Экономика

Почему жители алтайского села взбунтовались против местного фермера

Несколько десятков жителей алтайского села Таскаево из Тальменского района узнали, что являются членами фермерского хозяйства, через много лет после его создания. Восьмой год они пытаются вернуть свою землю. Нынешним летом был новый виток разбирательств: в июле они написали письмо губернатору, в августе в их жалобе разбиралась краевая прокуратура. Сам же фермер комментирует их действия недобрыми словами.

Село Таскаево Тальменского района.
Село Таскаево Тальменского района.
Altapress.ru

Ищут правду

«Это что за односельчане? Тунеядцы все эти? — отзывается глава КФХ Михаил Манаков на мой вопрос, что он думает по поводу жалоб односельчан. — Врут они все. Они члены крестьянского хозяйства, и за 17 лет ни разу на поле не работали. Восемь лет по судам меня таскали, все правды искали. Вот сейчас вам будут надоедать».

Юрий Ткачев, житель села Таскаево, — из тех, кого глава КФХ называет тунеядцами. В Таскаево он переехал в 1992 году, и с тех пор ни выходных, ни отпусков. «Хорошо иметь домик в деревне», — вворачивает по этому поводу шутку еще один «тунеядец» Николай Жариков.

Шутки шутками, а мои собеседники из села Таскаево рассказывают историю совсем не смешную. 16 лет назад фермер включил в состав КФХ 54 жителей за их спиной. В том числе моих собеседников.

Юрий Ткачев,
житель села Таскаево:

Манаков, когда организовывал крестьянское хозяйство, попросил, чтоб мы взяли паи в совхозе и сдали ему в аренду. Через восемь-девять лет только я узнал, что я — член крестьянского хозяйства.

Валерий Раков (справа) и Николай Жариков.
Altapress.ru

Решайте сами

Разбираться эти «фермеры поневоле» начали где-то в середине 2000-х, когда глава КФХ перестал выдавать то, что обещал за аренду паев: зерно (плюс вспашка огородов). То есть спустя несколько лет после создания хозяйства. Только не говорите, что люди сами виноваты: на руках у них были договора аренды. Как бумаге-то не верить?

Позже, уже на суде, фермер будет настаивать на том, что членами КФХ они стали по доброй воле, а договор аренды он заключил для их же спокойствия. Рискну предположить: куда больше он сделал бы для их спокойствия, если б заключил соглашение о распределении доходов в зависимости от участия в его работе и вклада. Такой документ члены КФХ составлять обязаны, пояснила ученый-аграрник Альбина Колобова (см. Комментарий). Но сделать это он отказывается и сегодня.

Впрочем, о спокойствии речи не шло уже где-то к 2004−2005 году. Ситуация казалась совсем уж несправедливой. Ведь в первое время, говорят мои собеседники, большую часть надела глава КФХ Михаил Манаков сам в аренду сдавал — жил на эту ренту и развивался. Своими силами обрабатывал гектаров 30, не больше. И только потом поднялся, купил технику и теперь пашет и сеет на бОльшей части земли.

Так или иначе, один из владельцев паев пожаловался на фермера в прокуратуру. Там и огорошили: так вы же сами члены крестьянского хозяйства, чего жалуетесь-то?

Односельчане фермера Михаила Манакова из села Таскаево.
Altapress.ru

Зерна не дам!

Залезли в бумаги — и волосы дыбом: протокол собрания членов КФХ, по которому хозяйство зарегистрировали, поддельный. Соглашение о передаче в КФХ паев фальшивое — люди ставили подписи совсем под другим документом. Впрочем, сам глава КФХ в разговоре с altapress.ru это отрицает: «Какие подделки»?! Однако к выводу, что 54 человека не ставили подписи под документами о создании КФХ, пришла и милиция.

Но ни забрать свой пай, ни договориться с главой КФХ о распределении доходов так и не смогли, сколько ни судятся. А тем временем Манаков заявляет тем, кто ищет правду в судах и полиции: зерна не получите! Он подтверждает это и в беседе со altapress.ru.

Михаил Манаков,
глава КФХ:

Всем, кроме них, выплачу по тонне.

«Как же так, Михаил Григорьевич, это ведь и их земля?» — спрашиваю я фермера.

Михаил Манаков,
глава КФХ:

Земля эта сейчас является не моей и не ихней, это земля крестьянского хозяйства. Понимаете? И есть глава КХ, который распоряжается без доверенности.

В селе Таскаево.
Altapress.ru

Шумная история

Многие из моих собеседников не просто односельчане — родные главе КФХ люди. Но только родные по крови. А по жизни — почти враги.

Нет, единомышленниками они были когда-то. 1990-е годы прошлись по селу, словно трактором по засеянному полю. Все, что хорошего было в прежней жизни, запахали. А нового не взрастили еще. ЗАО «Тальменское», в котором работали многие из моих собеседников, в те годы считалось лучшим в районе. Только вот зарплату платили, когда «хозяин» пожелает — директор то есть.

Механизатор «Тальменского» Михаил Манаков жил в те годы, как все. И как все, выпрашивал зарплату. Но однажды его родственник из Барнаула Вадим Карпов (его жена из Таскаево, и у них там дом) подсунул ему закон «Об акционерных обществах».

Вадим Карпов,
житель Барнаула:

Я тогда искренне хотел помочь человеку.

Манаков прочитал и понял: это ж мы, акционеры, здесь хозяева. А живем, как рабы у «тяти» (так односельчане называли тогдашнего директора хозяйства). «Я понял: пора перестать быть рабами и становиться хозяевами», — говорил он в 2000 году «Свободному курсу».

Набралось у него почти 60 сторонников. Все они решили забрать паи (по 7,7 гектаров), директор отдавать не хотел — помнится, в районе эта история наделала шуму… Бунтовщиков в конце концов отпустили на все четыре стороны.

Дом и надворные постройки фермера из Тальменского района Михаила Манакова.
Altapress.ru

Вершки и корешки

И вот в 2001 году четверо бывших работников «Тальменского» создали КФХ, Манакова избрали главой — все сначала было по-честному. Остальные же, как предполагалось, сдадут паи ему в аренду. Надел у фермера сложился не то чтобы крупный, но и не микроскопический: 408 га.

И только семь лет спустя выяснилось: в том же 2001 году, буквально через месяц, Манаков пришел в администрацию с новым протоколом — будто бы еще 54 односельчанина решили стать членами КФХ. В администрации подписали новое постановление о создании КФХ.

Так земельные паи всех 58 членов КФХ перешли в общую совместную собственность КФХ, и Манаков это право за хозяйством зарегистрировал. Первые годы, рассказывают оппоненты фермера, он за владельцев паев сам платил налоги. А сейчас налог платят они (около 500 рублей). А доходы получает глава КФХ. Как в сказке: кому вершки, а кому корешки.

Или уходите, или ждите

Когда всплыла эта история, добрососедские отношения между односельчанами испарились. Одно дело — земля в аренде. Ее и забрать можно. Совсем другое -в совместной собственности… Кто-то смирился, конечно. Но не мои собеседники. Спрашиваю их: как так, он ведь в конце 1990-х с самоуправством директора боролся, а теперь, получается, и сам таким стал? Плечами пожимают: вроде нормальный был мужик.

А с 2009 года они с ним судятся. Вел бы себя по-человечески, делился бы, наверняка и они стерпели бы. Кому охота с бумагами по судам и прокуратурам бегать?

В 2010 году суд признал: соглашение о передаче паев в КФХ недействительное. Право общей совместной собственности суд прекратил. Краевой суд дал разъяснение: членами КФХ эти люди НЕ являются. Казалось бы, все. Точка. Конфликт исчерпан.

Почему знаменитый алтайский фермер Виктор Траутвейн никому никогда не кланялся

Но Михаил Манаков все так же распоряжается всеми 408 гектарами, и, как прежде, сам решает, кому платить за паи, а кому нет. Почему? Потому что суд не нашел оснований отменить постановление районных властей о создании КФХ: в администрации же не могли знать, что фермер что-то там нарушил в ходе проведения собраний.

Совместная собственность крестьянского хозяйства — тоже интересная штука. По закону, рассказывает Вадим Карпов, члены КФХ не вправе забрать паи в натуре. Могут только денежную компенсацию получить.

И глава КФХ Михаил Манаков объясняет altapress.ru: раз постановление о регистрации КФХ никто не отменил, значит, они члены КФХ. И вы или уходите и берите денежную компенсацию за пай. Или работайте в хозяйстве.

Большинство жителей села Таскаево живут подсобным хозяйством.
Altapress.ru

Это вам не игрушки

Фермер говорит: раз эти люди не работают в КФХ («тунедядцы»), значит, ничего получать за свои паи не должны.

Михаил Манаков,
глава КФХ:

В законе четко прописано, что член крестьянского хозяйства имеет право на часть дохода при его личном участии. Я им сколько раз говорил: я никому не запрещаю работать. Вот рядышком со мной, на трактор, на комбайн, и вперед — пыль глотать. Никто не хочет.

Однако в первые годы после создания хозяйства его оппоненты на земле трудились, рассказывают они, — это было, когда часть земли зарастала бурьяном. Валерий Раков говорит, что они тогда арендовали трактора. Юрий Ткачев вспоминает: подсеивали траву на корм скоту, пока Манаков не передал землю арендатору.

Глава КФХ со своей стороны утверждает, что у него и сейчас есть свободная земля — работайте, кто мешает.

Михаил Манаков,
глава КФХ:

116 гектар стоит, бурьяном заросло. Я нынче эксперимент поставил — не стал эту клетку обрабатывать. Думаю, может кто-то зайдет. Никто из них не зашел. Земля дается для того, чтобы на ней работать, а не в игрушки играть!

Вадим Карпов, когда я его про эти 116 га спросила, возмутился: зачем так обманывать? Эту землю фермер сдал в аренду, арендатор посеял, но не убрал гречиху, эта земля не свободная.

Это тупик

Возможно, если бы власти района вмешались бы в ситуацию восемь лет назад, она не зашла бы в тот тупик, в котором она сейчас пребывает. По решению суда они не члены КФХ. По факту — члены КФХ: постановление-то о его создании действует. На руках у них свидетельства на земельную долю. Но распоряжаться они землей не могут, потому что теперь она в общей собственности. И все решает глава КФХ, за избрание которого ни один из 54 человек не голосовал.

Алтайский предприниматель готов вывести 700 коров к зданию районной администрации

Попытались они добиться возбуждения уголовного дела. В полиции, хоть и признали, что создано хозяйство по поддельным документам, отказали: истек срок давности (документ есть в редакции). В конце июля уже 2017 года люди обратились с письмом к губернатору. Краевая прокуратура их поддержала, постановления об отказе в возбуждении дела, вынесенные местной полицией, были ею дважды отменены.

Фермер же считает себя правым и идти навстречу не собирается. Он утверждает, что в селе у этих людей сейчас мало сторонников. И ничего они своими жалобами и судами не добьются.

Михаил Манаков,
глава КФХ:

Восемь лет они Манакова делают, делают, этого колхозника, и не могут никак сделать.

В адрес своих оппонентов он бросает обвинения в рейдерском захвате, в том, что они на земле хотят не работать, а обогащаться (хотя сам часть земли сдавал в аренду и тоже, наверное, не в ущерб себе). Он утверждает, что всех баламутит Карпов, и без него все давно было бы тихо и мирно, все получали бы по тонне зерна за пай…

В общем, предлагает за тонну зерна смириться и помалкивать. Но его бывшие единомышленники говорят, что и дальше будут добиваться возвращения земли. Возможности мирного урегулирования, по их мнению, за эти годы исчерпаны.

Комментарий

Альбина Колобова,
профессор:

Члены КФХ могут не работать в хозяйстве. Это в кооперативе они обязаны работать, и если не работают — все, с ними отношений нет никаких. А в КФХ они могут внести свой земельный участок и по договору за него получать. Но между ними должен быть заключен договор с условиями, сколько он должен оплачивать: 20% урожая или, скажем, 10%, в натуре или в денежной форме. Обычно минимум — на уровне сбербанковского процента: урожай оценивается в денежной форме, и как если бы эти деньги лежали на вкладе в Сбербанке.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость