Экономика

Владимир Бородин: «Нам нужно найти три миллиарда долларов»

Что такое «модернизация», о необходимости которой так много шума возникло в последнее время? Простой лозунг или жизненная потребность? Необходимое условие для сохранения власти определенной группой лиц или реальный шанс для перехода нашего государства в новое качество? И каким будет вектор этой модернизации — сверху или снизу?

Об этом и многом другом газета «Ваше дело» начинает цикл бесед с экспертной группой. В ее состав вошли ученые, представители бизнеса, деятели культуры, политологи и т. д. На наш взгляд, самая большая проблема модернизации в том, что она требуется не только в экономике, но и в других сферах человеческой деятельности. Наш первый собеседник — профессор, заслуженный машиностроитель России Владимир Бородин.

О технологических укладах

— Тема модернизации чрезвычайно актуальна, — начал беседу Владимир Андреевич. — Она давно назрела. О необходимости ее проведения говорит власть, эту тему обсуждают в научных кругах. Наверняка о ней говорят и специалисты на промышленных предприятиях края.

— Кто в большей степени хочет сегодня модернизироваться — власть, бизнес или общество? И насколько мы готовы к этому процессу?

— Начнем с того, что в модернизации нуждается в первую очередь экономика нашей страны. И мне кажется, власть это понимает и действительно желает перемен. Качество нашей экономики изрядно запущено, что лишний раз подтвердил кризис. Если мы не приступим к серьезнейшим переменам, не составим, как модно говорить сейчас, «дорожную карту», с помощью которой необходимо двигаться по модернизационному пути, то навсегда останемся сырьевым придатком ведущих мировых держав.

Если говорить о бизнесе и его участии в модернизации, то дело здесь даже не в желании, а в крайней необходимости. На большинстве промышленных предприятий страны, в сельском хозяйстве качество производственного аппарата остается низким. Поэтому модернизация — это неизбежность, если, конечно, бизнес желает самосохраниться.

— Что вы подразумеваете под «производственным аппаратом»?

— Основные производственные фонды предприятий и в первую очередь их активную часть — технологическое оборудование. В это понятие нужно включить современные производственные технологии. Они у нас тоже в значительной степени отстают от мировых стандартов. И третий компонент — кадры. На мой взгляд, нынешнее состояние кадров, в том числе и система их подготовки, в полной степени отражает состояние производственного аппарата. Постиндустриальной экономике, которую строят все развитые страны, соответствует шестой технологический уклад. Мы же сегодня находимся в разрушающемся четвертом укладе, который создавался еще в советский период и еще 20 лет назад требовал модернизации.

Вспоминаю, что в 1991 году я побывал на промышленных предприятиях в Швеции и там наиболее полно ощутил наше отставание от европейских фирм. Уже тогда у них были полностью автоматизированные предприятия с минимальным использованием ручного труда. И занимались они высокотехнологичным производством машин, оборудования, товаров массового потребления и т. д.

В конце 1980-х — начале 1990-х годов я работал в прикладной науке, которая и была призвана подготовить и обеспечивать такой переход — от четвертого к пятому технологическому укладу. В первую очередь это было связано с необходимостью роботизации производственных процессов, с переходом на бездокументарные технологии и т. д. Перед нами стояла задача организации производства современного промышленного оборудования, которое должно было стать основой создаваемого пятого уклада. Тогда было положено начало выпуску гибких производственных центров, робототехнических комплексов и других современных систем. Из-за политических событий в нашей стране в 1991 году нам не удалось это реализовать.

Об инвентаризации

— С чего же следует начинать современную модернизацию? С поиска национальной идеи?

— Для начала нам необходимо восстановить тот технологический уклад в промышленности, который был в 1990-е годы. Это позволит получить передышку и понять, куда двигаться дальше. Да, можно, конечно, сказать: «А давайте все похороним и сразу начнем строить постиндустриальную экономику, основанную на шестом технологическом укладе». Практика показывает — не получается! А что касается национальной идеи, то настолько это затисканная формулировка! Давайте оставим ее политикам.

Итак, модернизация — это необходимость, а начинать ее, как мне кажется, следует с инвентаризации производственного аппарата. Она необходима для того, чтобы оценить реальную конкурентоспособность каждого предприятия.

— Вы думаете, что владельцы и топ-менеджеры не обладают такой информацией?

— Я не уверен, что они в полной мере представляют, какими качественными и ценовыми характеристиками должна обладать их продукция на рынке. И каким должен быть уровень технологий и оборудования для ее производства. Давайте в качестве примера возьмем «Алтайский моторный завод», «Барнаултрансмаш» или «АлтТрак». Кажется, не так давно эти предприятия, как утверждали собственники, имели хорошие рыночные перспективы. Но деградирующий год от года производственный аппарат поставил предприятия на грань банкротства. Поэтому инвентаризация в данном случае — первый шаг, который должно сделать государство. Причем сделать объективно, с привлечением компетентных и независимых специалистов.

Несколько лет назад мы разрабатывали программу развития промышленности на Алтае на 2006−2009 годы. И в ходе ее подготовки тоже делали попытку проанализировать текущее состояние предприятий. Они условно делились у нас на три группы, но дифференциация строилась в основном по финансово-экономическим показателям работы — динамике выручки, доле рынка, размеру прибыли и т. д. Такой анализ был не совсем корректен, поскольку более-менее устойчивыми являются предприятия не только с динамичным рынком, но и с современной технологической базой, компетентными кадрами. В соответствии с таким подходом в одной группе были совершенно разные по калибру предприятия — «Алтай-кокс», например, и «АлтТранс», у которых уровень производственного аппарата был одинаково высоким. С другой стороны, были предприятия с миллиардными оборотами, которые уже тогда находились в предбанкротном состоянии.

— И что же даст в итоге эта инвентаризация, помимо понимания места каждого конкретного завода?

— С одной стороны, она выявит предприятия, с которыми, увы, государство должно твердо распрощаться. Если заводы годами не платят налоги и зарплату, если они простаивают, а их кадры постепенно либо деградируют, либо рассасываются по другим предприятиям и отраслям, то чего мы ждем? Ждать нечего, нужно иници­ировать их банкротство! С другой стороны, инвентаризация покажет, какое оборудование требует первоочередной замены и куда, соответственно, нужно направить выделяемые средства господдержки.

— Где же взять деньги?

— А это самый главный вопрос! Статистика показывает, что в промышленности Алтайского края наблюдается настоящий инвестиционный голод. Абсолютное преобладание в общем объеме инвестиций занимают собственные средства предприятий. Тогда как доля банковских кредитов, например, в машиностроении ничтожно мала и составляет 6−8% от общего объема.

— Сколько необходимо средств для обновления производственного аппарата в промышленности края?

— Я уже приводил эту цифру. Нам нужно найти около $ 3 млрд., чтобы восстановить в алтайской промышленности то качество аппарата, которое было до 1990 года. Могут ли это быть собственные средства предприятий? Конечно же, нет! Ведь 90 млрд. рублей — это больше годового бюджета Алтайского края.

Здесь возможны два пути решения финансовой проблемы. Первый — благодаря селекции отобрать предприятия, где необходима модернизация в интересах экономики, обороноспособности и безопасности страны. И применять по отношению к ним меры государственной поддержки включая предоставление инвестиционных кредитов на 10−15 лет хотя бы под 3−5% годовых. Второй путь — вхождение государства в состав учредителей таких предприятий для того, чтобы изнутри заниматься модернизацией. Я не раз говорил и ранее, что национализация ряда предприятий — это неизбежный для нас этап развития. Говорю абсолютно серьезно, поскольку не вижу других источников модернизации, кроме как концентрация всех ресурсов, которыми обладает наша страна. Концентрация в руках государства. Если оно будет выделять миллиарды рублей на модернизацию, то логично, что должно и обеспечить их целевое использование.

Отвечая на вопрос, какая модернизация у нас сегодня — «модернизация сверху» или «модернизация снизу», я бы ответил «сверху». Почему? Да в первую очередь потому, что промышленный и банковский капитал в современной России не в состоянии провести «модернизацию снизу». То же самое можно сказать и об инновационном поведении большинства собственников. Для своих оппонентов подчеркну, что я говорю о так называемой тяжелой промышленности, в первую очередь — машиностроении как основы модернизации экономики.

О прикладной науке

— Теперь еще одна тема, которую я хотел бы затронуть. Речь — о роли прикладной науки в модернизации страны. Она всегда была проводником между фундаментальной наукой и производством. Она из идей делала технологии, оборудование, формы организации производства. Сегодня прикладной науки нет. Механизм ее финансирования, который существовал в советские годы, был очень продуманным. Я 11 лет возглавлял такой институт и могу говорить об этом из собственного опыта.

Мы заключали договор с предприятием на разработку технологии и поставку оборудования, шли в банк, где под этот договор брали кредит (он составлял максимум 2% годовых), и начинали работу. А если предприятие было готово авансировать нас в каком-либо объеме, то мы не отказывались. Работа, как правило, выполнялась в течение года, заказчик принимал ее, рассчитывался с институтом, а институт погашал кредит банку.

— А сейчас есть какие-то прикладные институты в крае?

— Сейчас нет. Сохранился АНИТИМ, который принадлежит «СтройГАЗу». Но он практически не занимается прикладными разработками для промышленных предприятий, поскольку по рыночным правилам этим заниматься сегодня невозможно.

— Нужен ли краю универсальный прикладной институт, который будет выполнять заказы государства и бизнеса?

— Знаете, я периодически к этой мысли возвращаюсь. Такой институт нужен, он принес бы огромную пользу краю, но кто его будет финансировать? И я, между прочим, уверен, что кадровый потенциал для такого института можно было бы восстановить. Причем для начала можно создавать не целый институт, а, к примеру, группу профильных специалистов. Включить в нее пять-шесть высококлассных спецов по технологическим направлениям — металло­обработка, сварка, термообработка, литейное производство. Эти специалисты будут в курсе всех мировых новинок производства. Они будут знать, где и какое оборудование используется ведущими предприятиями. Они будут знать всех производителей этого оборудования и правильно сориентируют предприятия в его возможностях и достоинствах. Создание такой группы было бы особенно полезным на фоне снижающихся компетенций инженерных кадров.

Ну и несколько слов о последней компоненте успешной модернизации — о кадрах. Мы теряем сегодня не только науку и предприятия, но и человека-созидателя. Мы теряем новатора, без которого модернизация — пустой звук.

Что мы знаем об укладах

Четвертый технологический укладбыл сформирован в нашей стране в 1930—1990 гг. Он был основан на развитии энергетики с использованием нефти и нефтепродуктов, газа, средств связи, новых синтетических материалов. Это период массового производства автомобилей, тракторов, самолетов, различных видов вооружения, товаров народного потребления. Появились и широко распространились компьютеры и программные продукты для них. Атом используется в военных и мирных целях. Организовано массовое производство на основе конвейерной технологии.

Шестой технологический укладбудет характеризоваться развитием биотехнологий, основанных на достижениях молекулярной биологии и генной инженерии, нанотехнологиях; на развитии систем искусственного интеллекта, глобальных информационных сетей, интегрированных высокоскоростных транспортных систем. В рамках шестого технологического уклада дальнейшее развитие могут получить гибкая автоматизация производства, космические технологии, производство конструкционных материалов с заранее заданными свойствами, атомная промышленность. Потребление природного газа будет дополнено расширением сферы использования водорода в качестве экологически чистого энергоносителя, существенно расширится применение возобновляемых источников энергии.

Кто такой Владимир Бородин

Владимир Андреевич Бородин родился 10 октября 1943 года в селе Солонешном Солонешенского района. В 1965 году окончил Алтайский политехнический институт по специальности «Сельскохозяйственные машины». В 1978 году стал кандидатом технических наук, а в 1998 году — доктором экономических наук. С 1982 года работает на предприятии АНИТИМ, где в 1987 году был избран генеральным директором. С 1997 по 2001 год Владимир Бородин работал исполнительным директором Союза промышленников Алтая. В эти же годы он создает Институт проблем промышленного развития и возглавляет кафедру экономики и производственного менеджмента АлтГТУ.

Владимир Бородин воспитал двух сыновей. Сейчас у него растут два внука (старший учится на пятом курсе Алтайского технического университета) и внучка. Любит путешествовать, увлекается фотографией.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость