Корней Чуковский,
"От двух до пяти":
Эти нехитрые люди воображают, что каждая сказка, которую расскажешь младенцу, так-таки до гроба и останется в нем со всей своей моралью и фантастикой и определит собою всю его дальнейшую жизнь. <…> Сажая его в тюрьму за решетку, судья так и скажет ему: – Не читали бы вы в детстве "Кота в сапогах"!
Опрос. От чего надо защищать детей?
Насилия/агрессии — 18%
Негативной информации ТВ/Интернета — 12%
Российской власти/чиновников — 12%
Наркотиков/алкоголя/сигарет — 11%
Педофилов — 10%
Родителей — 9%
От всего — 5%
Плохого влияния общества/улицы — 5%
Преступников — 4%
Педагогов/современного образования — 3%
Безнравственности — 3%
Затрудняюсь ответить — 5%
Опрос проведен в мае 2012 года исследовательским центром портала Superjob.ru. Опрошено 1000 родителей. Приводятся самые популярные ответы (учитывались все ответы респондентов).
Дело в интерпретации
Алексей Ушаков,
помощник ректора Алтайского института повышения квалификации работников образования по информатизации:
К принятию Закона "О защите детей от информации…" шли давно – не зря в школах с 2007 года существует автоматическая система фильтрации виртуального контента. На мой взгляд, именно благодаря тому, что Интернет появился в ученической среде, взрослые вдруг ужаснулись: действительно, в Сети больше негативного, чем было в традиционных словесных социумах. Это не то же самое, что неприличные слова на заборе, и потому законодатели решили призвать производителей информации к ответственности.
Вопрос в другом: пока совершенно непонятно, каким образом будет присваиваться то или иное ограничение. Как я понимаю, на этот счет нет достаточно четких критериев. Производители сами должны решать, что можно предлагать детям, а что нельзя, но при этом у цензоров есть возможность применять административные санкции. Получается, закон можно интерпретировать двояко. Например, как мы сейчас уже знаем, волка из "Ну, погоди!" не репрессируют, хотя он и курит. Якобы решили, что он будет исключением. Значит ли это, что исключения будут и потом? Неизвестно.
Я считаю, вредит не информация, вредит отношение к ней. Как мы уже выяснили, можно показывать курящего героя и не вредить психике ребенка. Но ведь практически любой фильм даже с определенным уровнем запрещенного материала может обладать большим воспитательным эффектом, если ребенок будет смотреть его вместе со взрослым.
Ребенок должен знать, как относиться к тому или иному явлению. А если мы это явление просто убираем, то потом рискуем получить совершенно непредсказуемый результат.
Раз уж система введена, такие вещи должны решаться открытым сообществом людей. Иначе цензор будет вымещать свои комплексы – психологи наверняка потом смогут это проанализировать по сделанным запретам.
Что же касается детского Интернета, то здесь все очень просто. Либо ребенок не должен работать в Сети без присмотра, либо, если нет возможности его контролировать, нужно устанавливать на компьютер одну из программ "родительского контроля". Они все бесплатны и доступны.
Сдерживающее начало
Галина Шнайдер,
директор театра кукол "Сказка":
При краевом Совете народных депутатов в свое время существовала комиссия по нравственности, и она эти вопросы зачастую поднимала, но оставляла без ответа. Однажды на Большом Хурале – тогда еще Суриков был главой края – художественные руководители театров, собравшиеся там, задали ему вопрос: прекратится ли когда-нибудь телевизионная порнография, прекратят ли разлагать души детей, обрушивать на неокрепшие умы детей все это? Наша мораль, которая формировалась веками, она в хорошем смысле консервативная. В нашей российской морали, такой немножко пуританской, ничего плохого нет. Суриков тогда сказал, что есть антимонопольный закон и ничего нельзя запретить.
Я как педагог, руководитель детского театра считаю: это очень хорошо, что новый закон появился, и я не думаю, что он нам помешает. Наш театр твердо стоит на своих классических позициях и убеждениях, мы показываем красивые и добрые сказки, учим добру, прививаем детям основы морали и нравственности, чувство гражданственности. Ведь театр – это не просто развлечение, у детского театра своя функция: мы воспитываем, развлекая. В плане того, что детям запрещают смотреть "Ну, погоди!" – это уже перегибы, но я думаю, вскоре все станет на свои места, и там, где существуют такие перекосы, все поймут, что перестраховываться не резон. А в целом, повторяю, должно быть какое-то сдерживающее начало, и закон – первый шаг на этом пути.
Как принцесса Винкс
Екатерина Гусева,
педагог-психолог городского оздоровительно-образовательного центра "Потенциал":
Едва ли закон что-либо изменит в сложившейся ситуации. Ажиотаж вокруг него, на мой взгляд, вызван началом нового учебного года и стремлением России быть ближе к западному обществу. Да, ребенка может травмировать переизбыток агрессии и насилия на экране. Нежелательны и мультфильмы, кино, где присутствует полная безнаказанность героя за "плохие" поступки. Если в первом случае у ребенка могут возникнуть страхи и некоторая жестокость, то безнаказанность помогает сформировать стереотипы вседозволенности и "быть плохим – круто". Но смотреть детям подобное или нет, должны решать прежде всего родители. Не говоря уже о том, что в идеале следует обсуждать просмотренное с ребенком, чтобы убедиться, все ли он правильно понял. Кроме того, с возрастом ребенка нужно учить выбирать, что ему хорошо и полезно, а что – вред, чтобы фильтрацию он проводил сам. Одним фильтром на ТВ проблему не решить, тем более что сейчас у детей есть Интернет, а нужный диск можно купить в магазине. К курению и попрошайничеству ребенка могут побудить скорее не кино, а семейные проблемы, проблемы в детском коллективе и мода. В защиту отечественного мультпрома могу сказать: в моей практике или практике моих коллег еще не было случая, чтобы дети подражали "плохим" героям из мультиков. Скорее уж маленькие детки 5–9 лет сегодня мечтают быть похожими на принцессу Винкс и Трансформеров.
Опрос. В вашу школу приносили "запретное"?
Александр Реморенко,
слесарь:
У нас в школу никто ничего "такого" не приносил. "Тома Сойера" читали, это обязательно. Но из дома после этого убежать никогда не хотелось.
Дима Воробьев,
школьник, 12 лет:
У нас в школу ребята приносят иногда видео с матами. Надо нас защищать от этого и вообще от жестокой жизни. Но мультики по телевизору запрещать не нужно. Я вот люблю "Спанч Боба". Взрослые должны контролировать, а если их нет, то дети силу воли должны сами вырабатывать, не смотреть плохое.
Наталья Щетинина,
фотограф:
В мое время, а прошло уже лет 12 с того момента, как я окончила школу, никто ничего такого не приносил в класс. Это в годы перестройки дети баловались.
Александр Шнарр,
студент:
Нет, порножурналов в школу никто не приносил. Курить – курили, конечно, люди, но точно не под воздействием фильмов, а, наверное, со старших пример брали.
Как новый закон будет действовать на практике?
Несмотря на то что новый закон о защите детей от нежелательной информации уже вступил в силу, контролировать его соблюдение пока некому, пояснили "СК" в краевом управлении федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Обязанность проверять информацию возложена пока исключительно на производителей контента – руководство телеканалов, издателей газет и т. д. Но скоро при Роскомнадзоре появится специальная комиссия, состоящая из аккредитованных экспертов. В нее с большой долей вероятности войдут Павел Астахов, уполномоченный по правам ребенка, Михаил Федотов,разработчик закона о СМИ, и другие известные люди, а также эксперты-филологи и лингвисты. Они-то и станут стражами детской психики и совестью средств массовой коммуникации на государственном уровне.
На местах контролировать ситуацию уполномочены территориальные органы Роскомнадзора. Мера ответственности за нарушения предусмотрена в Кодексе об административных правонарушениях. Сегодня, как пояснили в региональном ведомстве, производители информационных продуктов обязаны помечать продукцию, несущую нагрузку, 12+, 16+ и 18+. По каким критериям? Издатель оценивает это сам. Еще минимум месяц – именно такой срок установили для апробации закона – все будет держаться исключительно на его совести.
Надежда Саяпина,
начальник отдела надзора в сфере массовых коммуникаций Роскомнадзора по Алтайскому краю:
Все понимают, в какой ситуации мы оказались: закон вступил в силу без сопровождающих его нормативных актов. Мы в случае необходимости можем собрать совет, состоящий из филологов, киноведов и, если понадобится, сексопатологов, для того чтобы, рассмотрев материал, направить его на экспертизу. Но только в случае, если информация откровенно "режет глаз" – предназначается для взрослых старше 18 лет. При этом более детально возрастной ценз мы устанавливать не можем – ведь нет разъяснений, на основании чего это нужно делать. То есть поспорить с тем, что это передача для детей от 16 лет, а не от 12, мы не можем. Так что пока в случае нарушений будем писать строгие письма, увещевать и разъяснять...
