Политика

В ожидании Страсбурга. Владимир Рыжков: «Избиратель сам разберется, где реальная партия, а где пустышка»

На днях Верховный суд РФ вынес решение о ликвидации Республиканской партии России. Сейчас лидеры партии пробуют оспорить это решение в коллегии Верховного суда. Следующая инстанция — Страсбург, Европейский суд по правам человека. Между делом сопредседатель РПР независимый депутат Госдумы Владимир Рыжков нашел время, чтобы рассказать о происходящем своим барнаульским избирателям. 28 марта на «прямой телефонной линии» в редакции газеты «Свободный курс» Владимир Александрович отвечал на вопросы наших читателей.

О Республиканской партии

Олег, Барнаул:

— Я слышал, вашу партию ликвидируют. Не могли бы вы рассказать, что происходит?

— В прошлом году с апреля по октябрь Росрегистрация якобы провела проверку партии. Как она ее проводила, непонятно, потому что нас никто не ставил в известность, и никаких регламентов и инструкций на этот счет не существует. Утверждают, что у нас в партии только 42 тысячи человек, а значит, партией по закону мы называться не можем. Когда мы пришли в суд, то, помимо других документов, представили списки на все 58 тысяч 166 человек. Но суд, как всегда у нас в таких случаях, встает на сторону государства — «заказчика» процесса. И судья, который занимался делом Республиканской партии, принял решение о нашей ликвидации. Естественно, мы с этим решением не согласились и в ближайшие дни подадим кассацию в коллегию Верховного суда. Если и там не получится — обратимся в Европейский суд по правам человека в Страсбург.

Кстати, сразу хочу отметить для тех, кто не знает, — этот суд — не «иностранный», согласно принятым Россией международным конвенциям он — часть нашей судебной системы. И, кстати, Россия в Страсбурге — рекордсмен по обращениям. Конечно, истцы там ждут своей очереди годами, но мы попытаемся воспользоваться правом на первоочередное рассмотрение нашего дела, учитывая массовые нарушения прав человека. В регламенте Страсбургского суда есть соответствующие пункты, и мы постараемся успеть и еще поучаствовать и в выборах в Думу.

— Вы же понимаете, почему РПР ликвидируют?

— Естественно, мы за этим усматриваем гонения политического характера. Потому что Республиканская партия России критикует власть, она выступала против ряда решений, в частности, против нового Жилищного кодекса, монетизации льгот, отмены выборов губернаторов. Мы выступаем против действий власти по многим позициям, поэтому нас и преследуют. Впрочем, не только нас. Лидеры многих ведущих политический сил страны сегодня фактически запрещены. Я могу назвать Геннадия Рогозина: его партия «Родина» фактически уничтожена, и сам он запрещен как политик. Я могу назвать Сергея Глазьева, — он тоже известный в стране политик, бывший кандидат в президенты, а сегодня не может ни выступать публично, ни зарегистрировать свою партию. Бывший премьер-министр Касьянов и так далее… Идет целенаправленная политика по выведению оппозиции «в маргиналы», затыканию ртов. Попытка запретить Республиканскую партию России — из этого же ряда. Обратите внимание, в стране постепенно остаются только те партии, которые поддерживают президента. А все партии, которые критикуют его, ликвидируются и запрещаются. Так что это антиконституционное решение, мы с ним несогласны и будем его оспаривать в суде.

— По поводу президентских партий. Ходят слухи, что вы ведете переговоры со «Справедливой Россией», готовитесь вступить в ее ряды…

— Эти слухи специально распространяются для того, чтобы бросить тень на меня и нашу партию. Никаких переговоров мы не ведем. Мы боремся за свою Республиканскую партию и за право участвовать в выборах

— Вы все-таки надеетесь, что будете в них участвовать?

— Да, мы сделаем все, чтобы выиграть в судах. Не в нашем, так в Страсбургском.

— А если не получится?

— Если не получится, тогда будем решать, как быть дальше. Но прямо скажу, что по взглядам нам ближе такие партии, как «Яблоко» и СПС. «Справедливая Россия» же заявила о том, что будет строить социализм, а мы его строить не собираемся. Здесь у нас серьезные идеологические разногласия.

— То есть не исключено, что вы пойдете в Госдуму по спискам СПС?

— Я бы сказал по-другому: не исключено, что мы как две партии объединимся. Но опять-таки во многом это зависит от СПС — не побоятся ли они. Потому что Кремль, как мы уже убедились на себе, может уничтожить любую неугодную партию. Поэтому решится ли СПС на союз с нами — это вопрос.

О «кремлевских проектах»

Леонид Ильин, Барнаул:

— Совсем недавно прошел съезд партии «Гражданская сила». Это новый кремлевский проект, как я понимаю?

— Это абсолютно кремлевский проект. Их лидер Михаил Борщевский работает и получает зарплату в правительстве. И то, что это кремлевский проект, было видно по государственным телеканалам. Видно, что им оказывали большую поддержку…

-У них есть перспективы?

— Я не думаю, что у них есть перспективы. Потому что, на мой взгляд, очевидно, что это искусственная партия, созданная для того, что вообще никто из демократов не прошел в Госдуму. Вы знаете, как правило, наш избиратель, демократический избиратель — это избиратель активный и образованный. Он без телевизора разберется, где подлинная партия, а где пустышка…

Владимир Рыжков — о штрафах для автомобилистов

— Вы знаете, что Госдума приняла в первом чтении большой пакет поправок в Административный кодекс по штрафам, согласно которым они возрастают в 10−15 раз. Я выступал на Думе по просьбе Союза автомобилистов «Свобода выбора», члены которого подготовили расчеты, материалы и анализ. Моя позиция такова: по нескольким показателям штрафы надо повышать, например, за вождение в пьяном виде или за езду с непристегнутым ремнем. По статистике, у нас только 20% автомобилистов пристегиваются. И при этом непристегнутый ремень — одна из причин смертей при авариях.

Но среди прочего фракция «Единая Россия» и правительство предложили много неприемлемых вещей. Например, вводится огромный штраф, по-моему, до 5 тысяч рублей, за неостановку по требованию сотрудника ГИБДД. Попробуйте-ка в суде докажите, что гаишник вам не «махал»? Или, например, по всему Административному кодексу вводится «вилка» от 300 до 500 рублей. Это явное приглашение к торгу. Гаишник вас тормозит и говорит: «Платите 500 рублей». А вы ему: «Командир, может, по 300 договоримся, без квитанции?» Также очень высокие штрафы вводятся за превышение скорости. Мы говорим разработчикам, что у нас знаки стоят произвольно, чтоб гаишник из-под куста собирал дань. С одной стороны, нельзя ужесточать штрафы, с другой стороны — в этом комплексе поправок нет ничего об ответственности сотрудников ГИБДД. Еще один момент, который я в своем выступлении поднимал: у нас 70% смертей на дорогах — а в год гибнет 30 тысяч человек (водители, пешеходы, пассажиры) — происходят из-за несвоевременного оказания помощи. Вдумайтесь. Если бы лучше работали спасательные службы, вовремя приезжали, доставали, откачивали — было бы не 30 тысяч трупов, а в два-три раза меньше. Но об этом в законопроекте — ни слова. Сейчас его авторы почти со всеми моими замечаниями согласились. Мы уже подготовили поправки, и в окончательном варианте, я надеюсь, они будут учтены.

Подготовила Елена НИКИЩЕНКО.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость