Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене
Туризм

«Мой дом — планета Земля». Необычный путешественник рассказал, зачем пересекает Россию вдоль и поперек

Российский трейнхоппер и автостопщик Владимир Горшков, который в июне пересек Алтайский край в вагоне с углем, уже добрался до Магадана. Путь из Крыма на Север у него занял 19 суток, проезд стоил ноль рублей. Перед тем, как идти к своему конечному пункту — озеру Джека Лондона, необычный путешественник пообщался с altapress.ru.

Путешествия Владимира Горшкова.
Путешествия Владимира Горшкова.
Предоставлено altapress.ru.

Грязная романтика товарняка

Захотелось — и поехал. Прыгнул в поезд или фуру и тронулся. Этот путь, который начался с Петербурга, не прерывается уже три года. За плечами 21-летнего Владимира Горшкова десятки тысяч километров железных и автомобильных дорог. Он успел побывать и на Сахалине, и на Алтае, объездил Абхазию, Беларусь и Казахстан.

За тысячами километров скрываются тысячи историй — как пытался переплыть пролив на плоту, потерял паспорт в чужой стране, бежал от охраны, варил гречку в кружке.

В записях на своих страницах в соцсетях Горшков превозносит спонтанность — она делает любую поездку яркой и незабываемой. Поэтому он никогда не смотрит в сторону пассажирских поездов и междугородных автобусов.

Путешествия Владимира Горшкова.
Предоставлено altapress.ru.

Путешественник говорит, что в обычном вагоне катался всего лишь раз в жизни. А на грузовых проехал уже порядка 6−7 тыс. км. И увидел куда больше красивых и диких мест.

— Что лучше трейнхоп или автостоп?

— На товарняках романтика, хоть и грязная порой. Автостоп после первых 100 тыс. километров уже не воспринимается так, как в первый раз. Автостопом быстрее, чище и удобнее, но иногда дух и романтика товарняков перевешивает.

Да и из вагона на некоторых участках дороги ты видишь то, чего не видят другие. Я имею в виду поездки на Дальнем Востоке, когда они проходят через тайгу и сопки. С полувагона всяко обзор лучше, чем с окна пассажирского, да и денег не стоит никаких.

Путешествия Владимира Горшкова.
Предоставлено altapress.ru.

— Любимые вагоны — вагоны с углем?

— Точно нет! Вообще много разных грузов есть очень удобных. К примеру, металл в рулонах, пруты, огромные куски металла — на всем ехать удобно, кроме металлолома, конечно. Даже белая порода куда приятнее угля. Удобнее всего в мешках ехать, а комфортнее всего — в пустом вагоне не из-под угля. Не пылит, много места.

Но если едешь в угле, придется потом засучить рукава и постирать одежду — выбрасывать ее что ли? Для трейнхопа вообще обычно специальный комплект одежды идет. Чтобы пачкать не жалко было и всегда можно было переодеться в чистое в случае автостопа или выхода в город.

— Как к тебе относятся машинисты?

— Только на некоторых отдалённых и неоживленных станциях интересуются, кто я такой и что тут делаю, а в целом им все равно. Самое забавное, когда ты просишься в кабину, а тебя не берут. В итоге, едешь как всегда в вагоне и на станции при смене бригад вылезаешь. Рукой им машешь, а они и не понимают, как ты тут оказался.

— И как?

— В поезд запрыгиваю на ходу. Уровень опасности зависит от многих факторов: скорость состава, надежность лесенки, сложность площадки для разбега, личное умение и т.д. Пару раз срывался, но не критично. Первый раз в Хабаровске в прошлом году, второй раз в этом году возле Абакана — мокрая подошва от травы была, нога соскользнула с лесенки, но я держался руками за поручень и не упал.

— Сейчас включу родителя и спрошу строго: а если не дай бог что? Что потом?

— Всегда отвечаю так: «Если слишком часто говорить себе „если“, то лучше дома сидеть».

Разнорабочий заметочник

У него вот так: захотелось — и поехал. Но все-таки нужно немного попридержать коней. Не на каждой дороге подвернется добрый попутчик, который возьмет и накормит обедом. Да и не всегда захочется спать под открытым небом — тем более, что именно на улице проходит большая часть дорожной жизни. Путешественник говорит, что на ночей 30 в палатке приходится всего лишь 2−4 у кого-то дома — сам он ни к кому не напрашивается. А еще еду нужно где-то брать.

Так что, спонтанность спонтанностью, но готовиться к поездке все равно нужно. Минимальный набор выживания в любом случае должен быть.

В рюкзаке у Владимира лежат палатка, спальник, каремат, кружка, мини-аптечка с эластичным бинтом, булавки и нитки с иголкой. Раскладка всегда разная, но «незаменимая тройка», состоящая из палатки, каремата и спальника, всегда с собой.

Конечно, бывают и вещи для «локального пользования». Например, на Дальнем Востоке понадобились сапоги для пересечения бродов.

— У тебя сломался power bank. Как зарабатываешь на замену инвентаря?

— Всегда получалось так, что деньги откуда-то появлялись сами. В прошлом году на Сахалине я собирал ягоду и помогал перекрывать крышу на бане. В Хабаровске помогал с ремонтом гаража одному парню. Плюс я немного пишу о своих путешествиях, иногда на карту приходит какая-то монетка от благодарных подписчиков. Деньги небольшие, но зачастую мне хватает.

Я бы не назвал себя трэвел-блогером — не люблю это словосочетание. Просто с каждым разом людей, которые просят описывать свои маршруты и ситуации, становится все больше, вот я и пишу периодически какие-то заметки или описываю интересные ситуации.

— Заметки — звучит как-то мелко. Не хочется написать книгу?

— Слишком мало я еще сделал для книги! Звучит слишком самонадеянно и довольно громко. Когда сделаю что-то достаточно серьезное и интересное для книги, тогда — может быть.

Хотя бы доберусь до мыса Дежнёва, Челюскина, совершу несколько походов длиной более 500 километров и тому подобное. Я не считаю, что мои поездки пока представляют такой большой интерес для общества.

— И тем не менее, ты пытался переплыть пролив на плоту.

— Ну это — да, интересно. Пролив Невельского — самая узкая часть между материком и Сахалином. У меня была команда, состояла она из одного такого же энтузиаста, который тоже хотел попасть интересным образом на Сахалин. Просто оказался в нужное время и в нужном месте.

Сами не доплыли. Плот был крепким и тяжелым. Ставь мотор и хоть на Камчатку! Просто поймали сильное течение, по прогнозам его не ждали. Нас рыбаки местные уже переправили на моторке после неудачной попытки. Говорят, на плоту ещё никто не пробовал (улыбается) это сделать.

На игле. Компаса, разумеется

Все-таки странное чувство. Всего один шаг — и от жажды путешествий уже не отвязаться. Но, наверное, тяжело быть вдали от родных и сложно жить без маленьких бытовых радостей. Яркая спонтанность или приятная рутина — жажда одного пересилит другое.

Поэтому к поездкам автостопом однозначно нужно быть психологически готовым. Иначе вскоре после старта придется искать попутку в обратном направлении.

Владимир давно готов — он живет одним днем. На своей стене в «ВК» пишет: «Необходимо научиться брать от „сегодня“ все, ведь уже „завтра“ этого не должно быть. Если что-то не пережило ночь — этого больше не существует. Я так стараюсь рассуждать и поступать во всем».

— Представляешь свою жизнь без путешествий?

— Раньше я работал как любой молодой парень — продавцом, грузчиком, квартиры перевозил, немного по ремонтам поездил. Можно сказать, как-то жил, без приключений.

А сейчас точно не представляю. Был момент в жизни недавно, когда я готов был бросить путешествия ради спокойной семейной жизни, но не сложилось из-за недопонимания. С обеих сторон. А так, я думаю, что в паре с любимым человеком я был бы рад и пассажирским поездам, и автобусам общего пользования.

— Как проходило расставание с родителями, не хотелось остаться?

— У меня все не так было. Просто в один момент взял и уехал стопом в Питер. Потом уже позвонил и сказал об этом. Реакция была более чем адекватная. А потом уже по нарастающей, все это выросло в осознанные поездки и полноценные путешествия.

Родители давно разведены, я живу отдельно с 2016 года. Отец меня полностью поддерживает, просто просит почаще звонить. Мама тоже не сопротивляется, всегда улыбается, когда в трубку в очередной раз ей передаю привет с какого-нибудь дальнего региона.

Путешествия Владимира Горшкова.
Предоставлено altapress.ru.

— Зимуешь дома?

— Да. Я живу в деревне, на западном берегу Крымского полуострова. А вообще в прошлом году не планировал там оставаться. Как будет в этом — точно не знаю. А так сменил бы полушарие — Аргентина, Бразилия…

— Грузовой корабль или чей-нибудь багаж?

— На корабль вписаться вполне реально, а про багаж — это надо фильмов поменьше смотреть (улыбается). Обычный перелет я планировал еще в прошлом году, но вирус помешал.

— Чего домашнего не хватает в поездках?

— Женского внимания (смеется). Но тоже очень редко. А так меня все устраивает. Особенно еда.

Организм у меня сильный, майонез редко ем (улыбается). Любимое походное блюдо — гречка с кусочком маргарина или вареный горох вприкуску с лепёшкой. Из перекусов — баранка с маслом и чай. По борщу не скучаю. Надо будет — и его приготовлю, делов-то.

Вообще «на покушать» и поговорить по телефону в этот раз у меня вышло что-то около 3 700 рублей. И все равно эта цифра не сравнится с тем, что я отдал бы, как обычный пассажир.

В погоне за дикой красотой

Захотелось — и поехал. Ткнуть пальцев в карту — вот так просто открывается мир. Мир лунных кратеров российских дорог, медведей и комариных батальонов посреди величественной тайги. Страна неулыбчивых, но отзывчивых людей в забытых деревнях. Жизнь с пустыми карманами и грязной обувью, но с костром под низким звездным небом.

Именно за этим едет наш герой — увидеть прекрасное в беспросветной, на первый взгляд, действительности, слышать, как на грунтовой дороге где-то под Владивостоком добрый водитель ему кричит «Вовка, смотри как летим — 30 км\ч на спидометре!».

А Вовка говорит на своей страничке: «Для меня путешествие — это не модные и крутые рюкзаки и треккинговая обувь, это не еда, приготовленная на газе, не заполненный аккаунт на Каучсерфинге. Не когда у тебя есть деньги, не бронирование отелей, не перелеты и пассажирские поезда, не составление маршрутов и планирование передвижений. Путешествие — это гречка на костре, шлепки и грязная футболка, поездка на „собаках“ в самые отдаленные части страны, душ раз в две недели, причем не всегда теплый, стирка в пруду. Это не есть три дня и не знать английский. Это грузовые поезда и автостоп днем и ночью. Это самые забытые аулы и деревни самых разных регионов России. Это общение с самыми простыми людьми».

— Самое дикое место, в котором побывал?

— Первое дикое место было в Хабаровском крае, дорога до поселка Лазарев от Селихино. Ну, 360 километров по щебню, потом 90 километров по грунтовке через тайгу — было интересно (улыбается).

Вообще точку на карте выбираю исходя из бюджета, снаряжения, времени, популярности и труднодоступности места и отдаленности от дома — последние условия играют самую важную роль в путешествии. Чем дальше от дома и меньше там было людей, чем сложнее туда добраться, тем лучше.

— А Алтай?

— На Алтае я не побывал ни в одном популярном месте. Курайская степь только. Поехал в середине мая, и погода подвела. Да и опыта было маловато тогда. Сейчас бы я со своим опытом с легкостью по картам дошел до подножия Белухи или сходил на какие-нибудь Мультинские озера в одиночку (улыбается).

Медведи? Не скажу, что я их не боюсь вообще. Все-таки опасный зверь. Но я не страшусь их на столько, чтобы желание ходить по диким местам пропало. Главное правильно вести себя при встрече: не бежать от него, не поворачиваться спиной. Зачастую медведь сам пугается внезапной встречи с человеком и убегает первый.

— Что-то поразило в путшествиях?

— Вот тут уже сложно ответить. Я к тому, что чего-то прям поражающего не было. Меня поражали разве что масштабы России — в них я по-настоящему влюбился. Не сказать, что меня поражала гостеприимность людей Севера и Дальнего Востока. Я знал, что тут всегда жили и живут самые лучшие люди. Чем меньше плотность населения и чем дальше от Москвы…

— Что для тебя дом?

— Дом — планета Земля. Ну, а временно я в Магадане. Заработаю на снаряжение, и двину на озеро Джека Лондона. Там интересный маршрут, 62 километра пешком. Хорошо, что пока никто не отговаривает. Но уже слышал истории про орды медведей (улыбается). Святая троица: медведи, комары, плохая дорога! Как будто я этого не знаю, странные люди.

От озера на попутном пароходе в Зырянку — это посёлок на реке Колыма, а потом как получится. Но точно не домой по прописке.

Редакция altapress.ru напоминает, что трейнхоппинг и одиночный поход в лес могут быть опасны для жизни. Мы не рекомендуем повторять эти действия.

Подписка на еженедельную рассылку самых полезных новостей
Пользователь согласен на получение информационных сообщений, связанных с сайтом и/или тематикой сайта, персонализированных сообщений и/или рекламы, которые могут направляться по адресу электронной почты, указанному пользователем при регистрации на сайте.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость