Образование

Юрий Денисов — о том, как избежать конфликтов, реформируя образование

Модернизация — то, о чем сегодня в России говорят в будущем времени. Но есть отрасль, которая переживает ее здесь и сейчас. В конце 2009 года была поставлена точка в огромном комплексном проекте модернизации образования (КПМО). Алтайский край вместе с 30 другими регионами РФ поучаствовал в этом эксперименте, подвел итоги, которые высоко оценили в Москве.

Юрий Денисов.
Юрий Денисов.
Анна Зайкова

Несмотря на это, сложностей в краевой системе образования, похоже, меньше не стало. Юрий Денисов, начальник управления по образованию и делам молодежи, новый вице-губернатор, рассказал о том, каких проблем добавила модернизация, и изложил свой взгляд на то, как в новых условиях их нужно решать.

Слияния как данность

— То, что происходит в образовании, напоминает вырубку леса: с одной стороны, нужно строить дома, а с другой — есть экологи, которые напоминают: переборщите, и дышать будет нечем. Цели модернизации понятны, но не всем нравится путь к ним. Начнем, к примеру, с реструктуризации школ…

— В образовании, как в любой другой социальной сфере, задачи не имеют однозначного решения. Цель реструктуризации - улучшение условий для получения качественного образования. Если мы не можем в каждой школе создать эти условия, мы должны генерировать возможности нескольких школ, организовывать между ними взаимодействие с помощью компьютера, Интернета.

Но есть ряд школ, где такие формы работы невозможны или неэффективны. Тогда мы переходим к другим мерам. Это может быть присоединение, организация филиалов. Самый болезненный вариант — закрытие. В этот процесс вовлекается много людей, и каждый отстаивает свою позицию. С точки зрения учителей — это возможные сокращения. С точки зрения родителей — лишние проблемы, всем хочется, чтобы ребенок был ближе. С точки зрения муниципалитета — экономия денег. Но при выборе решения, закрывать или не закрывать школу, главными должны быть интересы учеников. Если рядом есть школа, которая лучше оснащена, созданы все условия для принятия детей, организован подвоз, то лучше закрыть отжившую школу, перетерпеть неудобства и работать на будущее.

— Но без конфликтов не получается…

— Заинтересованных сторон много. Поэтому важно найти компромиссы. А это зависит от профессионализма и человеческих качеств специалистов, которые работают в местных органах управления образованием. Если они аргументированно доказывают необходимость реорганизации, то все идет нормально — люди приходят к мысли, что издержки не так велики, а перспектив для детишек больше. Проблемы возникают не потому, что принимаются необоснованные решения, а потому, что их неграмотно, не по-человечески доводят до тех, кого они касаются.

Ключевой момент — экспертное заключение по каждой школе. В нем четко расставляются акценты: с какой целью проводится реструктуризация, что положительного она даст, какими будут негативные эффекты и как свести их к минимуму. Если при формировании заключения учтены все мелочи, все выполнено для сглаживания негативных последствий, ничего страшного не произойдет. Более того, управлять крупной школой станет проще, а финансирование у нее будет больше. Я напомню: у нас в крае самая большая в России сеть малокомплектных сельских школ. Если бы мы ринулись в проект модернизации, не защитив их, нормативно-подушевое финансирование их бы уничтожило! Мы приняли закон о таких школах, ввели для них методики, которые не зависят от количества учеников.

Все мероприятия по развитию сети расписаны пошагово. То, что сегодня происходит, ни для кого не новость.

— Когда объединяют сельские школы, в которых учатся единицы, это можно понять. Насколько это нужно городским школам?

— К выпуску молодой человек должен быть готов к выбору специальности, которая ему подойдет. Поэтому школа должна учить не только химии, математике и т. д., но и навыкам этого выбора. Стандарты такого обучения разработаны. И если ребенок выбрал, например, физику как профиль, то он должен иметь возможность пользоваться соответствующей лабораторией, обучаться у лучшего в этой области педагога. В Барнауле 100 школ. Можем ли мы в каждой создать суперсовременную физическую лабораторию, найти суперсовременного преподавателя? Конечно, нет! Благоприятные условия для развития профильного обучения можно создать только в тех школах, где на старшей ступени большое количество классов — минимум пять параллелей.

Еще одна причина слияний — чем крупнее школа, тем больше у нее финансовая самостоятельность, а значит, больше возможностей. В ближайшее время край перейдет на новый муниципальный норматив. Сегодня директор считает только заработную плату, завтра будет планировать и расходы на содержание школы. Руководителю будет выгодно иметь полное учреждение. Что же касается детей, психологи говорят — чем больше коллектив, тем лучше они растут. В случае с барнаульскими школами, все решения о слияниях приняты мотивированно и обоснованно. Есть группы учителей и родителей, у которых есть опасения. Город­ской комитет по образованию все понимает и ищет возможности для согласованных решений.

Злоупотребляют единицы

— Процесс реструктуризации волнует родителей, а вот учителя часто ругают новую систему оплаты труда. Вы ею довольны?

— В образовании всегда была уравниловка. В этом был свой плюс — псевдопостоянство. Но в школах есть учителя творческого, креативного склада, которые хотели бы быть отмеченными. Новая система оплаты труда с помощью стимулирующего фонда позволяет учесть их заслуги. Причем не только прошлые, но и те, которые именно сегодня важны для развития школы. Если критерии оценки ясны, то всем понятно, кому и почему выдаются эти деньги.

С новой системой оплаты труда мы проработали всего год. Тому поколению, которое помнит псевдоравенство, сложно перестроиться. Среди учителей есть недовольные — те, кто по разным причинам себя не проявил. Не все гладко, но нет никого, кто бы сказал: «Возвращайтесь к единой тарифной сетке». Даже профсоюзы согласны — пути назад нет. Нужно идти вперед, совершенствовать методику расчета и практику ее применения в школах. Хотелось бы не иметь случаев злоупотребления полномочиями среди директоров…

— Учителя указывают, к примеру, на несправедливое распределение стимулирующего фонда. Как вы на это реагируете?

— Проверяем все сигналы, даже анонимные. Причем не пользуемся одним источником информации, общаемся со всеми — с директорами, профсоюзными организациями, родительским комитетом и с тем, кто пожаловался. Сложно проконтролировать каждого руководителя — школ очень много. Но речь ведь идет о статусе педагога, о наличии качеств, которые не должны меняться ни при каких условиях. Ну не должно быть финансовых нарушений в пространстве, где мы формируем у детей честность, порядочность, отзывчивость! Всегда есть несколько путей. В силу каких-то обстоятельств кто-то выбирает этот… Но я уверен, что случаи, о которых мы говорим, единичные. Знаю массу примеров, когда руководители все, что есть, несут в свою школу. В том, что мы сохранили нашу школьную сеть в приличном состоянии в 90-е годы, когда вообще ничего не было, заслуга таких людей.

— Проект модернизации предполагал, что контролировать многие процессы в школах смогут родители учеников, как заказчики образовательных услуг. Получилось?

— Действительно, разработчики комплексного проекта говорят: чтобы предотвратить возможные злоупотребления внутри школы, необходим противовес — внешний орган оценки. Но наши родители по природе довольно пассивны, а учителя не хотят, чтобы их кто-то обсуждал. Многие школы пошли по легкому пути — привлекли к оценке учителей тех родителей, которые являются их коллегами. Но сдвиги все равно есть. До проекта модернизации работа школ с родителями сводилась к созданию попечительских советов и сбору денег на разные нужды. После того как мы ввели для родителей ряд полномочий в устав школ, допустили их к распределению стимулирующего фонда, все стало по-другому. Школы стали открытее, а количество критики резко выросло. И по большей части она конструктивна — обращает наше внимание на недоработки. Да, она часто бывает эмоциональной. Но мы должны видеть за критикой не личности, а проблемы, которые обязаны решить.

О чем еще рассказал Юрий Денисов?

О новом статусе

— Раньше я решал задачи от момента их зарождения до передачи курирующему заму, теперь буду решать до полной готовности. Это позволит более оперативно решать непосредственно с губернатором вопросы о развитии отрасли. Качество и эффективность работы, думаю, повысятся. С другой стороны, ответственность за результат уже ни с кем не разделишь. Новые полномочия позволят мне решать проблемы отрасли напрямую с главами муниципалитетов. Эта логика распространяется и наверх — статус позволяет мне более эффективно решать вопросы и на федеральном уровне.

О кадрах

— Большая проблема — возраст нашего учительства. На Алтае процент педагогов пенсионного возраста меньше, чем в целом по России (14,2% против 17,3%), но очень высоко количество педагогов в возрасте 45−50 лет. Если ничего не менять, через какое-то время будут серьезные проблемы. Чтобы профессия не старела, надо привлекать молодежь, растить новое поколение учителей. Тут важны и материальные стимулы — зарплата и жилье, и моральные — любовь к профессии. Ветераны должны готовить смену из числа способных учеников, из собственных династий. Проблему материальных стимулов мы частично решили. В рамках новой системы оплаты труда вводим поправочный коэффициент, который прилично повысит заработную плату молодых специалистов в первые три года работы. Теперь нужно найти меры для привлечения молодежи в малодоступные школы. Вот там очень большие сложности!

О ЕГЭ

— Еще одна точка высокого напряжения. Результаты по русскому языку, по математике у нас не намного, но ниже, чем в среднем по России. Мы все тщательно проанализировали и нашли причины. Первая — квалификация учителей-предметников не везде соответствует требованиям. Вторая — образовательные программы не соответствуют заданиям ЕГЭ. Третья — дети психологически плохо готовы к экзамену. Наша цель — помочь выпускникам в подготовке к ЕГЭ, создать альтернативу репетиторству. Чтобы любой ученик мог получить консультацию по обязательным предметам в своей школе. А на уровне края и с учителями-предметниками, и с детьми должны заниматься вузы. И мы уже начали эту работу. На сайте АКИПКРО созданы странички по всем предметам, где даны рекомендации для педагогов, а профильные факультеты вузов уже проводят совещания с учителями и оказывают детям бесплатные консультации.

От редакции

Газета «Свободный курс» продолжает цикл материалов, посвященный теме «Год учителя». Мы хотим, чтобы те, кто готовит реформы, и те, кого они касаются, шли в одном направлении.

К разговору о проблемах образования мы приглашаем учителей, директоров школ, родителей. Пишите по почте: 656049, г. Барнаул, ул. Короленко, 105, «Свободный курс», каб. 713, с пометкой «Год учителя». По электронной почте: anhen@altapress.ru.

Звоните: 8 (3852) 26-63-69.

«Чем больше работаешь, тем дешевле твой труд». Мнение учителя начальных классов

Мы получили первые отклики на статью о проблемах образования «Что можно изменить?» («СК» № 10 от 10 марта 2010 года). Сегодня мы публикуем письмо Надежды Чернышевой, учителя начальных классов школы № 120 Барнаула.

«Прочитала статью в вашей газете и больше не могу молчать. Мы умудряемся проводить реформы только во вред людям. Что мы меняем?

В годы перестройки в нашей нищей школе были психолог, логопед, работал хобби-центр. В нем было 19 бесплатных кружков для детей всех возрастов. Теперь мы живем по-новому. И школа не может оплатить работу ни одного кружка. Так же, как и логопеда. И это при том, что с каждым годом все больше детей нуждаются в его помощи.

Вводим дополнительные уроки физкультуры. Отлично! Дети будут здоровы! Но проблема в том, что дети и их родители находят всевозможные лазейки, чтобы не посещать эти уроки. Пять — семь человек каждый раз освобождены от занятий. И это на фоне трех часов в неделю, выделенных на изучение литературного чтения. Не мудрено, что отменены нормы техники чтения. Не читающие дома дети и в школе мало читают. Какой тут темп чтения? 3,5 часа выделено на изучение русского языка. В советское время дети изучали его пять-шесть часов в неделю.

Прочитала стандарты второго поколения. Замечательно! Они действительно могут выявить многие недочеты в образовании детей. За 40 минут большинство из них смогут только прочитать текст и вопросы к нему, а поработать по ним не успеют.

Нам предлагают работать с Интернетом, вводить новые технологии. Как? В школе один компьютерный класс. В нем 15 посадочных мест. У меня в классе 29 человек. Предложить детям постоять весь урок и писать на коленках? В конце 2009 года школа получила первую интерактивную доску. Она до сих пор не установлена. Да и кабинет не оборудован. Столы и стулья разномастные. Других нет и взять неоткуда. Так и работаем по-старому: с доской и телевизором. Подбираем простейшие программы с играми, которыми можно управлять с пульта, составляем слайд-презентации.

Наконец, о заработной плате. К нам обратились: „Уважаемые, ваша зарплата зависит теперь только от вас. Дерзайте!“ Что ж, мы и раньше не сидели без дела, а теперь жизнь закипела ключом: конкурсы, выступления, семинары, праздники и пр. Закрытую из-за недофинансирования группу продленного дня открыли на платной основе. Чего добились? Первого за 20 лет скандала в коллективе. 13 тысяч стимулирующего фонда как-то очень трудно делятся на всех ударно работающих. Получается, чем больше ты работаешь, тем дешевле становится твой труд. А иногда вообще бесплатным, как у наших преподавателей из группы продленного дня. В течение всего года они получают только часть зарплаты. Про остальную им говорят: „Родители оплатили по квитанциям позже, и ваши деньги ушли на нужды школы или в другую школу…“

Директор школы, видимо, не всегда знает из-за небольшого стажа руководителя, о чем можно спросить в районном отделе. Опасаюсь, что после этого письма она станет „стрелочником“. Но, согласитесь, причина несколько глубже.

В школе всегда работали за идею, а не за деньги. И не о них сейчас речь. У нас очень хороший, работоспособный коллектив. Мы всегда бежали на работу с удовольствием. Сейчас каждый заставляет себя трудиться. Бесконечный прессинг отчетов, проверок, планов, которые надо было осуществить вчера, а узнали о них только сегодня, выбивает из колеи, убивает инициативу, сокращает время для работы с детьми. А в связи с новыми реформами бумаг будет в разы больше.

Может, все-таки, реформируя, надо не делать вид, а действительно обращать внимание на ученика, ориентироваться на его интересы. И не делать из учителя монстра, забирающего деньги на свою зарплату у ребенка, лишающего его помощи школьных специалистов, возможности учиться в классе с нормальной наполняемостью, посещать кружки и секции».

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость