Про Барнаул и сюрпризы судьбы
Барнаул – моя малая родина. Здесь я родился, закончил школу №25 и состоялся как специалист. Но, честно говоря, в юности я совсем не собирался становиться врачом. Мне хотелось быть дипломатом и пойти по стопам старшего брата. Он выпустился из школы с золотой медалью и успешно окончил Московский государственный институт международных отношений.
После 10-го класса я также поехал поступать в Москву, во МГИМО, получил две пятерки и две четверки и не прошел по конкурсу. Огорчился сильно, но решил не сдаваться, отслужить в армии, а по возвращению снова поступать в МГИМО. Но родственники мое решение не одобрили и предложили альтернативу: «Вот тебе педагогический, медицинский, сельскохозяйственный и политехнический институты – поступай!» Семья у меня была строгая и спорить со старшими было не принято. Шутка ли, родной брат моего прадеда был наказным атаманом(казачьим генералом) Алтайского казачьего округа.
Я решил пойти в «мед», думал, что все равно не поступлю, готовился-то весь год по другим предметам. Сдал экзамены в Алтайский государственный медицинский институт , получил две пятерки и две четверки. К моему удивлению, меня приняли и неожиданно для самого себя я стал студентом-медиком – и ни разу не пожалел об этом.
Алтайский медицинский институт в то время был одним из сильнейших в стране – преподавательский состав был на мировом уровне. К слову, АГМУ до сих пор готовит отличных специалистов как для России, так и для стран-партнеров.
Учеба для меня никогда не была в тягость, и мне было интересно. По итогам четырех сессий в моей зачетке были одни пятерки, и я стал Ленинским стипендиатом – обладателем престижной и высокой стипендии в Советском Союзе.Я не был «ботаном-зубрилой» – играл в КВН, был командиром и комиссаром стройотряда.
После окончания специалитета меня направили в аспирантуру по биофизике в Москву. Это большая и сложная наука, но именно она дает врачу четкое понимание того, что он делает и зачем. В моем дальнейшем многолетнем изучении псориаза биофизика стала основным фундаментом.
Я прожил в столице три года, вернулся в Барнаул, в 1985 году в Московском государственном университете защитил кандидатскую диссертацию и до 1988 года работал на кафедре кожных болезней АГМИ.
Про бизнес и важность практики
Приближались 1990-е годы – тогда мы еще не знали, что они будут лихими, но уже предчувствовали неизбежный конец эпохи: стало понятно, что Советский Союз угасает. И тогда мы с моим другом и компаньоном Сергеем Борисовым задумались о том, чтобы открыть собственный бизнес.
Я ушел с кафедры, и мы начали заниматься сложным бизнесом – страхованием, и тогда открыли копанию – она до сих пор работает в Барнауле. А ближе к 2000-м годам меня пригласили в Москву, где я открыл специализированную клинику по лечению псориаза. За 26 лет она превратилась в сеть медицинских центров, которые находятся по всей стране и за рубежом.
Я не только руковожу бизнесом, но и принимаю пациентов, потому что убежден: нельзя создавать систему лечения, не будучи практикующим врачом. Даже в свои 70 с лишним лет продолжаю проводить консультации не только в московской клинике, но и в других филиалах, в том числе на Алтае. В августе открыл клинику в Барнауле, а в течение полугода мы с командой будем открывать клиники в Бийске и в Белокурихе.
Про сложности изучения псориаза и космос
Я изучаю псориаз с 1978 года – но даже за 48 лет мы так и не установили точные причины, по которой это заболевание возникает. Нашу работу можно сравнить с трудом астрономов. Они могут точно предсказать, какая комета будет в конкретной точке через определенное количество лет, потому что небесные тела притягиваются и движутся согласно закону Ньютона. Но почему они появляются – нет ответа. Так же и с псориазом: мы знаем, кто им болеет, в каких странах и группах, как проявляется внешне. А почему? Неизвестно.
А что известно? Сегодня мы точно знаем, что псориаз– это неинфекционное заболевание. Он не передается при прикосновении, использовании общей одежды, посуды или предметов быта.
Существует наследственная предрасположенность к развитию этого заболевания, но она может проявиться, а может и нет. Известны случаи, когда у истинных близнецов, которые генетически идентичны, псориаз проявился по-разному.
Мы не опускаем руки и активно сотрудничаем с научными институтами, в том числе с алтайскими. С АГМУ мы сотрудничаем по теме изучения суставных форм псориаза и ревматоидного артрита, разработали и внедрили тепловизорную систему контроля состояния сосудов конечностей для кафедры сосудистой хирургии АГМУ профессора Хорева Николая Германовича.
Также с Алтайским государственный университетом и АГМУ мы начинаем работу по созданию нового лекарства для лечения псориаза на основе трав Алтая. Это будет очень интересная работа.
Про уникальные методики в медицине
К сожалению, ни мы, ни другие врачи не нашли лекарство, которое бы избавило людей от псориаза раз и навсегда. По этой же причине многие дерматологи не берутся за лечение псориаза вовсе – мол, «он неизлечим, просто смиритесь». Так многие пациенты оказываются брошены.
Согласно официальной статистике, псориазом болеют более 2% населения России. Но это число может быть и больше, ведь не все заболевшие обращаются за помощью. А между тем псориаз не только доставляет дискомфорт, но и вызывает многочисленные комплексы. Представьте, как себя чувствует молодая красивая женщина, чье тело покрыто бляшками, или ребенок с выраженным шелушением кожи – это трагедия.
В основе нашего метода лечения – ПУВА -терапия. Это комбинированное лечебное воздействие на кожу лекарственных веществ и мягких длинноволновых ультрафиолетовых лучей. В отличие от обычного солнечного света, эти лучи не разрушают ДНК и белки клеток и, соответственно, не приводят к фотостарению и к развитию рака кожи.
Пациент принимает внутрь лекарственный препарат из растительного сырья, который делает кожу чувствительной к ультрафиолету и через 2-3 часа он в течение нескольких минут подвергается воздействию мягких длинноволновых ультрафиолетовых лучей. При небольших поражениях мы используем маленькие локальные приборы (например, УФ-расческу для псориаза головы или лампу для лечения псориаза ногтей), а в тяжелых случаях помещаем пациента в специальную кабину, напоминающую солярий.
Главное преимущество этой терапии в том, что она не токсична и не повреждает здоровые ткани организма. Нам удается добиться полного очищения кожи у большинства пациентов. Приятный бонус – ровный загар, это особенно нравится женщинам.
Дополнительно мы недавно приобрели тепловизор, позволяющий нам максимально объективно оценить эффективность лечения. С его помощью можно выявить недолеченный псориаз, который может маскироваться загаром, и даже увидеть больные суставы.
Однако и эта терапия не всесильна: без повторных курсов ремиссия длится около года. Но с поддерживающей терапией можно добиться долгосрочного эффекта.
Также для этой методики существуют определенные противопоказания: злокачественные новообразования кожи, беременность и кормление грудью, непереносимость ультрафиолетового излучения или компонентов лекарственного препарата и другие.
Про почетные титулы
Почетные звания на меня никак не повлияли. Я отношусь к ним философски – да, они есть, и ради бога. Но, на мой взгляд, лучше посвятить время не гонке за этими достижениями, а изучению того, что действительно важно – в моем случае, лечению псориаза.
Про планы на будущее
В будущем я хочу вернуться на Алтай и жить и работать в Белокурихе – здесь мне очень нравится, особенно мягкий климат и красивая природа. Хоть я более 30 лет живу в Москве, но москвичом по духу так и не стал.
Осталось только уговорить мою жену – сначала она не хотела переезжать из Барнаула в столицу, а теперь наоборот (смеется).
