Недвижимость

Сергей Боженко рассказал о мифах в градостроительстве и трудных путях развития Барнаульской агломерации

Барнаульская агломерация существует и развивается независимо от воли начальства, но наше законодательство ее не замечает, считает Сергей Боженко, начальник мастерской генпланов проектного института «ЗапсибНИИпроект», почти 14 лет (до 2007 года) работавший главным архитектором Барнаула.

А между тем не видеть этого явления уже нельзя. Около 15 тысяч жителей Новоалтайска и Первомайского района ежедневно ездят работать в Барнаул. Мигранты приносят деньги в бюджет краевого центра, а для Барнаула этих людей, в общем-то, нет — ведь все расчеты развития идут от числа официально проживающих.

Барнаул.
Барнаул.
Михаил Хаустов

Г-н Боженко идею планировать развитие всей «зоны притяжения» Барнаула считает своевременной. Однако с содержательной частью проекта не во всем согласен.

Живой организм

— Сергей Алексеевич, недавно прошло обсуждение проекта Барнаульской агломерации. «Агломерация» — это новое модное слово вроде кластеров или за ним стоит новое понимание властями иного пути развития территорий?

— «Агломерация» — красивое слово. Многие его повторяют, но не все понимают, что это такое. Когда меня пригласили на заседание краевого градостроительного совета, где шло обсуждение проекта Барнаульско-Новолтайской агломерации, мне хотелось сказать: «Ребята, а что это вы против закона-то идете? Ведь в Градостроительном кодексе такого понятия нет!» В кодексе установлен порядок дележа земли, и все, никаких созидательных начал. Он регламентирует разработку проектов развития территорий через описание существующего положения вещей и предложений на краткосрочную перспективу. Но не глазами дальновидных градостроителей, а глазами чиновников из управления экономики. А развитие агломерации — это взгляд в далекую перспективу через переосмысление земельного, сырьевого, производственного и людского потенциала.

— Понятия «агломерация» в законодательстве пока нет. Но агломерация есть?

— Агломерация существует независимо от нас с вами и от воли начальства. В нее входят как Барнаул с Новоалтайском, так и территории, расположенные на транспортных артериях, идущих на север в сторону Новосибирска, на юг в сторону Рубцовска, на восток в сторону Бийска и на запад к Павловску. Я бы сказал, что эта агломерация имеет в плане форму креста. Эти территории давно развиваются рядом, но самостоятельно. Проблема в ведомственной разобщенности. Генпланы Барнаула, Новоалтайска, схемы территориального планирования ближайших к ним сельских районов между собою не вполне взаимоувязаны.

— Что даст обществу планирование всей зоны притяжения Барнаула, если как-то удастся обойти ограничения в законах? Рост инноваций? Полагаю, в разумно спланированной агломерации инновации распространяются быстрее…

— Я вас умоляю, ни слова про инновации. Проект агломерации должен дать ответы на более земные вопросы. Где и сколько жилья следует разместить для гармоничного развития территорий, образующих зону концентрации интересов всех участников урбанизационного процесса. Где и сколько объектов теплоэнергетики, водоснабжения, мусоропереработки и т. п. следует построить в границах агломерации с минимальными затратами бюджетных средств. Как рационально проложить дороги и инженерные коммуникации на территории административно разрозненных сельских районов. Короче, Барнаульско-Новоалтайскую агломерацию следует рассматривать как живой, растущий организм, которому надо помочь развиваться с позиций разумной концентрации организационных усилий. К сожалению, из-за ведомственной разобщенности при проектировании агломерации в ее состав была включена лишь часть территорий, ее формирующих.

*В градостроительстве преобладают лица двух типов: люди, которые разбираются в том, чем они не руководят, и люди, которые руководят тем, в чем они не разбираются.

Нетуристический центр

— Если взглянуть на роль города в развитии региона, то что есть Барнаул? Екатеринбург, например, считается столицей нонконформизма и рок-музыки, Новосибирск — инновационным центром. Разработчики агломерации считают наш город центром транзитного туризма. Может, мы — ворота в Беловодье?

— Мы не ворота в Беловодье, это, скорее, приоритет Бийска. Главные туристические, а значит, и денежные потоки идут по линии Новосибирск — Новоалтайск — Бийск — Горно-Алтайск и далее. В масштабе страны Барнаул тоже расположен неудачно: основные транспортные артерии запад-восток идут мимо нас. Барнаул, к сожалению, третьеразрядный город, он остался в стороне от магистральных транспортных путей развития Сибири. Это объективно. Алтай вообще южное подбрюшье России. Потому спасение экономики края — в развитии сельского хозяйства, а также попытке развития туризма. Но не в Барнауле.

— Ну, а если построить новые музеи, восстановить исторические здания, удастся ли завернуть сюда туристов?

— Детский лепет! В начале 2000-х годов мне приходилось уговаривать представителей столичного капитала вкладывать деньги в туристические объекты Барнаула. Никто или почти никто свои капиталы, связанные с развитием туризма, не захотел здесь оставить. Почему? Потому что в зоне туристического транзита находятся земли, прилегающие к Новоалтайску, Бийску, Бийской трассе и Чуйскому тракту, — они ценятся выше. И потому темпы прироста жилья в Новоалтайске на одного жителя в иные годы выше, чем в Барнауле. Мы с вами знаем, что высокий правый берег Оби подвержен интенсивным градостроительным разработкам и активно застраивается. И это правильно. Там больше шансов на финансовую отдачу.

*Барнаул — это город с тремя памятниками Ленину на одном проспекте, город, где человеку мало проку от хороших манер и образования.

Жадность неистребима

— В проекте агломерации речь идет об уплотнении зон жилищного строительства. Каково ваше отношение к точечной застройке?

— Это необходимость. Не везде, конечно: кто ж одобрит новое строительство на площади Советов?! Да, оно ущемляет интересы части жильцов соседних домов, но чаще всего приносит больше пользы, чем вреда. За счет застройщика происходит обновление проржавевших коммуникаций, территория вычищается от мусора, благоустраивается. Возникают объекты социального и бытового назначения, что явно улучшает условия проживания. Но даже не это главное. Если инвестору не удается пробиться через гражданский заслон и строить в центре, он уходит на периферию — и город расползается вширь. А чем обширнее город, тем больше затраты на содержание дорог, ремонт и прокладку инженерных коммуникаций. Поэтому настоящий хозяин всеми силами сдерживает расползание городской застройки.

— Но бывает, что участок выделяют под девятиэтажный дом, а строят двенадцатиэтажный…

— Жадность человеческая неистребима. Иногда будущий застройщик начинает проектировать скромный объект на крохотном участке. Как только у хозяина появляется документация на землю, к нему устремляются инвесторы — местные и сторонние, честные и не очень. Они предлагают увеличить полезные площади, чтобы, сдавая их в аренду, окупить затраты. Пытаются влиять на разные уровни власти, подтягивая интересы муниципалитета, маскируя ими свои личные интересы. И из крохотного объекта раздувается инвестиционно-строительный пузырь, который вызывает сначала недоумение, а затем яростное сопротивление со стороны горожан.

*С некоторых пор я стал догадываться, что потемкинские деревни время пощадило. Они превратились в города с парадными главными фасадами и обшарпанным дворовыми…

«Съеденный» лес

— Насколько в Барнауле учтено то, что он расположен в суровом климате?

— Наш город закладывался рассудочно, с мужицкой логикой. Поэтому и направление улиц совпадает с направлением господствующих ветров, с тем чтобы снег с улиц выдувался. И приемов, направленных на нейтрализацию вредных климатических последствий, в Барнауле используется много. Но в 1930-е годы было принято политическое решение — одеть советских людей в советские ткани. И размещение меланжевого комбината, а затем и оборонных заводов решающим образом повлияло на развитие города. До индустриализации Барнаул развивался в сторону ленточного бора — туда, где жить комфортно. Во время Второй мировой войны он стал застраиваться в дискомфортной зоне — на продуваемых ветрами северных пустырях.

Стихийно Барнаул и сегодня тяготеет к бору. Всеми правдами и неправдами, самовольно и по высочайшему дозволению люди строят жилье на землях, пограничных с реликтовым сосняком. Лес «съедается» застройкой, но «съедается» без структурной увязки со смежными функциональными зонами, без инженерного обустройства, без обеспечения объектами соцкультбыта. При этом идея сохранения бора официально культивируется.

— Но ведь говорят, что бор — это легкие города, да и разработчики агломерации настаивают на его сохранении…

— Формально эта идея правильная. Но она не позволяет выйти на поиск рациональных путей развития города. Главная цель — создание условий для проживания людей, а не для растительности. Вспомните новосибирский Академгородок: застройщик убрал деревья только под пятно застройки и полосу движения башенного крана. В итоге было создано поселение, комфортное для проживания людей. И природа от этого не оскудела.

— Когда-то Барнаул хотели развивать как город-сад. Сегодня это скорее город-огород: почти 400 га — территория садоводств, частный сектор с огородами — еще 2 200 га. Как может развиваться использование этих территорий через… дцать лет?

— Барнаул стал городом-огородом в силу того, что большинство наших горожан — выходцы из деревни. Полнокровными горожанами становятся немногие, остальные продолжают вести аграрный образ жизни. Более того, люди вынуждены содержать огороды, чтобы кормить свои семьи. Думаю, огородничество в Барнауле было, есть и в обозримом будущем сохранится.

*Экология — мифическая наука, изучающая взаимоотношения агрессивного человечества с недоумевающей природой.

Справка

5,5 млн. рублей — стоимость разработки проекта «Схемы территориального планирования Барнаульской агломерации».

В Барнаульскую агломерацию, по мнению разработчиков ее проекта (московский институт «Гипрогор»), входят Барнаульский и Новоалтай­ский городские округа и Первомайский район — это 80населенных пунктов, на которые приходится более 40% промпроизводства и инвестиций края.

Разработчики предполагают:

— для концентрации жилищного строительства выбрать площадки на двух берегах: на левом — между поселками Центральным и Лебяжье и Змеиногорским трактом, на правом — площадка Берниково;
— скоростное автобусное сообщение между Барнаулом и Новоалтайском;
— концентрацию производственных объектов в поселках Новомихайловка и Лесном;
— строительство парка развлечений в поселке Берниково;
— в Барнауле развитие комплекса по обслуживанию транзитных туристов;
— в западной части Барнаульского округа разместить полигон твердых бытовых отходов, в северном промрайоне размещение мусороперерабатывающего комплекса для обслуживания Барнаула, Новоалтайска и близлежащих населенных пунктов, межпоселенческие полигоны ТБО.

Разрешение на порчу города

— Наша архитектурная служба, прежде очень сильная и способная решать серьезные проблемы, практически развалена, — говорит Сергей Боженко. Смысл градостроительства — в разумном использовании городских земель в интересах большинства горожан. Сегодня же комитет по архитектуре, развитию и строительству лишен такой возможности. В результате в сердце старого Барнаула на улицах Гоголя, Малой Олонской, Пушкина поднимаются типовые промышленные коробки, которые зрительно закрывают часть исторической панорамы. Дать разрешение на порчу своего города могли лишь горе-чиновники от зодчества и горе-проектанты, для которых не существует понятия профессиональной чести. Не говоря уж об архитектурно-художественной выразительности города.

*Сергей Боженко, из неопубликованной книги.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость