– Недавно евро обновил минимумы четырехлетней давности и, возможно, упадет еще. Что происходит с Европой?
Александр Осин, главный экономист УК "Финам": – Проблема финансов стран Евросоюза – это составная часть всего процесса продолжающегося в мировой экономике финансового кризиса. Происходит планомерное "сдувание" пузырей на финансовых рынках, образованных в период десятилетий кредитного бума.
То есть мы наблюдаем целую череду кризисов: вслед за банковским последовал кризис государственных финансов, за ним может последовать инфляционный, затем – социальный. Варианты возможны разные, но проблема в том, что с точки зрения экономической истории максимальный уровень долга к валовому внутреннему продукту, при котором удавалось решить проблему "закредитованности" государственных и частных финансов, равнялся 245%.
В текущей ситуации при уровне долга к ВВП, составляющем для ряда ведущих экономик мира 400% и более, вероятность реализации сценариев гиперинфляции и дефолтов представляется наиболее высокой.
– Как это отражается на нашей экономике?
Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации: – Принципиально события в Греции и в других странах Европы на нас не отразятся. Хотя, конечно, определенный эффект будет. На фоне снижения евро товары из Европы подешевеют, импорт вырастет, вследствие чего усилится конкуренция с нашими производителями, и им станет хуже. Поэтому для нашей экономики эффект, скорее, негативный. Но он может быть заметен для отдельных отраслей и в целом для страны не страшен.
Осин: – Если оценивать более долгосрочно Россию в рамках мировой тенденции в ближайшие годы, возможно, ожидает восстановление инфляции на уровнях двухзначного изменения в годовом исчислении при сравнительно низких и нестабильных по характеру темпах роста ВВП в 2–4% годовых. На этом фоне обострится проблема финансирования госбюджета. Потребуются неналоговые методы его пополнения, которые окажут существенное влияние на всю структуру российской экономики. Для населения эти процессы будут означать близкие к нулевым темпы роста реальных доходов и сохранение напряженной ситуации на рынке занятости.
– Вернемся к евро: на фоне снижения многие срочно поменяли евровалюту на доллары и рубли. Однако в последние дни курс евро снова растет. Получается, "убежавшие" из евро поспешили?
Осин: – Действительно, в ближайшие месяцы евро может восстановить часть утраченных в последние кварталы позиций, в том числе по отношению к рублю. Однако если риски, связанные с инвестициями в Европу, не снизятся по сравнению с аналогичными рисками для вложений в США и других странах, евро в более длительной перспективе, скажем, календарного года продолжит дешеветь.
– Может ли евро таким образом стать дешевле доллара?
Делягин: – Этого не должно произойти. Слишком сильный доллар невыгоден американской экономике – от этого серьезно страдают производители. Поэтому рост американской валюты будут сдерживать. По моим прогнозам, евро будет "болтаться" на уровне 1,20–1,30 по отношению к доллару.
– И как действовать тем, чьи сбережения размещены в евро?
Делягин: – Я свои сбережения по-прежнему храню в евро. В ближайшее время его курс еще немного поднимется, и в течение года я никакой катастрофы с европейской валютой не жду. Рубль же будет ослабляться. Катастрофического падения здесь тоже не будет, но до осени российская валюта будет плавно снижаться.
Осин: – Рискну предположить, что курс евро к рублю может восстановиться в ближайшие кварталы до уровня 39–40 рублей за евро. Полагаю, что на этих уровнях лучше перевести свои рублевые сбережения в доллары США.
Справка
В день рождения евро, 1 января 2002 года, его курс к американскому доллару стартовал с отметки 1,1750. Абсолютный исторический минимум курса достигал 0,8225, исторический максимум – 1,6037.
