Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

Космический мусор

Летом многие горожане уезжают на отдых в Горный Алтай, гостят у родственников в предгорных районах. Между тем эти места известны не только красотами природы, но и тем, что с неба там время от времени падает железо: обломки вторых ступеней ракет-носителей, которые выводят на орбиту корабли. Заинтересовавшись этой темой, мы узнали о разных точках зрения на космический мусор и о серьезных проблемах с ним связанных. Об этом сейчас и расскажем.

40 лет космонавтики на Алтае

Траектория полета космических кораблей рассчитана так, что стартуя с Байконура, они пролетают над нашим краем и именно здесь освобождаются от отработавших свое агрегатов. И это продолжается более 40 лет.

Однажды мусором чуть не стал не вышедший на заданную орбиту корабль с экипажем на борту, он упал в горы, и космонавты Александр Лазарев, наш земляк, и Олег Макаров, перенесшие жуткие перегрузки, чудом остались живы.

Жители Турочакского, Улаганского районов Республики Алтай и предгорной части Алтайского края (Змеиногорский, Чарышский, Курьинский и Третьяковский районы) знают о космическом мусоре не понаслышке. Обломки падают в тайгу, но случается, приземляются и в деревнях: то корову зашибут, однажды подстанцию разрушили. Человеческих жертв не было, по свидетельству информированных источников.

Последние пять-шесть лет оповещением населения о предстоящих запусках занимается главное управление Министерства по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям по Алтайскому краю. Раньше никакое ведомство этим себя не утруждало.

Александр Стекавин, заместитель начальника управления ГО и ЧС рассказал, что остатки ракетной техники находят с вертолетов и увозят на машинах, из труднодоступных уголков эвакуируют тоже вертолетами. Космическим мусорщиком у нас работает новосибирский авиационный институт, подведомственный «Росавиакосмосу». Контролирует сбор небесного металлолома краевое управление ГО и ЧС.

Властные структуры сохраняют спокойствие. Владимир Горбачев, заместитель начальника Главного управления природных ресурсов и охраны окружающей среды Министерства природных ресурсов России по Алтайскому краю просветил нас:

— Есть две точки зрения по поводу падения на наш край ракетных обломков. Первое мнение «Росавиакосмоса»: негативное воздействие не больше, чем от пяти автомобилей. По-другому думают ученые-экологи. Они считают, что влияние на природу и человека оказывается губительное. Пока мы не склоняемся ни к одной точке зрения. Сейчас в крае ведутся серьезные исследования, по результатам которых мы решим, нужно как-то противодействовать запускам и разрабатывать программу по реабилитации населения или нет. Думаю, что года через три, самое большее пять лет ситуация окончательно прояснится. На земле гептила не обнаружено

Расположенный в Барнауле научно-исследовательский институт водных и экологических проблем Сибирского отделения Российской академии наук с 1998 года исследует воздействие падения ступеней ракет-носителей на экологию. И ни в одной пробе почвы, растений, воды, снега не обнаружено вредных веществ, в частности, гептила. В Казахстане, где падают первые ступени ракет-носителей, гептил выливается прямо на землю и не разрушается более 10 лет. Но там — голая пустыня, а у нас в районах падения живут люди.

Вот что думает по этому поводу Александр Пузанов, заместитель директора по науке НИИ водных и экологических проблем:

— Вероятно, у нас гептил разрушается в атмосфере и не долетает до земной поверхности. На земле не обнаружено также продуктов трансформации гептила. Если бы гептил долетал до земли, это была бы катастрофа для Телецкого озера и водосборных бассейнов таких рек, как Чарыш, Алей, Бия и Катунь. Свидетельств прямого негативного воздействия на здоровье людей не выявлено. Считается, что ущерб от ракетно-космической деятельности в районах падения обломков можно квалифицировать как весьма несущественный… Сейчас можно не боясь ехать отдыхать в эти районы, хорошо бы организовать туристический маршрут, на котором желающим показывали бы уцелевшие части вторых ступеней ракет-носителей. Около них можно фотографироваться, только трогать не рекомендуется. В местах падения нежелательно находиться во время запусков, это может быть опасно. Оповещением населения сейчас занимается МЧС. Перед пусками они должны летать на вертолетах над районами падения и эвакуировать людей. Запуски с Байконура осуществляются не очень часто — 10−12 пусков в год.

Почему люди болеют чаще?

Ответ на этот вопрос с 1999 года ищут сотрудники Алтайского НИИ региональных медико-экологических проблем. Игорь Колядо, директор института, кандидат медицинских наук не разделяет оптимизма своего коллеги-эколога:

— По соглашению с «Росавиакосмосом» мы проверяем всех жителей районов падения обломков поголовно, от грудных детей до стариков. Сотрудники института уже обследовали семь тысяч человек (всего в этих местах живет около 10 тысяч человек). Каждого обстоятельно осматривали врач разных направлений. Полученные данные мы сравниваем с данными в контрольной группе. Чтобы устранить такие мешающие факторы, как, например, разная вода или разный уровень здравоохранения, для контрольной группы мы отобрали людей, живущих на той же территории, но западнее мест падения космического мусора.

Выяснилось, что люди более чем в 2,5 раза подвержены некоторым серьезным недугам. В целом заболеваемость выше в 1,4 раза — это много. Чаще всего встречаются болезни дыхательных путей, пищеварительной системы, щитовидной железы, гинекологические… К счастью, превышения уровня онкозаболеваемости не выявлено. Получается, что факторы ракетно-космической деятельности оказывают существенное влияние.

Не по договору, а по своей инициативе НИИ медико-экологических проблем исследует причины смертности населения районов падения обломков. Собрана информация обо всех умерших в этих районах за последние 50 лет. Сейчас нужно проанализировать кропотливо собранные данные и сравнить, от чего умирали люди до запуска ракет и от чего умирают сейчас. К концу года эту работу планируют завершить. Что получается? Гептила и продуктов его трансформации на земле не обнаружено, вредного воздействия падающих на най край обломков ракет-носителей вроде бы нет, почему же здешние люди болеют чаще?

— Я ярый противник того, чтобы гептил искали в почве, — говорит Игорь Колядо. — Вторые ступени ракет-носителей — а это 1,5 тонны топлива и 1,5 тонны окислителя — взрываются на высоте несколько десятков километров. Какой же смысл искать гептил на земле, когда мы не знаем, куда он упал и упал ли вообще. Я считаю, что вредные вещества надо искать в воздухе! Кстати, этим воздухом, скорее всего, дышат не только жители районов падения обломков, но и население всего края. Куда ветерок подует. Анализы атмосферы проводились «Росавиакосмосом», вредных веществ вроде бы не нашли. Но, может, у них методика не та… Анализ почвы на гептил — очень дорогая процедура, эти деньги целесообразней было бы направить на исследования воздуха. Итак, сформировались две точки зрения.

Первая: уж если падают нам на голову обломки, надо извлекать выгоду из этой в буквальном смысле слова свалившейся с неба экзотики.

Вторая: все что вмешивается в жизнь человек извне, может быть опасно, надо это изучить, чтобы бороться с негативными последствиями, если таковые обнаружатся.

Какой же подход возобладает — туристический или медицинский?

Нет закона — нет денег

Пока корабли бороздят, обломки сыпятся, а медики изучают, жители злосчастных районов страдают во благо российской и мировой космонавтики совершенно бесплатно. По словам Игоря Колядо, только один раз несколько лет назад они получили деньги от «Росавиакосмоса» — около 20 рублей на душу. Жители назвали эти выплаты «гробовыми».

Сейчас коммерческий запуск с Байконура (это когда в полет отправляют иностранный космический корабль) стоит десятки тысяч долларов, но в других странах — значительно дороже. Поэтому, чтобы запустить свои ракеты с казахстанского космодрома, некоторые страны выстраиваются в очередь. Алтайский край получает деньги только за коммерческие запуски. И то от «Росавиакосмоса» краю достаются копейки — земельный налог за использование территории в течение нескольких часов. «Росавиакосмос» предварительно извещает, что попользуется нашей землей (то есть сбросит ракетный хлам) такого-то числа на протяжении, скажем, шести часов (без точного указания времени). Проверить его никто не может.

«Росавиакосмос» всегда возмещает прямой ущерб, нанесенный ракетно-космической деятельностью. Если убило корову или разрушило строение, деньги переводятся незамедлительно. А вот за отдаленные последствия запусков «Росавиакосмос» платить не спешит. В стране нет закона, регулирующего выплаты населению, которое живет в районах падения ракетных обломков, а нет закона — нет и денег. Жители этих районов — «непризнанные», у них нет никаких льгот, как, например, у «семипалатинцев». Здоровье они вынуждены поправлять, рассчитывая только на свой кошелек. Правда, этим районам стараются по мере возможности помогать из краевого бюджета. То выделят денег на новую машину «скорой помощи», то помогут купить медицинское оборудование, но это не решает проблемы.

Люди живут в постоянном напряжении, не зная, то ли им завтра на голову упадет ракетный обломок, то ли они находятся под воздействием вредных веществ. И где тебя ожидает беда — в пище, воде или воздухе — неизвестно.

Основные проблемы, связанные с падением фрагментов ракетно-космической техники

* Вылет фрагментов частей ракет-носителей за расчетные контуры районов падения, создающий угрозу физического и психологического травмирования населения, домашних и хозяйственных животных, разрушение социальной и производственной инфраструктуры.

* Возникновение лесных пожаров, наносящих существенный экологический и материальный ущерб природным ресурсам.

* Замусоривание значительных по площади и уникальных по природно-ресурсному потенциалу территорий (заповедники, заказники).

* Токсичность части фрагментов, представляющих потенциальную опасность для здоровья контактирующего с ними населения, прежде всего при растаскивании фрагментов частей ракет-носителей, их концентрации в местах проживания, использовании для хозяйственно-бытовой деятельности, а также стихийной разделки и сдачи в лом цветных металлов.

* Постоянный стрессовый фактор психофизического дискомфорта, испытываемый жителями прилегающих к району падения населенных пунктов в связи с возможностью возникновения чрезвычайных ситуаций с масштабными медико-экологическими последствиями в случае различных нештатных ситуаций при пуске ракет-носителей.

Предоставлено институтом региональных медико-экологических проблем.

Справка «КП»

В ракетах-носителях «Союз» используется керосин Т-1, а в «Протоне» — топливо первого класса опасности гептил. Бытует мнение, в том числе и в СМИ, что гептил — это ядерное топливо. На самом деле это не так. Однако гептил очень вреден, это гипотропный яд, растворяющийся в воде. Он имеет характерный запах тухлой селедки. Вреден в любой, даже самой маленькой концентрации, влияет на наследственность, вызывает заболевания дыхательных путей, печени, почек и т.д.

Ася ХЛЫНОВСКАЯ.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Рассказать новость