Узнать подробно о том, как это происходило, можно из книги краеведа и архивиста Александра Сыщенко (см. справку). Презентация ее сигнального выпуска состоялась в Барнауле на конференции, посвященной 100-летию со дня рождения врача-хирурга Александра Чеглецова.
30 участковых на 4 миллиона человек-…Я прочитал сотни "расстрельных" дел, но не нашел ни одного (!) справедливо предъявленного обвинительного заключения, - рассказывает автор книги. - Так, в 1931 году был осужден замечательный врач-терапевт Андрей Велижанин.
В 1922-м он принял Барнаульскую городскую больницу в полуразрушенном состоянии. После того как ремонт был сделан, его уволили. В год на него шло по три материала в ОГПУ. Это закончилось тем, что 20 мая 1933 года из ПП ОГПУ ЗСК* некий Алексеев утвердил обвинительное заключение по делу № 23810 о Барнаульской контрреволюционной повстанческой организации.
Ни одному профессионалу и в голову бы не пришло строить обвинительное заключение только на агентурных данных, которые сводились к разговорам "о недовольстве материальными затруднениями в духе поражнеческих настроений". Но этого хватило для изобретения "обширной подпольной организации", к которой добавили еще 56 несуществующих человек. Вторым в списке значился Андрей Петрович Велижанин. Уже на следующий день после утверждения обвинительного заключения постановлением ПП ОГПУ от 21 мая 1933 года он был приговорен к пяти годам исправительно-трудовых лагерей условно. А в 1937 году расстрелян.
Запрашивать материалы по репрессированным врачам я стал не случайно. Мне хотелось понять, почему на территории юга Западной Сибири, на которой могла бы разместиться вся Европа, в 20-30-х годах осталось чуть больше четырех миллионов человек? Работая в архиве, я увидел, что эти 4 миллиона лечили всего-навсего 30 участковых сельских врачей. Теперь я начинаю понимать, куда же делись остальные…
Власть Советов, которая установилась на Алтае 10 декабря 1917 года, оставила людей без медицинской помощи. Уже в феврале 1918 года новая власть национализировала всю аптечную сеть, и лекарственный голод стал одним из инструментов управления народом. Меня интересовали механизмы истребления людей структурами власти, и я их нашел. Они - в документальных свидетельствах, приведенных в книге.
Как судить акушерку?
Новая власть не только полностью демонтировала прежний механизм управления, но и отстранила от руководства всех профессионалов. Люди, которые проводили красный террор, тоже болели, поэтому врачей заменить было невозможно. Однако начиная с 1921 года по решению Совнаркома все здравоохранение было переведено на самообложение. Это значит, что завхоз каждой участковой больницы должен был собрать с сельского подворья по два килограмма пшеницы или гороха или стогу сена. Сами больницы этого сделать не могли, а с денежного содержания медиков к тому времени уже сняли.
Искусственно созданный голод во врачебной среде осложнился надзором созданной к тому времени агентурной сети. Для получения данных о медицинских работниках были построены две вертикали. Первая - ОГПУ - использовала младший медперсонал больниц в качестве осведомителей. Их информация поступала в местный Губздрав. Вторая исходила из секретного органа в Наркомате здравоохранения, созданного для сбора и использования оперативной информации обо всех медиках.
Я представляю состояние Станислава Кульвановского, первого заведующего здравоохранением Алтайской губернии в 1921-1924 годах, когда ему из Москвы приходил запрос: "Нарком Николай Семашко желает знать, как будет наказана акушерка деревни Камышинка за то, что соседи помогли прополоть ей на огороде картошку". Так жестко они отслеживали всех работников здравоохранения. Одновременно шла и кадровая чистка. При гигантской в те годы смертности среди жителей края только в Барнауле более 100 медработников постоянно числились в списках безработных.
Вместо послесловия
Выделение Алтайского края в 1937 году в самостоятельную территориальную единицу стало несчастьем для тех, кто здесь жил. Вместо оперативного сектора НКВД** Западно-Сибирского края было создано краевое управление. В 1938 году число арестованных выросло с 3 тысяч до 30-40 тысяч, хотя реальные цифры, по моим данным, гораздо больше.
По сведениям, опубликованным в книге "Жертвы политических репрессий на Алтае" медицинских работников на Алтае было истреблено 223, в том числе врачей - 37, фельдшеров - 58. С 1919 по 1956 год в разряд "остальных" попали медсестры, плотники, кучера и даже учащиеся медицинского Барнаульского техникума.
В 1937 году, по данным историка Василия Гришаева, на территории Алтайского края было уничтожено до 70% самых опытных и авторитетных врачей. Гибель Андрея Велижанина, Александра Смирнова и четырех братьев-врачей Киркинских, а также многих других повлекла за собой невосполнимый урон алтайской медицине. И только в 50-х годах с открытием Алтайского государственного медицинского института и приездом профессуры появилась надежда на восстановление "золотого фонда" врачей.
Справка "СК"Александр Григорьевич Сыщенко окончил юридический факультет Алтайского государственного университета в 1979 году. Работал в прокуратуре Октябрьского района г. Барнаула следователем. Перед окончанием университета два с половиной года служил в государственном архиве. Автор книг "Золотые годы сибирской и алтайской кооперации", "Хроника и аналитика оказания медицинской помощи населению юга Западной Сибири 1890-1933 гг. Барнаульское научное Общество врачей 1923-1930 гг. Сборник документов".
Последняя книга издана в соавторстве с дочерью, Верой Сыщенко, содержит 1000 страниц и большой видеоряд. Книга возвращает 5600 медикам незаслуженно забытое доброе имя. Одна из глав посвящена периоду на Алтае, обозначенному в отечественной истории как "Дело врачей".
Словарик*ПП ОГПУ ЗСК - Полномочное представительство Объединенного государственного политического управления Западно-Сибирского края.
**НКВД - Народный комиссариат внутренних дел.
Подготовила Ольга ЗАЛЬЦМАН.
