Политика

Интервью с экс-губернатором Суриковым

Суриков не занимается анализом своего поражения на выборах и не собирается вмешиваться в дела новой администрации края.

Бывший глава администрации Алтайского края Александр Суриков занял скромную должность помощника полпреда в Сибирском федеральном округе и кабинет в самом конце второго этажа резиденции Леонида Драчевского. Пока окончательно формируется круг его полномочий, но, как предполагает сам экс-губернатор, он будет курировать в СФО вопросы взаимодействия полпредства с политическими партиями и объединениями, профсоюзами, а также сектор ЖКХ и АПК.

Александр Суриков занимает в Новосибирске госквартиру в доме на улице Кирова, рядом с «Внешторгбанком», живет один и семью, судя по его словам, перевозить не собирается по двум причинам: во-первых, у ближайших родственников в Барнауле свой бизнес и деловые связи, а во-вторых, новый помощник полпреда и сам не собирается надолго здесь задерживаться. Федеральный закон позволяет находиться на госслужбе только до 65 лет: Александру Сурикову в этом году исполнится 64 года.

— Ваши соратники торжествовали, что теперь в полпредстве вы будете курировать регионы, в том числе — действия алтайских властей и губернатора Евдокимова. Так ли это на самом деле и приходилось ли уже встречаться с новым главой администрации края?

— Мы вовсе не собираемся вмешиваться во внутренние дела территорий, это исключительно их компетенция по законодательству. Наша задача — работать по федеральным направлениям. Взаимодействие с политическими партиями, движениями, профсоюзами — новое направление, которое появилось после выборов президента, раньше такого не было, и мне в Сибирском округе это поручено. И, конечно, самые животрепещущие вопросы жизнеобеспечения населения соответствующих территорий, чтобы там не было провалов (хотя они и могут иметь место, учитывая не очень серьезную стабильность в экономике): такие, как вопросы подготовки к зиме, формирования бюджета.

А вмешиваться… Пусть сами живут, думают, решают, принимают меры, развивают активность. С Михаилом Сергеевичем мы встречались после выборов, был нормальный разговор. Я не считаю себя человеком, который, если проиграл, то всюду видит врагов и противников. Продул и продул. Выборы кончились, население высказало свою точку зрения, человек работает, значит, надо ему помочь. Это мое кредо.

— Как, по-вашему, проявляет себя Михаил Евдокимов в качестве главы субъекта Федерации?

— Я пока не могу сказать, честно говоря. Считаю необъективными эти стодневные оценки, потому что цыплят по осени считают. Надо посмотреть, что за год сделано, как изменились реальные доходы населения, как изменились темпы роста промышленного и сельскохозяйственного производства, как пройдет отопительный сезон. Человек рекомендуется своими делами. А говорить о том, что я тут в кресле просидел 100 дней и Бога за бороду схватил, — это неправильно.

Рано давать оценки: администрация края делает первые шаги, достаточно ответственные, потому что на носу зимний отопительный сезон, не очень легкий, объективности ради говоря. Такое же состояние с бюджетом, принятым с серьезным дефицитом.

— Вы уже видите ошибки Евдокимова?

— Я понимаю, что это не ошибки, а неадекватно воспринятая ситуация, желание покритиковать предыдущую администрацию. Я никогда в своей жизни не критиковал своих предшественников, у нас в Сибири это и не принято среди моих бывших коллег. Критиковать существующую власть — дело перспективное, а ушедшую в прошлое — бесперспективное. Думаю, что есть вопросы к уровню кадров, к ментальному соответствию относительно понимания морали, критики, этики и так далее.

Кадровая политика нынешнего алтайского руководства — это вообще отдельная история: уже четыре новых человека ушли из новой администрации…

— Из вашей команды там никого не осталось?

— Меня другое волнует: я понимаю, что каждый глава формирует себе команду, это его право, которое оспорить невозможно. Но я считаю, что законодательно тут надо уже править. Высшие должностные лица приходят и уходят, а чиновники во всем мире остаются и работают. Должна быть защищенность людей от заморочек выбранных должностных лиц (к ним я и себя отношу) вполне определенной, если они толковые специалисты. Я сейчас многое не понимаю: взяли человека, сдернули его с должности, а через месяц вдруг поняли, что он не годится. Но прежде чем его назначать на более высокую должность, надо было пощупать: соответствует он или не соответствует.

— Вы как человек, ныне следящий за политическими партиями, в курсе, что региональное отделение алтайских «единороссов» выразило свой протест кадровой политике нового руководства края?

— И не только «единороссы». Левый блок («За наш Алтай», объединяющий коммунистов и аграриев. — Прим. ред.) тоже уже выразил недовольство. Они считают, что к кадрам надо быть более внимательным и не оценивать это дело с позиций сиюминутности: нравится — не нравится, по признакам «бывших».

— Александр Александрович, как сейчас, с позиций прошедших месяцев, вы оцениваете свое поражение в выборах?

— Я делал какие-то выводы между первым и вторым туром, в процессе выборов. После них я никаких анализов и выступлений себе уже не позволял. Проиграл, значит — проиграл. Значит, не так вел кампанию, не так работал, соперник смог людей убедить, что он сделает лучше. Вот для меня весь вопрос и весь анализ. И тему я закрыл.

— Но это была победа политтехнологий или ваш проигрыш как главы администрации?

— Технологов в первую очередь, естественно. Мы, сибиряки, к таким штукам оказались не готовы.

— Вас предавали во время этой избирательной кампании?

— Я это не анализировал и не собираюсь анализировать. Это все вопрос недоработок и в первую очередь — моих же, наверное. Кто-то предал, я многое знаю, но теперь в это дело не лезу. Надо было думать об этом, когда работал, и в предвыборный период.

— Когда вы пришли на первый срок губернаторства, у вас были довольно сложные отношения с журналистами. Насколько мне известно, в этой избирательной кампании практически все журналисты были на вашей стороне. Почему?

— Мы никогда не позволяли себе давления на прессу, исходя из понимания, что она — совершенно самостоятельная. Но при всей своей самостоятельности экономически она себя неважно чувствует, и мы выстроили схему поддержки СМИ, не давя при этом на их самосознание и сознание. Был создан краевой Закон о поддержке районных и городских газет, в учредителях которых есть госструктуры власти и местного самоуправления. Мы никогда не реагировали остро и злобно на критику: если она разумная, старались править свои действия, а если неразумная — то находили возможность объясниться с прессой и выяснить, где у нас непонимание. Еще мы таки сумели добиться в прессе, чтобы очернительства в СМИ в период избирательных кампаний не было: заранее собирались и подписывали внутреннее соглашение, что в черных пиаровских делах участия не принимать. То есть нормальная рабочая обстановка с прессой, не давя на нее в своих интересах.

— Сейчас вы наверняка в курсе того, что происходит на Алтае со СМИ: полулегальная цензура, преследование владельца многих СМИ Анатолия Банных, чьи медиа-ресурсы поддерживали вас в избирательной кампании…

— Действительно, мне на руки попадался документ, где предлагалось СМИ, прежде чем выйти в эфир или сделать публикацию, пройти как бы селективную отборку в комитете по печати. Это глупость большая. И еще есть попытки склонить прессу на свою точку зрения — к слову о медиа-средствах Банных. Я не сторонник таких подходов. Силовые методы всегда вызывают противодействие, а противостояние органов власти и прессы, безусловно, в первую очередь расшатывает орган власти.

— Вы согласны с утверждением некоторых политиков, что система полпредств себя исчерпала и пора ее упразднять?

— Не думаю, что полпредства выполнили свою функцию, поскольку законодательство России еще шатается. Сами функции государства, территорий, муниципалитетов еще тоже размыты. Стать России на ноги еще нужно время: когда оно наступит, тогда и полпредства можно отменять.

— На совете округа вы встретились со своими бывшими коллегами-губернаторами в новом качестве. Какие чувства при этом испытывали?

— Мы давно знакомы, и не считаю, что что-то должно меняться в наших отношениях. Такова государственная концепция: демократия и выборность. Сегодня ты губернатор, а завтра можешь им не быть. Но знакомыми и товарищами по жизни мы все равно остались. Я не чувствовал себя ущербным.

Марина АЛЫМОВА, Новосибирск, специально для «СК».

Смотрите также
Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость