообще забить сайдингом редкий кирпичный дом. У них есть хоть толика светлого чувства к нашему городу?
  • А те, которым перепало счастье жить в таком архитектурном памятнике, вдруг втемяшили себе в голову, что старинный балкон на красной линии ну не может быть прекрасен без их городушки из жести, стекла и черной резинки. У них эта любовь имеется?
  • Про разукрашенные покрышки во дворах и стаю жутких лебедей на трубе я вообще молчу.
Андрей Никитин.
Андрей Никитин.
Анна Зайкова

И все мы любим наш город так, что смотреть стыдно. Порой хочется взгляд на что-нибудь лучшее перевести — на что-то старое, настоящее, с красивой кладкой и духом истории твоего родного места. Глядь, а его уже нет — стоит затянутый тряпкой погорелец или вовсе снесен.

Знаете, на углу площади Октября и проспекта Калинина есть единственная уцелевшая елка (дальше идут уже калининские ели, а эта хоть бочком, но площадь задевает). Вот на нее я люблю смотреть. Пережила такой лесоповал! Но вместе с тем страшно за нее: ведь кругом же мы ходим. Того и гляди: или спилим, или сломаем, или украсим до безобразия какими-нибудь фигурками из пластиковых бутылок.

Да, а эти старые домики — как бабушки. Они уже одряхлели, не такие красивые и стройные, как новенькие многоэтажки. С ними сложно. Они, может быть, кому-то мешают. Но одни из них — заслуженные памятники, которых трудно обидеть, только попробуй. А другие — нет. И часть из таких — незаслуженно незаслуженные. Смотришь на них, там под слоем краски-штукатурки в вычурных изгибах кладки спрятана история твоего города, как в бабушке твоей — история семьи.

А если бабушка ничья. Ну не осталось у нее никого. И вот кому-то она помешала. Так ее же обидеть легче легкого. И дом такой легко пустить под слом.

Старый заброшенный памятник архитектуры.
Олег Богданов

Но чтобы бабушку не обидели, есть в нашей стране все-таки какие-то законы, есть те, кто на страже этих законов должен стоять. Та же прокуратура, например.

А вы видели, сколько у нас с вами всего отрезали, сколько всего как попало понастроили, сколько спилили и прочее? А кто должен был все это время наблюдать, чтобы не трогали? То-то. Сейчас они построят себе высокий дом и будут с него наблюдать. Еще зорче.

В Барнауле продолжается опустынивание Красноармейского проспекта

А на самом деле для домов, как и для бабушек, должны быть свои законы. И главный — генплан города. И тот, кто может хлопнуть по столу и сказать — нет, так у нас в городе не пойдет. Потому что есть генплан. И это, наверное, главный архитектор. Ну или еще какой-то важный человек, которому мы, все горожане, доверим право следить, чтобы бабушек наших краснокирпичных или бревенчатых злые хулиганы не обижали, чтобы сосны в лесу вандалы не валили гектарами, а прочие украшатели на трубах что попало не ставили и балконы исторические вернули в прежний вид.

А раз такого нет, то в Барнауле творится тот самый бардак, которым славится квартал между улицами Песчаной и Партизанской. Знаете же, как там территория застроена была в 90-е? Вот вроде такой хаос в строительстве других кварталов удалось победить. Но в целом с градостроительством в нашем городе, с охраной памятников, парков, лесов и скверов — все еще бандитские 90-е. Бандитов нет, а мысли те же.

И вроде бы каждый из нас все-таки любит город. Нет, правда, каждый же из любви все это делает в строительстве, озеленении и благоустройстве. Но любовь эту надо все-таки упорядочить уже. И поставить смотрящего. Ну, а как его еще назвать, если 90-е все еще в головах.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Комментарии
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Расскажи новость