Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене
6574

Подробности захоронения на Павловском тракте

10 октября в Барнауле в большом овраге на пустыре (Павловский тракт, 249) в двух-трёх километрах к северу от железнодорожных путей (станция Южный) были обнаружены кости людей. Исследование находок было поручено НПЦ «Наследие». Завотделом археологии Наталья Кунгурова в эксклюзивном интервью рассказала о результатах проведённых исследований.

Пуговица с двуглавым орлом

Алтайские СМИ уже сообщали об обнаружении в этом захоронении золотых крестиков и зубных коронок, серебряных ладанок, золотого кольца с гравировкой «Мария».

Среди находок также истлевшие обрывки одежды, кожаные сапоги и ботинки.

По остаткам обуви и фрагментам одежды удалось установить, что вещи импортного производства и принадлежали военнослужащим. Это добротные мужские кожаные ботинки с клёпками для шнуровки и супинаторами из плотной кожи в несколько слоёв, сапоги с высокими голенищами. Причём ботинки носили с обмотками, накрученными до колена. Были среди сапог и отечественные сибирские. Они другого покроя, и в них находились берестяные супинаторы и пакля.

Специалисты также обнаружили клёпку с одежды с английской надписью, пуговицу с гербом Российской империи — двуглавым орлом, фрагмент погона. Кроме этого, среди личных вещей — зубная щётка, расчёски с английскими надписями, импортные химические карандаши из Японии и чешский «Кох-и-Нор», пластмассовые и деревянные мундштуки. По словам Натальи, особенно впечатляюще выглядит большой костяной мундштук с барельефным изображением слона.

Дневник Николая Кузьменко

Самой удивительной находкой оказался зашитый в потайной карман кошелёк. Благодаря многослойной материи, слепленной глиной, он сохранил очень ценную информацию о своём владельце. В кошельке лежали очки-пенсне, листы бумаги: чеки на очки, ордер на арест, стихи, письмо, расписание прихода поезда на станции, денежные купюры 1922 и 1923 годов по 5 и 10 рублей и самое замечательное — дневник. Всё это принадлежало одному человеку — Николаю Осиповичу Кузьменко (возможно, 1893−1895 г. р.). Археологам не удалось точно установить его место проживания, но есть предположение, что он мог быть жителем Новониколаевска (Новосибирска). Судя по письму, этот человек безупречно грамотен, образован, интеллигентен, до войны находился на службе. В кошельке сохранились стихи С. В. Потресова «Яблоня», написанные карандашом: «Полная сил ароматная, дивная, яблоня в нашем саду расцвела, словно невеста фатой белоснежною скромно накрылась и ласки ждала…».

Дневник сохранился со 127-го дня — 15 апреля 1923 года (начат 20 или 21 декабря 1922 года.). Первого листа в нём не было.

По записям, чекам и ордеру на арест удалось восстановить даты и частично события.

Из документов следовало, что Николай Осипович Кузьменко был арестован 11 декабря 1922 года во Владивостоке Приморским губернским отделом ГПУ. Там он находился в заключении и привлекался к работам. А 22 апреля 1923 года выехал поездом в Новониколаевск через Иркутск.

После прибытия в Новониколаевск 30 апреля 1923 года Николай Кузьменко содержался в заключении. Записи лаконичны и непонятны. Повторяется слово «был передел», указывается, что он подавал заявления на выдачу белья, один раз, 17 мая, было разрешено свидание, а 22 мая утром поездам отправлен в Барнаул. На этом запись окончена.

Предположительно, по приезде в Барнаул группа из 20 человек была высажена на станции (ОП Южный на развилке) за городом — на пустыре. Людей провели к оврагам, расположенных в 2,5−3 километрах от путей, и порубили шашками. У всех найденных останков — колотые раны на черепах. После этого всех закопали в общей могиле.

— На обрывках бумаги и денежной купюры из кошелька были написаны имена и фамилии:

Музалевский Василий Андреевич, Мерзляков Виктор Семёнович, Черкасова Евдокия Александровна (с адресом: ул. Конный, с. Сузун). Напротив фамилии «Василий Андреевич Музалевский» приписано — «по 13 Сиб. Стр. дивизии».

13-я Сибирская стрелковая дивизия сформировалась в Новониколаевске в марте — апреле 1919 года входила в антибольшевистский Восточный фронт. В марте 1919 года вышел Указ Верховного (адмирала Колчака) о призыве на воинскую службу, и в апреле был призыв населения не ниже курса высших начальных уездных и городских училищ (возраст от 18 до 35 лет), с 23 апреля — тех, кто состоял на службе в каком-либо учреждении. Ставка главного командования находилась в Омске. Части, корпусы и полки Сибирской дивизии также формировались в Бийске, Барнауле, Бердске. Вооружение и одежда поставлялись странами-союзниками — Японией, Англией и Америкой. После поражения Армии на Восточном фронте в 1920—1922 годах во Владивостоке начались аресты, «чистки».

Среди вещей убитых найден обрывок газеты, касающийся событий 1922 года во Владивостоке: рекламы, услуги и статья о чистках партийных рядов.

Вещи с убитых и события, указанные в дневнике, дополняют друг друга и свидетельствуют о принадлежности захороненных к Сибирской Армии адмирала Колчака.

След армии Колчака

После поражения белой армии в Сибири началась неразбериха, сопровождаемая грабежами и убийствами людей без ссылок на сословия. Поэтому нельзя считать, что группа казнённых состояла только из военных одного подразделения. Есть версия, что среди казнённых были и мародеры, которым принадлежали трофеи в виде золотых вещей.

Группа военных, захоронение которых обнаружено в овраге на Павловском тракте, была конвоирована с Восточного фронта в Новониколаевск, а затем уничтожена приказом ОГПУ на станции за Барнаулом. Черепа казнённых были разрублены шашкой.

Вещи и драгоценности остались при казнённых. В могилу была брошена связка ладанок и крестов. Приказ о недопустимости мародёрства вышел только в 1924 году, но не исключено, что в 1923 году мародёрство уже пресекалось. Исполнение приговора в 20-х годах требовало конвоирования к заблаговременно вырытой яме и производилось в пустынных местах за городом. Обычно для казни использовались крупные овраги, подобные оврагу на Павловском тракте, и приговоры там исполнялись неоднократно. Сведения о них содержались в тайне. Одно из таких мест обнаружено под Новосибирском и называется Берёзовая Роща. Подобные погребения на территории Барнаула до этого не были выявлены. Найденное на Павловском тракте погребение открывает страницу многолетней тайны.

Письмо от любимой

Кроме того, в кошельке Николая Кузьменко хранилось письмо от женщины, возможно, гражданской жены. Звали её Роза Золотарёва. Из письма: «Милый, дорогой Коля, я и Тася целуем тебя крепко-крепко. Письмо твоё я получила. Я замуж не выходила и ни с кем не живу. А жду тебя. Если бы ты знал, как Тася за тобой скучает и как желает тебя видеть. Тася выросла большая. А она очень умная девочка и развитая, уже её исполнится 27 мая девять лет Коля Коля как мне жить тяжело в её время я служила. А теперь сократили и я без денег и без службы»

В том же письме женщина сообщает, что собирается к брату в Барнаул и называет его адрес (ул. Гоголевская, 58, кв. 5). Этот деревянный двухэтажный дом сохранился.

Раскопки проводили сотрудникиотдела криминалистики следственного управления по Алтайскому краю Следственного комитета при прокуратуре РФ (руководитель — Константин Ратштейн, расследование факта — следователь следственного отдела по Индустриальному району Максим Охочий. Изучение материалов — сотрудник НПЦ «Наследие» кандидат исторических наук Наталья Кунгурова. Помощь оказывали студент БГПА Михаил Карпов, консультант-коллекционер Сергей Кобзев.

Все, кто готов сообщить дополнительную информацию по данным фактам, могут позвонить по телефону 63−09−83 (Кунгурова Наталья).

Смотрите также

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Рассказать новость