Масштаб проблемы
Алтайский край занимает первое место по Сибири и одно из первых мест в России по количеству объектов культурного наследия. В регионе насчитывается 4,5 тыс. памятников, среди которых чуть больше половины — объекты федерального значения, а остальные — регионального.
В силу сибирского климата на территории сохранилось малое количество каменных зданий, но именно в Барнауле, Бийске и Змеиногорске эти объекты представлены в достаточно хорошем состоянии.
Для бюджета любого из органов власти вложения в подобные здания —достаточно серьезная ноша, говорит Юрий Абдуллаев, зампредседателя правительства Алтайского края. Поэтому Правительство региона заключило соглашение с Министерством культуры, которое обязуется выставить на портале ДОМ.РФ те объекты культурного наследия, которые находятся в неудовлетворительном состоянии и готовы найти инвестора.
За два с половиной месяца 39 таких объектов уже появились на этом портале, из них для 11 уже удалось найти инвесторов, а остальные 28 пока ждут покупателей.
По оценке участников дискуссии, фактические затраты на реставрацию превышают первоначальные сметы в 3-5 раз. В прошлом году объем реставрационных работ в крае составил 1,7 млрд рублей, из которых 1 млрд — частные инвестиции. При этом при надлежащей предпроектной подготовке погрешность не должна превышать 5-10%.
Что происходит
Один из характерных примеров — история с домом купца Поскотинова в Барнауле. Здание более 20 лет стояло в руинах и на его крыше выросли деревья. Новые собственники Нина и Евгений Нагорновы после расчистки территории попытались пересадить эти деревья на городские улицы, рассчитывая создать новую аллею. Им отказали в посадке, мотивируя это низкой приживаемостью крупномеров.
В итоге деревья были высажены на частном участке собственников, где все прижилось. Исключение составила лишь часть растений, которую принял на своей территории педагогический университет.
«Таких примеров немало, когда мы сталкиваемся с какой-то бюрократией, получая отписки и отказы, хотя, безусловно, определенная государственная поддержка есть. Как любит говорить мой супруг: главное, чтобы не мешали — это уже будет большая помощь, — говорит Нина Нагорнова. — Тем не менее мы часто встречаем и тех, кто готов идти навстречу, помогать нам и искать ответы на наши вопросы».
Еще один показательный пример привел Алексей Машонкин, директор реставрационной мастерской «Ренессанс», касающийся объекта в Бийске — пассажа Фирсова. По его словам, у здания отсутствовали технические условия для подключения к инженерным сетям. Сетевая организация отказала в подключении, и инвестору пришлось тянуть электричество от существующих мощностей на расстоянии 2,5 километра. На прокладку кабеля и все необходимые согласования ушло полгода, а затраты составили 2 млн рублей.
Подобные проблемы возникают и с теплоснабжением. Несмотря на наличие тепловой камеры рядом со зданием, сетевые организации не разрешают подключаться к ней, что вновь перекладывает финансовое и организационное бремя на инвестора.
«Целесообразно внести в законодательство изменение: вместо давления следует предусмотреть, что в первую очередь выданные технические условия и подводка к объекту принимаются на баланс — либо муниципалитета, либо субъекта РФ. Это позволит инвестору, получившему объект, не сталкиваться с неожиданными юридическими сложностями уже после передачи», — добавил Алексей Машонкин.
Скрытые риски
По словам Юрия Абдуллаева, реставрационные работы нередко осложняются археологическими находками. При обнаружении культурного слоя строительство приостанавливается, привлекаются специалисты, что влечет за собой дополнительные затраты и сдвиг сроков. Это регулярная практика, особенно в исторических центрах городов.
Отдельная проблема — противоречие между охранными обязательствами и современными строительными нормами. Например, требования к уровню пола первого этажа в исторических зданиях вступают в конфликт с санитарными нормами для общественных пространств. Это делает невозможным размещение в таких зданиях детских учреждений или объектов общепита без дополнительных согласований, которые зачастую затягиваются на месяцы.
С 1 марта 2026 года начали действовать изменения в федеральном законодательстве, упрощающие порядок согласования реставрационных работ, отметила Ксения Белоусова, зампредседателя постоянного комитета АКЗС по строительству, жилищно-коммунальному хозяйству, транспорту и связи. Вместо сложной разрешительной процедуры введен уведомительный порядок для работ, не влияющих на предмет охраны.
В правительстве Алтайского края подтверждают, что объект культурного наследия становится активом только при условии грамотного управления и вовлечения в городскую среду. Также они признают, что бизнес идет на такие проекты почти как на подвиг, поскольку риски и затраты несопоставимы с потенциальной доходностью.
Предприниматели, вкладывающие средства в объекты культурного наследия, вынуждены действовать в условиях высокой неопределённости. Они не могут точно рассчитать бюджет, поскольку значительная часть затрат выявляется уже в процессе работ.
При этом механизмы предварительной подготовки объектов перед продажей отсутствуют. Это делает реставрацию делом энтузиастов, а не системной отраслью. Без изменения подходов к подготовке лотов, взаимодействия с сетевыми организациями и устранения нормативных противоречий массовое вовлечение памятников в хозяйственный оборот останется под вопросом.
12 августа на IV Форуме креативных индустрий Алтайского края «Мой креатив. Мой бизнес» прошла пленарная сессия по восстановлению памятников культурного наследия «Архитектура как капитал: сохранение наследия и креативный бизнес».
Мероприятие организовано Центром «Мой бизнес» при поддержке Управления Алтайского края по развитию предпринимательства и рыночной инфраструктуры, оно реализуется по нацпроекту «Эффективная и конкурентная экономика».
