Чем больше человек знает о какой-то организации, тем больше ей доверяет — к такому выводу пришли в Российской коммуникативной ассоциации в результате специального исследования. Однако сегодня, несмотря на то что в России декларируется всемерный доступ к информации, а у министерств и ведомств появились свои сайты, власти доверяют только 9% россиян. Почему? Мнение по этому поводу изложил профессор Высшей школы экономики на Общероссийском гражданском форуме, прошедшем 22 ноября в Москве:
Если мы говорим о возможности гражданина получать информацию, у него, а также у нашей страны, у общества есть три основных проблемы. Первая состоит в том, что российская власть и российский бизнес научились виртуозно манипулировать большими объемами сведений, необработанных, сырых, которые они вбрасывают в общественный оборот, — а вы, ребята, разбирайтесь как хотите.
Кроме этого, власть и бизнес, естественно, используют доступ к информации исключительно для формирования своего имиджа, повышения своей репутации и вообще для получения всяческих дивидендов. Мы проводили опрос мэров городов и руководителей крупного бизнеса. Выяснилось, что они обеспечивают доступ к информации только при условии, что это будет способствовать улучшению их имиджа, — так ответили 72% опрошенных. Вот и вся сказка по этому поводу.
А то, что очень много скрывается, даже и говорить не надо. По нашим подсчетам, примерно 50% сведений, которые власть обязана предоставлять, она не предоставляет.
Вторая проблема — в наших журналистах. В среднем российская власть тратит на поддержку лояльных СМИ 50 млрд. рублей, а может, и больше. Развращенные дотациями и подачками, российские журналисты, особенно в регионах, не особенно утруждаются осмыслением тех объемов сведений, которые на них обрушиваются, а предпочитают рассматривать себя в качестве подставки к микрофону или человека, который записывает готовые мнения и транслирует их.
Мы как-то провели анализ любимых жанров российских журналистов. Когда меня учили журналистике, мы знали 48 жанров. Теперь мы "знаем" три: донос, челобитная и что-то вроде интервью с готовыми вопросами и готовыми ответами — квазиинтервью.
И третья проблема — это наша любимая аудитория. Будучи исторгнутыми из реальной жизни, не имея возможности принимать эффективные решения, наши сограждане в большинстве своем и не хотят ничего знать. Зачем мне знать то, о чем вы говорите, если я не могу никак это использовать? Люди отталкивают серьезную информацию, уходят в развлекаловку вполне сознательно. Вот я не смотрю новости, потому что не знаю, как могу повлиять на процесс, который имитируется этими новостями.
Следовательно, проблема в том, что россияне в массе своей отчетливо дистанцируются от медийного процесса, медийного потока. Кроме этого, они убедили себя в том, что они и так все знают, и так во всем разбираются и очень легко отличают ложь от истины.
Что делать? Со стороны участников гражданского форума прозвучали три мнения. Первое. У нас сегодня, по моим подсчетам, 79 законов, регулирующих доступ к информации, а по подсчетам коллег, до 200. Очень надо, чтобы кто-то — может быть, Институт государства и права, собрал бы все это в один "мешок", привел в порядок и сформулировал Информационный кодекс России, в который были бы добавлены некоторые нормативные акты, которых остро не хватает.
Второе. Нам нужна национальная программа развития российских медиасистем. Это пышно звучит, но речь идет о постепенном изгнании государства из медиасферы. Государство в России является соучредителем или учредителем 80% СМИ, а контролирует еще больше. Наверное, бывают хорошие государственные системы. Но практика показала, что только там, где государство не участвует в медийных процессах, СМИ развиваются. Сюда же относится необходимость повышения компетенции и квалификации журналистов, обучение их работать с большими объемами данных и так далее.
И третье. Нужна национальная программа медиаобразования. Эти программы существуют в десятках стран, на них тратят большие деньги, они нацелены на то, чтобы граждане умели искать информацию, которая им нужна. Чтобы они умели отличать пропаганду от сведений, ложь от правды и так далее.
