Зависимость меняется
Специалисты Алтайского краевого наркологического диспансера призывают не делать поспешных выводов.
Подростковая наркомания не исчезла,а скорее изменилась. Сегодня зависимость стала менее заметной, а значит более опасной.
«Ситуация из года в год остается стабильно неблагополучной. Да, официальные показатели снижаются, но мы понимаем, что существует очень высокий коэффициент латентности. Многие подростки просто не попадают в поле зрения наркологической службы», — говорит заведующая диспансерно-поликлиническим отделением по детско-подростковому населению Алтайского краевого наркологического диспансера Наталья Казанцева.
По ее словам, даже несмотря на снижение числа зарегистрированных случаев, показатели Алтайского края по-прежнему превышают среднероссийские почти на 41 процент.
Еще двадцать лет назад большинство подростков, употреблявших наркотики, так или иначе попадали в систему государственной наркологической помощи. Сегодня ситуация изменилась.
Главная причина — страх.
Родители опасаются постановки ребенка на учет, возможных ограничений в будущем, проблем с получением водительских прав, поступлением или трудоустройством. Многие предпочитают обращаться в частные клиники или вообще пытаются справиться самостоятельно.
«Те подростки, с которыми сегодня работает государственная наркологическая служба, — это чаще всего дети, уже попавшие в поле зрения правоохранительных органов. То есть не те семьи, которые сами пришли за помощью, а те, кто оказался участником административного или уголовного производства», — объясняет специалист.
При этом многие родители ограничиваются только диагностикой — например, делают химико-токсикологическое исследование, чтобы выяснить, употреблял ли ребенок наркотики. Даже получив положительный результат, далеко не все соглашаются проходить полный курс лечения и реабилитации.
Почему подростки начинают употреблять
Миф о том, что наркотики выбирают только дети из неблагополучных семей, давно не соответствует действительности. Подростковая зависимость практически никогда не начинается с желания стать наркоманом.
Чаще всего — с желания быть своим.
«В большинстве случаев ребенок начинает употреблять не один. Это происходит в компании. Если в группе появляется человек, употребляющий наркотики, очень быстро он вовлекает свое окружение», — говорит Наталья Казанцева.
Иногда первым мотивом становится обычное любопытство. Иногда невозможность отказаться или желание хотя бы ненадолго почувствовать себя принятым.
Именно поэтому специалисты считают, что корень проблемы почти всегда лежит значительно глубже самого употребления.
Подросток может испытывать одиночество, постоянную критику дома, сложности в школе, конфликты со сверстниками или ощущение собственной ненужности.
«Если дома ребенок постоянно слышит, что он плохой, ленивый, ничего не умеет, а в компании его принимают, поддерживают и называют своим, выбор становится очевидным. Именно там он начинает искать признание», - говорит Наталья.
Особенно уязвим подростковый возраст.
Психологи называют этот период временем поиска собственной идентичности. Подростку жизненно необходимо быть частью значимой для него группы.
И если такую группу не удается найти в семье, школе, спортивной секции или творческом коллективе, ее место может занять компания, где нормой становятся алкоголь, наркотики или противоправное поведение.
Комплексное лечение
Практически каждый специалист, работающий с подростковыми зависимостями, рано или поздно приходит к одному выводу: лечить приходится не только ребенка.
Потому что зависимость редко возникает в пустоте.
«Взрослые не всегда умеют правильно справляться со стрессом. Если ребенок ежедневно видит, что родители снимают напряжение алкоголем, сигаретами или другими способами ухода от проблем, именно эту модель поведения он и усваивает. Дети учатся не словам. Они учатся тому, что видят», - рассказывает заведующая.
Поэтому лечение всегда включает работу с семьей.
Врачи вместе с медицинскими психологами анализируют отношения между родителями и ребенком, помогают выстроить новые правила общения, учат слышать друг друга и постепенно возвращать доверие.
«Если после лечения подросток возвращается в ту же среду, где ничего не изменилось, результаты очень быстро обнуляются. Поэтому мы обязательно работаем с родителями», - говорит Наталья.
Почему лечение длится так долго
В обществе до сих пор существует представление, будто зависимость можно вылечить несколькими капельницами или курсом лекарств. Но на практике все гораздо сложнее.
Подростковая наркология — это прежде всего психология.
Каждый ребенок проходит подробное психологическое обследование. Специалисты пытаются понять, каким он оказался в компании, что именно подтолкнуло к употреблению, насколько он подвержен влиянию окружающих, умеет ли говорить «нет», чего ему не хватает.
Только после этого строится индивидуальная программа помощи.
«Главная проблема наркологии — анозогнозия. Человек не считает себя больным. Если он не признает проблему, заставить его лечиться практически невозможно», - объясняет врач.
Именно поэтому рядом с врачами работают медицинские психологи. Их задача — не просто добиться отказа от наркотиков, а научить подростка по-другому справляться со стрессом, конфликтами и жизненными трудностями.
По действующим клиническим рекомендациям наблюдение продолжается не менее года после полного прекращения употребления психоактивных веществ.
Но нередко работа занимает значительно больше времени.
«Иногда на восстановление семьи уходит не один год. Бывает, ребенок приходит к нам в десять лет, а реальные изменения начинаются только к семнадцати, когда появляется взрослая способность осознавать последствия своих поступков», - объясняет Наталья.
Что должно насторожить родителей
Современные синтетические наркотики значительно отличаются от тех, что были распространены еще десять-пятнадцать лет назад.
Если раньше признаки опьянения были заметны практически сразу, то сегодня внешне подросток может выглядеть совершенно обычно.
«Иногда состояние опьянения длится всего час-полтора. Родители могут вообще ничего не заметить», - говорит заведующая.
Поэтому специалисты советуют обращать внимание прежде всего на изменения поведения.
Поводом насторожиться могут стать резкая смена круга общения, закрытость и скрытность, потеря интереса к прежним увлечениям, ухудшение успеваемости, необъяснимые траты денег, постоянные переписки, которые ребенок категорически скрывает, длительные нарушения сна и эмоциональная нестабильность.
При этом врачи подчеркивают: ни один такой признак сам по себе не говорит о наркотиках.
«Один симптом — не диагноз. Но если тревожных изменений становится несколько, ждать не стоит».
Что действительно помогает
Профилактика начинается задолго до первого предложения попробовать наркотик.
Она начинается дома.
По словам специалистов, лучшая защита подростка — это чувство собственной ценности, доверительные отношения с родителями и возможность реализовать себя в безопасной среде.
Спорт, творчество, кружки, волонтерство, сильный наставник, тренер, учитель — все это становится для подростка альтернативой уличной компании.
Не менее важен личный пример взрослых.
«Мы всегда говорим родителям: дети повторяют не то, что им говорят, а то, что они видят. Поэтому борьба с подростковой наркоманией — это не только работа врачей, полиции или школы, - объясняет Наталья».
Именно от того, насколько вовремя взрослые замечают изменения, готовы разговаривать с ребенком без обвинений и обращаться за помощью при первых тревожных сигналах, зачастую зависит, превратится ли подростковый эксперимент в трагедию или останется эпизодом, который больше никогда не повторится.
