Экономика

«Переработчики в очереди стоят». Как барнаульский юрист построил бизнес на сортировке мусора и сколько он на нем зарабатывает

36-летний гендиректор барнаульской фирмы «Белун» Алексей Свечников по профессии юрист. Но вместо заседаний в судебных процессах он выбрал особый бизнес, построенный на сборе и переработке вторсырья. Не жалеет. «Мне приятно наводить порядок там, где я живу, я засыпаю со спокойной совестью», — говорит он. Он побывал в гостях редакции и рассказал, как построен этот бизнес, почему он так важен для человечества и что давно пора сделать, чтобы не утонуть в отходах.

Алексей Свечников.
Алексей Свечников.
Елизавета Кононова.

Бизнес и спорт

— Алексей Геннадьевич, идея использовать вторичные ресурсы старая — помню, что в советское время в газетах даже была рубрика «отходы — в доходы». Но нельзя сказать, что эту идею подхватило много бизнесменов. Вас-то что вдохновило?

— Закупом макулатуры занимались знакомые — у них получалось неплохо зарабатывать. Я тоже решил попробовать. На свадьбу (а это было 15 лет назад) нам с супругой подарили около 130 тыс. рублей. Я принял решение пустить их дело.

Другие мои знакомые в то время продавали небольшой механический пресс с червячной передачей — старый, допотопный. Я купил его, поставил на ул. Промышленной, 100 — там, в районе элеватора, была моя первая площадка. И начал работать.

— В чем заключалась работа?

— Вызывал грузовое такси «Фрегат», приезжал на «Теплый рынок», покупал у предпринимателей макулатуру и упаковочную пленку. Сам загружал их в газель, сам выгружал, сортировал, прессовал и отправлял на переработку.

Помню, что макулатуру сдавал в представительство «Алтайкровли» в Барнауле, на ул. Цеховой, 48е. Вот с этого и началось. Сейчас все острые углы сточены, все подводные камни изучены, на все мели, которые были, сели. Уверенно двигаемся вперед.

Уборка мусора.
Altapress.ru

— А что сейчас с бизнесом тех ваших знакомых, которые занимались сбором макулатуры?

— Двое их трех закрылись.

— Я тоже знаю подобные бизнесы, которые закрылись. Помню, в Топчихе было предприятие «Дело-А», которое из ПЭТ-бутылки производило черепицу. Сначала бизнес хорошо пошел. А теперь ликвидирован. Почему, как вы думаете?

— Не могу сказать за других предпринимателей. Как я понимаю, любой бизнес можно развивать, а уже масштабированный — привести в негодность. У меня был знакомый, который лет 20 назад занимался реализацией на рынках мешочков — простых фасовочных мешочков. Приносил рулон и продавал их торговцам. Сколотил неплохой капитал, купил, насколько я помню, две квартиры и только потом ушел.

Бизнес в этом смысле не отличается от спорта. Один человек становится олимпийским чемпионом, другой бросает это дело, потому что ему лень лишний раз отжаться. Так и в бизнесе. Кто-то, получив первую прибыль, вкладывает ее в развитие. Другой человек бежит в ресторан и тратит ее, а завтра уже не может работать — нет оборотных средств. Но это, конечно, предположение.

Алексей Свечников.
Елизавета Кононова.

Качество и деньги

— За счет чего вырос ваш бизнес? Я видела информацию, что годовая выручка вашего предприятия (около 15 работников) — около 40 млн рублей.

— Сейчас, наверное, даже больше. После того, как я начал это дело, я понял, что рынок есть не только у гофрокартона и пленки, но и у ПЭТ-бутылок, пластика и других вторичных ресурсов, поэтому расширил ассортимент.

Кроме того, я увидел, что можно продавать дороже, если повысить качество ресурсов. Тогда я начал сортировать отходы, доводил качество до идеального — соответственно, мог продавать их по более высокой цене.

Затем начал покупать сырье у конкурентов. Рост объемов позволил больше зарабатывать, приобрести новое, более современное оборудование.

— Власти довольно часто говорят о том, что переработка вторсырья нам очень нужна: чем больше будем использовать вторично — тем меньше зароем в землю. Вы получили на развитие какие-то бюджетные гранты и субсидии или льготные кредиты?

— Нет, государственных денег я не получал — все деньги, которые вложены в производство, заработаны в бизнесе. Муниципалитет помог мне получить участок и помещения на территории поселка Южный.

Помещение, где, насколько мне известно, раньше хранился автопарк завода «Ротор», было заброшено. Мы привели его в порядок, организовали там площадку временного хранения и пункт закупа вторичных ресурсов.

Эта площадка получила много положительных откликов от населения Южного. Жители привозят нам вторсырье, получают оплату. Мы начинали с 500 рублей в день на закуп вторсырья, сейчас уходит около 10 тыс. Люди понимают, что отходы — это их деньги.

И мы неоднократно слышали, что количество мусора на улицах уменьшилось в разы.

Алексей Свечников.
Елизавета Кононова.

Отходы и доходы

— Что собой представляет ваша производственная площадка на Южном?

— Это одноэтажное здание с высокими потолками. Внутри него — три мощных гидравлических пресса для макулатуры, ПЭТ, пленки и пластика и две дробилки. Одна измельчает ПЭТ-бутылку — мы производим так называемый флэкс, который реализуем дальше по более выгодной цене, чем прессованная бутылка.

Вторая для пенопласта. Кроме нас пенопласт в крае не принимает никто — он сразу идет на свалку и вообще не разлагается. А мы его превращаем в мелкую крошку, которая пользуется огромным спросом.

Кроме того, мы открыли собственное небольшое производство: изготавливаем металлические сетчатые контейнеры для раздельного сбора сырья, которые размещаем на территории Барнаула. Хотим поставить на этой площадке еще и крытый ангар, чтобы установить в нем линию автоматической сортировки.

Пластиковые бутылки
СС0

— Хотелось бы понять, каков ваш ресурс. Сколько домашних отходов можно перерабатывать?

— Теоретически — до 90%. Мы уже принимаем стеклотару, практически все отходы пластика, включая пленку, канистры, бутылочки из-под йогуртов и так далее. Берем макулатуру (картон, книги, газеты, тетрадки), жестяные и алюминиевые баночки. Но я хочу, чтобы в будущем и органика перерабатывалась. Зачем это захоранивать, а потом везти удобрения из Голландии, которые произвели из их отходов?

— Что вы делаете с отходами дальше?

— Перерабатываем и реализуем. Крошка из пенопласта идет на утепление полов и стен, ее используют, чтобы набивать пуфики — спрос очень высокий. Другие отходы покупают заводы-переработчики. Мы, например, плотно сотрудничаем с фирмой «Анемона»: из ПЭТ-отходов она делает нить-щетину для метел, венков, искусственных елок.

Здесь принцип какой? Конечному потребителю — то есть заводу-переработчику — выгоднее приехать на такую площадку, как у меня, и забрать уже готовое сырье, перебранное и хорошего качества, нежели везти к себе и досортировывать.

Поэтому проблем в реализации вторичного сырья вообще нет — переработчики стоят в очереди. Я могу выбирать, кто предложит больше — тому и продать.

Алексей Свечников.
Елизавета Кононова.

Контейнеры и выгода

— Расскажите про вашу систему сбора вторсырья. Часть отходов привозят к вам и сдают за деньги. Но есть же и другой вариант?

— Есть: контейнеры. В них установлен вкладыш — мешок МКР, чтобы это выглядело эстетично и чтобы ничего не разлеталось, а мелкие бутылочки не выкатывались.

В наши контейнеры можно сбрасывать все вторсырье — бумагу, пленку, ПЭТ-бутылки, стеклотару, банки, пенопласт. На каждом имеются таблички с номерами телефона, сайта, электронной почты, WhatsApp. И любой человек может сообщить, что емкость заполнена. Мы отправим машину, вынем мешок и загрузим другой — пустой.

— Вы как будто идете против общей тенденции — обычно ставят несколько контейнеров разного цвета для разных видов отходов. Почему вы решили смешивать?

— Изначально и у нас был раздельный сбор. Но, во-первых, нет контейнеров, в которые сбрасывают только то, что надо, все равно нужна досортировка. Во-вторых, стеклотара в контейнере бьется и превращается в мелкую фракцию — обработать ее проблематично.

Контейнеры для раздельного сбора мусора в Барнауле.
ВК — Мусора. Больше. Нет, Барнаул.

Если же стеклянная бутылка падает на ПЭТ-бутылку, удар смягчается. И даже если она разобьется, фракции более крупные и с ними можно работать — сортировать по цвету, виду стекла и т.п.

— Пожалуй, это удобно — ведь перед тем, как сбросить в ваш контейнер какие-нибудь бутылки и макулатуру, все это приходится копить дома в разных пакетах, а места на кухне не так и много.

— Совершенно верно. В наших кухнях трудно разместить большое количество емкостей для раздельного хранения отходов. И, может быть, таким способом проще приучить людей отделять и сдавать вторичные ресурсы. А потом уже можно будет перейти на отдельные контейнеры под стекло, ПЭТ и так далее.

Это сегодня моя основная задача — совместно с правительством края и администрацией города создать и внедрить систему приема вторичных материальных ресурсов от населения.

Алексей Свечников в гостях у редакции altapress.ru.
Елизавета Кононова.

Полигон и сортировка

— Сколько вторсырья вы собираете на всех своих площадках, включая контейнерные?

— Около 140 тонн в месяц. Только от контейнера на парковке «Леруа Мерлен» три раза в неделю мы вывозим по две машины — то есть около тонны. И это притом, что вокруг этого супермаркета нет жилых домов.

Откуда здесь берутся отходы? Люди целенаправленно их сюда везут. Кто бы ни говорил, что мы не готовы к раздельному сбору, что у нас другой менталитет, мы с другой планеты, я вижу, что это неправда. Давно готовы.

Кстати, планируем открыть такой же пункт сбора у «Леруа Мерлен» на Правобережном тракте — и люди в интернете уже пишут: скорее открывайте.

— Напрашивается мысль: если охватить системой сбора всю территорию Барнаула, можно еще больше расширить бизнес?

— К нам поступает много заявок на установку контейнеров из Индустриального и Ленинского районов. Но транспортировка составляет до 80% затрат. Для меня невыгодно поставить контейнер в Индустриальном районе или где-нибудь на Потоке, а потом везти вторсырье на Южный.

Макулатура.
unsplash.com

— Но и везти к вам на Южный сырье, чтобы сдать его за деньги, издалека, полагаю, тоже не выгодно — вы же за килограмм макулатуры даете 10 рублей?

— Шесть рублей. Думаю, нужно развивать систему сбора по всему городу и по всему Алтайскому краю, чтобы пункты приема были в шаговой доступности. Сам я хочу разместить такие же, как на Южном, площадки для закупа и переработки вторсырья, в других районах Барнаула.

Мы тесно взаимодействуем с администрацией Барнаула, ищем такие площадки и ненужные для города помещения. А если человек поймет, что вторсырье можно сдать и получить за него деньги, он не будет выбрасывать его на свалку. И это решит много проблем — от снижения экологической нагрузки до снижения тарифа и экологического воспитания.

— Как вы относитесь к идее сортировать мусор на полигоне? Она сейчас весьма популярна, в это вкладывают большие бюджетные средства.

— Отходы, попадающие в компактор мусоровоза, перемешивается с органикой и грязью, стекло разбивается. К моменту попадания на сортировочную линию на полигоне 80% вторсырья, которое можно было бы переработать, не пригодно для вторичного использования.

Мусоросортировочный комплекс.
РЭО.

Ни один автоматический фотосепаратор не отделит битое стекло — он воспримет его как кусок грязи. Сортировать надо до того, как отходы попадают в мусорное ведро, иначе инвестиции в строительство линии по сортировке никогда окупятся, а наоборот, принесут убытки.

— В этом свете по-другому смотрится проект экотехнопарка, который хотели строить в Первомайском районе — там ведь планировалась сортировка.

— Сортировочный завод необходим, но он должен создаваться параллельно с системой раздельного сбора.

— Кроме создания новых площадок для переработки сырья и установки новых контейнеров как еще планируете развивать бизнес?

— Мы практически договорились о том, чтобы разместить собственное производство полимеро-песчаной плитки. В планах — поставить линию по изготовлению полимеро-песчаных скамеек — заменить деревянные и металлические. Такие лавочки даже при каком-то нарушении всегда могут пройти снова переработку и из этого сырья можно сделать новую лавочку. Это называется цикличная экономика.

Пакет. Покупки.
СС0

Пакеты и шопперы

— Вы лично сортируете мусор?

— Сортирую и вывожу на свою базу.

— У молодежи модно ходить в магазин с сумками-шопперами вместо того, чтобы пакеты использовать. У вас есть такая сумка?

— Нет, я использую пакеты и привожу их к себе на переработку. Этот вопрос можно было бы решить законодательно — запретить эти пакеты и перейти на сумки многоразового использования. То же и с одноразовой посудой: она не перерабатывается, а ведь можно перейти на картонные стаканчики и тарелки.

— Некоторые кофейни переходят на такую посуду.

— Но это частная инициатива — а я предлагаю изменить законодательство. В свое время (в 2012 году. — Прим. Altapress.ru) у нас запретили повторно использовать стеклотару в пищевой отрасли.

После ввода запрета объемы производства стеклотары увеличились, наверное, в несколько раз — соответственно, возрос и объем отходов. Я за то, чтобы приняли обратную инициативу — раньше многие предприятия использовали стеклотару вторично и никаких проблем не было. Рано или поздно мы к этому придем.

Алексей Свечников.
Елизавета Кононова.

О чем еще рассказал собеседник altapress.ru

О «похищении» работников

— Основной риск этого бизнеса — человеческий фактор. Средняя зарплата прессовщика — 1,5−2,5 тыс. рублей за день. За 22 рабочих дня человек может заработать у нас 40−50 тыс. Люди приходят, поработают и уходят. Многие предприниматели говорили: у них та же проблема.

Как я ищу работников? Даю объявления на «Авито», Зарплата.ру, hh.ru, в Центре занятости населения. Предложил УФСИНу направлять ко мне людей, освободившихся из мест заключения, отделам полиции — тех, кому назначили обязательные работы.

Я готов открыть еще две площадки, есть договоренность с собственниками участков и помещений. Но работников нет. Может, на подходе к базе кто-то их похищает? Насколько я понимаю, люди не хотят работать с этим видом сырья, хотя у нас нет ни вони, ни тараканов, ни мух. В будущем думаю поставить автоматические линии и максимально уйти от человеческого фактора.

Об «отстающем» регионе

— Для того, чтобы объединить всех, кто связан с оборотом вторичных материальных ресурсов, я создал автономную некоммерческую экологическую организацию «Экономика замкнутого цикла». Хотим систематизировать сведения о том, сколько вторсырья собирают на территории края — у властей их нет.

По нацпроекту к 2030 г., Алтайский край уже должен перерабатывать 200−300 тыс. тонн коммунальных отходов. А по официальным отчетам перерабатывается намного меньше. Но я уверен, что эти 300 тыс. тонн мы уже сегодня перерабатываем. Мы заключаем соглашение с министерством природных ресурсов края об информационном взаимодействии, чтобы показать, что Алтайский край — не отстающий регион.

Алексей Свечников.
Елизавета Кононова.

Досье

Алексей Геннадьевич Свечников родился в Барнауле 15 апреля 1986 года. Окончил лицей № 121, высшее образование получил в Барнаульском юридическом институте МВД по специальности «юриспруденция». Женат, воспитывает двух сыновей.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость