Нужна ли нашему обществу цензура?

Любимый вопрос-штамп 90-х: где кончается свобода и начинается вседозволенность — сейчас уже не актуален. В этом выпуске «Дискуссионного клуба» мы обсуждаем противоположную тему: нужна ли нашему обществу цензура?

Все дело в редакционной политике

Мария Бутина, член Общественной палаты Алтайского края, руководитель информационного центра:

— Цензура запрещена статьей 29 части 5 Конституции Российской федерации, и, по моему мнению, цензуры сегодня нет. Есть редакционная политика, и право каждого издания — публиковать то, что ему нравится и интересно. О чем именно пойдет речь, решает каждая редакция самостоятельно: по закону любое СМИ имеет право на такой выбор, и сегодня все они размещают материалы, которые сами считают нужными.

Задача нашего информационного центра — мониторинг СМИ, отслеживание проблем общества, мы и берем информацию, и доносим ее. Общественная палата широко поднимала темы «Барнаулинвестстроя», барнаульского бора… Наши материалы регулярно публикуют официальный сайт администрации Алтайского края, другие издания — конечно, в соответствии со своей редакционной политикой и, возможно, внося какие-то правки. Мы против этого не выступаем — пусть каждый использует информацию, как считает нужным, это замечательно.

Государство не должно вмешиваться в редакционную политику и что-то запрещать. Я думаю, что цензура одинаково опасна во всех сферах жизни — в политике, социальных вопросах… Если государство начнет контролировать ресурсы СМИ, мы получим полностью подконт­рольные издания. Это будет противоречить нашей Конституции, что недопустимо.

На Западе реальная картина действительности обеспечивается тем, что СМИ хоть и являются зависимыми, но их много. Они предлагают множество точек зрения, и за счет этого создается более-менее объективное отражение мира. В идеале мне хотелось бы, чтобы аналогичная ситуация сложилась и у нас: существовало бы много изданий, и я совершенно не против, чтобы они публиковали материалы со своих позиций. Мне бы не хотелось, чтобы одно мнение превалировало и СМИ одного лагеря численно превосходили издания другой направленности. В таком случае просто получим перекос в сторону одной из точек зрения, сегодня мы с этим иногда сталкиваемся. Хотя цензурой такие явления, конечно, назвать нельзя.

У человека должен быть выбор, где и как получать информацию. Я считаю, что он у нас есть: в конце концов, мы всегда можем учредить собственное издание.

Нужна нравственная цензура

Игорь Вольфсон, депутат краевого Законодательного собрания:

— Власть старается, чтобы мнения, не совпадающие с официальной линией, были недоступны широкой аудитории. Поэтому для меня абсолютно очевидно, что у нас в стране политическая цензура, и она есть даже в средствах массовой информации, которые обязаны публиковать позиции хотя бы тех политических сил, которые представлены во власти. У нас нет особых проблем с поиском информации, есть проблемы с ее донесением.

С другой стороны, в немыслимом количестве идут фильмы и передачи, вредные для молодежи, и нет никакой нравственной цензуры. По обоим направлениям мы отстаем от государств, на которые собирались равняться, когда меняли политический строй. В развитых странах ограничивают развращение молодежи, поскольку понимают, чем это заканчивается. В то же время они предоставляют возможность высказаться носителям разных взглядов, и в одну партию влиятельных и грамотных людей принудительно ни­кто не загоняет.

Политическая цензура приводит к тому, что люди начинают думать, что вся власть целиком никакого отношения к реальной жизни не имеет, и в этих условиях утрачивается интерес к политической жизни, появляются мысли, что ничего поменять нельзя. У большинства людей реальная жизнь совершенно не такая, как им об этом рассказывают. Люди отчаиваются, спиваются, становятся наркоманами, потихоньку вымирают. Не исключено, что со временем у нас появятся те, кто будет действовать за рамками действующего законодательства и показывать, что все не так хорошо.

Отсутствие нравственной цензуры в электронных СМИ приводит к тому, что молодежь воспитывается не так, как надо даже для капиталистического общества, растет количество преступлений. На мой взгляд, на данном этапе нравственную цензуру должны осуществлять редакторы, сами журналисты, но далеко не всегда этого достаточно, поэтому должны создаваться специальные структуры. И здесь можно попытаться перенять опыт западных стран и создать, например, общественные советы, которые будут определять, что пропагандируют те или иные передачи и как это сказывается на воспитании молодежи. Например, по нашему телевидению одно время по утрам, когда я собирался на работу, порнуху гнали. Я все боялся, что дети рано проснутся и будут смотреть. Но с этим порядок навели, перестали показывать. Было бы желание, и все можно решить.

Что касается музеев, театров, то здесь подход точно такой же: если искусство находится за рамками того, что общество считает возможным, значит, такого не должно быть. Если учреждения культуры содержатся на средства бюджета, государство, местная власть влияли и будут на них влиять.

Художник сам определяет грани

Наталья Царева, начальник отдела современного искусства Государственного художественного музея Алтайского края:

— Может быть, явной цензуры сегодня и нет, но незримо она все-таки в нашей жизни присутствует. Наверное, это не совсем правильно, люди все-таки должны иметь полную информацию. В основном цензура чувствуется в политических материалах, когда наши средства массовой информации запаздывают с какими-то сообщениями. Например, в Интернете уже появились данные, но телевидение еще молчит, радио молчит, газеты тем более… Западные СМИ уже все опубликовали, а мы опаздываем. Все это я остро почувствовала в связи с последними событиями в Осетии, Абхазии.

Те, кто интересуется событиями в мире, вполне готовы к восприятию полной информации, и нельзя их этой возможности лишать. Обществу правда нужна в полном объеме, и чтобы ни­кто не решал наверху: это вам надо, а это — нет.

Что касается определенных передач по телевидению, то, если предполагается, что их должны смотреть исключительно взрослые, нужно просто сдвигать показ на более позднее время. У нас же иногда включаешь днем кабельный канал и можешь натолкнуться на такое, отчего становится стыдно перед собственными детьми. Должна быть внутренняя цензура тех, кто составляет программы.

В некоторых областях — я говорю про искусство — было бы лучше, если бы цензором выступал сам художник, чтобы автор осознавал грани дозволенного. Потому что в противном случае творчество, некоторые его моменты выходят из берегов.

Если сравнить две эпохи — ушедшую и нынешнюю, то раньше мы говорили: при социализме художник несвободен, все ратовали за то, что свободу художнику должен дать рынок. Пришел рынок и объявил, что самая хорошая картина та, которая продается. Но мы, зрители, увидели, что это совсем не так. Художнику, жаждущему продать свое творение, на высокое искусство наплевать. Поэтому художник все ж таки ответственен за свое творение, у него должен быть внутренний цензор. При этом художник всегда прислушивается к общественному мнению, и если будет система поощрений, пусть даже нематериальных, у него будет желание творить.

Я работаю в музее почти 26 лет, и в последние годы никакой цензуры нет, хотя мы делали выставки очень смелые. Мы организовывали и авангардные выставки, но никаких замечаний никогда не поступало — власти очень доверительно всегда относились к специалистам художественного музея. Сейчас у музеев свобода выбора художников, экспозиций, лишь бы это отвечало идеалам эстетики. Но у нас экспозицию, прежде чем увидит зритель, принимает ученый совет, а это очень строгий орган контроля.

Все, кроме насилия

Вячеслав Десятов, доктор филологических наук, преподаватель Алтайского госуниверситета:

— Я, конечно, против цензуры. Кроме вещей само собой разумеющихся: нельзя давать говорить террористам, нельзя показывать в дневном телеэфире фильмы со сценами, натуралистически изображающими насилие, и с эротикой… Допустим, до 21.00. А после девяти вечера перед такими фильмами должно быть уведомление, возрастное ограничение. У нас почему-то до сих пор это не делается. Зато изредка появляющиеся на первом и втором каналах качественные художественные фильмы загоняются глубоко в ночной эфир, а целыми днями крутятся тупые сериалы.

С политической цензурой на телевидении еще хуже. Единственный не зависящий от государственного информационного диктата канал — РЕН-ТВ — изгнан, насколько мне известно, из основной сетки. Чуть ли не единственное ток-шоу, на котором люди говорят то, что думают, — «Школу злословия», — увидеть можно опять же только ночью.

А предвыборные кампании? Пройдите сейчас по городу: висят афиши представителей только одной партии — «Единой России». И скоро, наверное, добавятся афиши ЛДПР — партии, которая, по сути, является фракцией «Единой России». Это что, честная избирательная кампания?

Кстати

Цензура едва не убила Кенни, но попытка запретить в России культовые американские мультсериалы не удалась. Напомним, 8 сентября Генпрокуратура РФ внесла представление Россвязькомнадзору в связи с показом ряда мультсериалов в эфире телеканала. Среди «провинившихся», помимо «Южного парка», были названы «Симпсоны», «Гриффины», «Металопокалипсис», «Ленор — маленькая мертвая девочка», «Злобный мальчик» и другие как «пропагандирующие насилие и жестокость, порнографию, антиобщественное поведение, изобилуют сценами нанесения увечий, причинения физических и нравственных страданий, направлены на вызов у детей страха, паники, ужаса».

В поддержку телеканала в двух столицах проводились пикеты и акции. Федеральная конкурсная комиссия (ФКК) единогласно рекомендовала Россвязькомнадзору продлить лицензию телеканалу «2×2». Окончательное решение о пролонгации лицензии, срок действия которой истекает 17 октября, примет Россвязькомнадзор.

Ответом создателей мультсериала «South Park» на проблему цензуры на телевидении стал эпизод «Большая общественная проблема». В нем слово «shit» прозвучало незапиканным 162 раза, то есть в среднем раз в восемь секунд, и на экране присутствовал счетчик, отслеживающий каждое произнесение слова.

Справка

Цензура — это форма ограничения свободы слова, свободы печати, телевидения и других средств информации, обусловленная законодательно утвержденными нормами защиты интересов государства, общества и общественных институтов. Цензура имеется во всех государствах, даже там, где ее введение законодательно запрещено, но везде имеет свою специфику. Очень часто цензура используется также корпорациями, финансовыми структурами для заметания следов своих преступлений. Согласно статье 29 Конституции Российской Федерации в нашей стране цензура запрещена.

Глубже в тему

Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности Интервью «Нужна ли в России свобода слова?»

Геннадий Жирков, исследователь История цензуры в России XIX-XX вв.

Подписка на еженедельную рассылку самых полезных новостей
Пользователь согласен на получение информационных сообщений, связанных с сайтом и/или тематикой сайта, персонализированных сообщений и/или рекламы, которые могут направляться по адресу электронной почты, указанному пользователем при регистрации на сайте.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость