Впереди на пригорке как большое белое крыло высился памятник "Умершим от ран в госпиталях Барнаула". Где-то рядом был камень репрессированным калмыкам.
- На этом кладбище похоронены Чеглецов, друг Есенина, - рассказывал кому-то Михаил Зимогор, представляющий пресс-центр городской администрации.
Неподалеку с большим венком стояли представители краевой администрации во главе с заместителем губернатора Николаем Черепановым, который стойко мёрз, переминаясь с ноги на ногу. Ноги через какое-то время у всех стали замерзать, но церемония не начиналась, ждали священников.
Наконец, появились батюшки с кадилом. В морозной тишине райской птицей запели девушки из церковного хора о православных рабах божьих, положивших животы на поле брани. Некоторые из мужчин сняли шапки и перекрестились. Казаки обнажили шашки.
После отпевания прозвучало несколько коротких речей.
Почетный атаман Сибири Юрий Абрашкин сказал, что после великой трагедии, когда брат шел на брата, Бог спас Россию, и она выстояла в Великой Отечественной.
- Теперь же опять раздоры между партиями и организациями. А партия должна быть одна, - подытожил атаман - это вера в Бога.
После этого выступающий призвал всех молиться, чтобы Бог простил невинно-убиенным людям все их грехи и даровал царствие небесное.
Председатель общественного движения сообщество Российских немцев на Алтае Александр Дитц поклонившись останкам жертв гражданской, вспомнил и о сталинских репрессиях.
- Я думаю, что задача государства, гражданского общества и религиозных конфессий сделать всё, чтобы ни один человек, безвинно пострадавший в годы репрессий не остался неопознанным и не захороненным. А так же чтобы огласили списки всех невинно погибших и в тех местах, где стояли лагеря и расстреливались тысячи людей сегодня стояли памятники.
Сотрудник НПЦ "Наследие" Наталья Кунгурова рассказала о том, что на сегодня известно о тех, кого будут хоронить.
Наталья Кунгурова,
сотрудник НПЦ "Наследие":
Наши соотечественники были убиты в мае 1923 года. Про 28 человек, которых удалось найти на Павловском тракте известно только то, что это люди военные. И большей частью очень молодые. Им было 20-30 лет. Из всех погибших нам известна всего лишь одно имя - Николая Осиповича Кузьменко из 3-го Барнаульского стрелкового полка, награжденного орденом святой Анны второй степени с мечами. Кузьменко - участник сибирского ледового похода Армии Колчака.
Пусть это захоронение будет символом примирения, - заметила Кунгурова. - Хватит делить на красных и белых.
- Конечно хватит, - поддержал кто-то из присутствовавших. - С немцами уже давно замирились, а они 20 миллионов укокошили. А со своими соотечественниками не можем. Все ругаемся…
Могила изнутри была обита досками и чем-то напоминала большую лодку. Казаки бережно на белых простынях опустили гробы вниз. Они легли рядом как черные клавиши.
На чьем-то мобильнике зазвучал гимн радости Бетховена.
- Слава Богу теперь они хорошо лежат, - промолвил кто-то из казаков. – Да они и там хорошо лежали, -вдруг заметил другой. Бог он и из суши и с воды, хоть откуда к себе забирает.
- И все же лучше здесь, - не согласился товарищ.
Со словами "Пусть земля Вам будет пухом!", пришедшие проститься бросали горсти земли в братскую могилу. После мужчины взяли лопаты.
- Лучше бы трактором сдвинули, сказал замерзший и уставший чиновник из краевой администрации, быстрее бы было.
Хорошо еще сказал тихо. Пожалуй, не поняли бы казаки бульдозерную логику.
Песок падал с лопат вниз как в огромных песочных часах, напоминающих о вечности, жизни и смерти.
Когда над могилой установили черный крест и положили венки и цветы, сквозь серую хмарь выглянуло солнце
- Это божье око называется, - заметил начальник штаба барнаульского казачьего общества Андрей Останин. - Мы в 1996 казаков в деревне Сибирячихе перезахоранивали, которых в гражданскую тоже шашками порубили и вповалку свалили. И тоже весь день хмарь была, а как крест поставили, и в небе вдруг засияло.
