Происшествия

Фальстарт

Первое судебное слушание по «делу Евдокимова» было отложено. Не приехали родственники водителя и охранника губернатора

На 10 ноября было назначено предварительное слушание по делу о гибели губернатора Алтайского края Михаила Евдокимова. Главный обвиняемый — водитель «Тойоты» Олег Щербинский. Несмотря на то что слушание предполагалось закрытое, корреспондент «МЭ» отправилась в суд Зонального района.

Предварительное слушание было назначено на десять утра. За полчаса до начала мы уже были в Зональном. Подъезжаем к зданию суда. Олег и Светлана Щербинские уже стоят на крылечке. Рядом — друзья, которые на своей машине привезли Щербинских. «Тойота» Олега до сих пор под «арестом» в прокуратуре в качестве вещественного доказательства. Вернут ли её хозяину — неизвестно.

Олег Щербинский курит. Одну за другой. Близкие друзья рассказывают, что его жизнь раскололась на две половины — до 7 августа и после. В «прошлой» жизни Олег слыл весельчаком.

— Постоянно над всеми подшучивал, подкалывал нас, в тонусе, так сказать, держал, — говорит мимоходом его сослуживец Николай Катунцев. — Как соберёмся все вместе — нас четверо друзей, так начинаем шутить, смеяться. Жёны наши поражались — вы, говорят, серьёзно-то умеете разговаривать? Умеем, говорим. А сейчас всё совсем по-другому. Не до шуток.

Олег стоял молчаливый и задумчивый.

— Да мы за него на работе очень переживаем, — продолжает Николай. — Задумается, ничего не слышит, не видит. А у нас на железной дороге нужно всегда быть предельно внимательным. Недавно вот Серёга Бушанов погиб… Задумался и всё. Зарезало.

Почти тепло

Пока есть время, иду в канцелярию отметить командировки. Сотрудники суда сидят в пальто, дублёнках — здание до сих пор не отапливается.

— Да у нас уже третий год так, — говорят мне в канцелярии, — вот на ночь в зал заседаний специально обогреватель ставили. Там сейчас почти тепло.

— Позавчера было 6 градусов тепла, — поясняет охранник, — а в прошлом году всю зиму — всего 3 градуса. Люди идут, а в коридоре снег лежит и не тает.

В коридоре меняют шторы. Повесили белые, чистые, свежие.

— А что, шторки-то специально сменили перед слушанием? — спрашиваю у охранника.

— Сказали сменить, вот и сменили, — отвечает он.

— А судья-то ваша, как, обрадовалась, что это дело вести будет?

— Ага, до потолка прыгала, — отшучивается в ответ охранник, — А кому ж, кроме неё-то, вести такое дело?

Длинный коридор здания суда перегородили столом, возле которого стоят два охранника. За столом, дальше по коридору находится зал судебных заседаний. Посторонним вход туда воспрещён. Заседание закрытое.

«Далеко не уедешь»

Олег с женой и друзьями стоят в сторонке. Ждут, когда пригласят. По коридору туда-сюда снуют люди, в основном пенсионеры — к мировому судье. Время от времени их вызывают по фамилиям. Все надеются на справедливость. Раиса Семёновна Масютина, пенсионерка из Буланихи, к примеру, хочет, чтобы ей вернули деньги за коммунальные услуги. О том, почему сегодня в суде Зонального района так суетно, она и представления не имеет. Рассказываю ей, что сейчас начнётся предварительное слушание по делу гибели Михаила Евдокимова.

— Хороший мужик был, — говорит Раиса Масютина, — а судьбинушка-то вон как распорядилась. Надо было ему в артистах сидеть. Что он пошёл в губернаторы? Мы ж его и без этого любили как родного. А водителя, который живой остался, сейчас судят, так это тоже зазря. Он-то в чём виноват? Вон сколько аварий на дороге происходит. И что, их специально подстраивают, что ли? Это ж горе. И для Олега это горе. У него же семья, дети. Сломают ему сейчас жизнь и всё.

— Не знаю, насколько это правда, но люди рассказывают, что в тот день, когда Евдокимов выехал из дому, ему вслед сказали: будешь так «летать» — далеко не уедешь. А когда узнали, где он разбился, даже диву дались — далеко ещё, говорят, уехал, — рассказывает Николай Катунцев.

— Господи, да как бы пережить-то всё это, — тяжело вздыхает Светлана Щербинская.

Нежно и заботливо она то и дело поправляет воротничок кофты Олега. Он пытается улыбнуться в ответ.

— Знакомые говорят, что я за эти три месяца сильно постарела, — Светлана прячет озябшие руки в карманы, — уже не раз говорили…

Вдруг слышен женский голос:

— По делу Щербинского проходите, пожалуйста!

«Настрой у него плохой»

Олег изменился в лице. Собравшись духом, пошёл. Миновал стол, преграждающий дорогу всем «посторонним». Осторожно открыл дверь. Вместе с ним в зал заседаний зашёл адвокат Сергей Шмаков, двое адвокатов, представляющих интересы Евдокимовых, и судья Галина Щегловская.

Супруга Олега, Светлана, опустив глаза, полные слёз, потихоньку выходит на лестничную площадку — чтоб никто не видел. Чужое горе оно всегда останется чужим, сколько бы людей ему ни сочувствовали.

— Мы все поддерживаем Олега, Светку как можем, — говорит Александр Кирьянов, друг семьи Щербинских, — пытаемся отвлечь их как-то, развеять. Но самое страшное — это когда они остаются один на один со своим несчастьем. Ведь именно тогда всякие мысли в голову лезть начинают. Олег с нами общается, вроде иногда улыбается, а как заведёшь с ним разговор на эту тему… Настрой у него, конечно, очень плохой.

Кто-то из знакомых побежал в машину за корвалолом для Светланы.

— Сколько уже она этих бутыльков корвалола за эти месяцы выпила, — досадует Александр Кирьянов, друг Щербинских. — Ни за что заломали мужика… Всей семье жизнь сломали. Погибших-то уже всё равно не поднять, так зачем Олега-то за собой тащить?

«Ни разу не жаловался»

Через несколько минут Олег возвращается. Не заметив стоящую в сторонке Светлану, он спускается по лестнице вниз, на улицу.

— Олег, тебя отпустили, что ли? — кричит она ему вслед.

— Конечно, отпустили. Ну, ты тоже скажешь…

Щербинский выходит на улицу. Закуривает. Нервно стряхивает пепел. Оказывается, его отпустили ненадолго, прокурор запаздывает. Буквально через пару минут к крыльцу суда Зонального района подъезжает машина, из которой в голубой форме выходит Александр Кочергин — главный прокурор Алтайского края… Олег тушит сигарету и поднимается вслед за ним.

— Вон лампасы-то у него какие! — удивляется кто-то.

На время воцаряется напряжённое молчание. Потом начинаются предположения: «Что сейчас будет? Что ему скажут?»

— Насколько знаю Олега, он всегда очень осторожно ездил, — говорит Александр Кирьянов. — Обвинение для него было шоком. До последнего, пока шло следствие, Олегу говорили, что основная причина — это нарушение правил водителем губернатора. Он даже вроде успокоился немного. А потом как гром среди ясного неба: сообщают, что против Олега выдвинуто обвинение. Странно как-то… Да и машину так и не вернули. Он на ней и года-то не отъездил. В прошлом году только купил. Продал старую машину, взял ссуду… Так им сейчас и за ссуду рассчитываться надо, и за адвоката … Всё разом навалилось. Но ни разу не жаловался. Хоть бы машину ему вернули, что ли. Нет, мало, чтоб вернули! Пусть ещё и отремонтируют — как возмещение морального ущерба.

У стола, перегородившего коридор здания суда, охранники ведут о чём-то увлекательный разговор:

— А крестный ход когда мимо нас шёл, — говорит один, — так мы вообще смеялись… Весь день ходоки шли пешком по трассе. Как стемнеет — за ними приезжает автобус, забирает всю толпу и увозит куда-то… А наутро привозит на то же место, высаживает, и они продолжают свой ход.

«Прощайте, господин прокурор»

Примерно через полчаса дверь зала заседаний, тихо скрипнув, распахивается. По очереди выходят судья, прокурор, адвокаты Евдокимовой и Щербинский со своим адвокатом.

Александр Кочергин, не задерживаясь, покидает здание суда первым.

— До свиданья! — говорит он всем.

— Прощайте, господин прокурор, — шутит кто-то из толпы. А после того как Кочергин исчезает из виду, добавляет: — Прощайте, прощайте! Говорить прокурору «до свиданья» или «до встречи» — плохая примета!

Чуть позже выходят Олег вместе с адвокатом Сергеем Шмаковым.

— Предварительное слушание не состоялось в связи с неявкой потерпевших Зуевой и Устиновой (родственники погибших охранника и водителя.- Ред.), — говорит Сергей, — может, это даже к лучшему. Олег сейчас проникнется обстановкой, в следующий раз ему будет проще сориентироваться.

По окончании слушания стол, преграждающий дорогу, убирают. Коридор здания суда стремительно пустеет. Остаётся лишь несколько пожилых людей. А вот к выходу направляется и Раиса Семёновна Масютина, та самая пенсионерка, которая пришла на приём к мировому судье.

— Да вот, сказали, что денег нет, поэтому и не платят, — вздыхает она, — сказали 1 декабря прийти. А как там дела? У водителя-то?

— Отменили слушание, — рассказываю я.

— Ну передайте ему, пусть держится!

P.S. 15 ноября предварительное заседание всё-таки состоялось. На этот раз в суд явились все необходимые лица. Как сообщил нам адвокат Сергей Шмаков, ходатайства, выдвинутые им в пользу Щербинского, были отклонены. Первое заседание назначено на 22 ноября. Вопреки всем обещаниям, заседание будет закрытым. По делу проходят 43 свидетеля.

Что нового?

14 ноября в Москве «Национальная информационная группа» провела пресс-конференцию, посвящённую проблеме давления со стороны российских властей на владельцев праворульных иномарок. Напомним, что 27 сентября во время прямого эфира с народом президент Путин дал понять, что в аварии с Евдокимовым виноват правый руль. Как сообщает Национальная информационная группа, лидеры движения «Свобода выбора» выступили в защиту Олега Щербинского: ]

— Если Олег будет осуждён, это создаст прецедент для травли властями всех водителей праворульных иномарок, — заявил Вячеслав Лысаков, лидер движения «Свобода выбора».

«Свободное движение» уверяет, что в том случае, если суд над Щербинским будет предвзятым, они выйдут с протестами на улицы городов. Кроме того, «выборцы» предложили Олегу своего адвоката. По их мнению, нынешний адвокат Щербинского держит своего подзащитного в полной информационной изоляции.

Как рассказал нам Олег Щербинский, времени выбирать адвоката у него не было.

— Мне посоветовали Сергея Шмакова, — говорит Олег, — я согласился.

По словам Щербинского, после случившегося он обратился к начальству станции Бийск, где работает. Попросил помочь нанять адвоката. Но там отказали.

— Только недавно пообещали, что помогут, чем смогут, — говорит Олег.

Как нам сообщили в руководстве станции Бийск, сейчас все сотрудники Олега собирают для него деньги — кто сколько может. Что касается помощи от профсоюза железнодорожников, Олегу посоветовали написать заявление, которое было отправлено на рассмотрение в территориальный комитет профсоюзов в Барнаул.

Тем временем российские автомобилисты продолжают собирать средства для защиты Щербинского. На прошлой неделе автолюбители уже передали Олегу Щербинскому 15 тысяч рублей. На 15 ноября на счёте насчитывалось ещё более 37 тысяч. Деньги приходят со всех уголков страны — из Барнаула, Москвы, Красноярска, Качканара, Новосибирска. Всего за время открытия счёта деньги перевели около ста человек.

Смотрите также
Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость