Потом, по зрелом размышлении, я все же сказала себе: "Разве не твоего ребенка остановил в супермаркете охранник, заставив его сдать в камеру хранения невинный молодежный рюкзачок? Ты помнишь, как было противно, что нас, таких воспитанных, подозревают в воровстве? А вспомни, как за тобой шаг за шагом ходил фармацевт в аптеке - чтобы ты (не дай бог) не стащила с полки приглянувшееся лекарство? Не ты ли сказала себе тогда, что просто ненавидишь эту аптечную сеть?"
…Валерий Анатольевич, наш читатель, инвалид второй группы и большой любитель понадоедать коммунальщикам, недавно решил посудиться. Это, скажу я вам, "старая песня о главном": инвалидов, живущих в приватизированных квартирах, лишили льгот по оплате жилья (за текущее содержание и ремонт). Казалось бы, чем они хуже тех, кто живет в муниципальном жилье?
И вот прокуратура подала иск в суд от имени нашего читателя. Прошел суд, и человека обрадовали: льготу вернут. Только когда он прочитал решение суда, радость испарилась: оказалось, что льгота ему положена как репрессированному. А таковым Валерий Анатольевич никогда не был! Судья, которому, понятно, все эти льготники надоели, наверное, просто перепутал: взял в компьютере старое решение, вписал в него новые Ф.И.О. и адрес - и гуляй, дед.
А кто мы такие, чтобы суд рассматривал наши дела с учетом всех наших обстоятельств? В соцзащите же дело построено так: будет справка, что репрессирован, - будет и льгота.
Другой вопрос, почему меня, собственно, все эти факты не устраивают? Может, это я неправильная, а судьи, охранники и фармацевты ведут себя правильно?
Надежда СКАЛОН, редактор отдела экономики.
