Жизнь

Красочки на коробочках. Как невзрачные алтайские многоэтажки «застрит-артят» в места притяжения

В Барнауле проходит фестиваль стрит-арта О2 Fest, где местные и приглашенные художники расписывают фасады домов. Как на это смотрит администрация и как барнаульские вандалы уже испортили часть творчества — в материале altapress.ru.

Стрит-арт. Барнаул, Юрина, 182.
Стрит-арт. Барнаул, Юрина, 182.
Анна Молчанова.

Два года назад жительница Барнаула Анастасия Петренко приехала на форум «Таврида», где узнала о том, как устроить свой стрит-арт фестиваль. Об этом на лекции рассказывал Александр Милицин, эксперт, который проводит стрит-арт фестивали в России и за рубежом.

Анастасия загорелась стрит-артом в 2012 году. Вдохновляясь работами местного художника Андрея Бергера, она расписывала интерьеры, но в город, как сама говорит, «бомбить» не выходила.

— После «Тавриды» я поверила в себя. Сначала предложила расписать барнаульские трамваи — так и случился Tok Fest-2020. Сформировалась команда O2 Team, которая решила, что нужно делать больше, — рассказывает она.

Анастасия Петренко.
Екатерина Карзова.

Анастасия получила грант от Росмолодежи на 1,4 млн рублей. По проекту в Алтайском крае раскрасят 5 фасадов: по одному — в Заринске, Бийске и Рубцовске и два в Барнауле. Первый — фасад 10-этажного дома на Юрина, 182. Второй, как предполагается, будет на Мало-Тобольской, 20.

Как приятный бонус — в Изумрудном парке появился арт-объект «Wave». Это большой волнообразный лежак, на котором можно расслабиться. Его поставили в парке и расписали в цветастую «зебру» сами художники.

Wave
Екатерина Карзова.

Кто расписывал стену в Барнауле

Абстракцию на Юрина, 182 придумал и воплотил с командой барнаульских стрит-артеров московский граффити-художник и иллюстратор Евгений Воронин. Он вырос в небольшом городе Кириши в Ленинградской области. О том, как начал увлекаться стрит-артом, рассказывает так:

— В моем городе не было художников. Я увидел рисующих людей в Санкт-Петербурге, куда ездил с мамой. Я понял, что мне это нравится, начал пробовать, экспериментировать, учиться. Это было начало 2000-х годов. Откладывал деньги со школьных обедов на краску.

Участие в фестивале О2 Fest объясняет так:

— Мне нравится путешествовать и я никогда не был в Барнауле. Этот участок стены по большей части я расписывал фасадной краской валиком, с минимальным количеством аэрозоля — так я раньше не работал.

Что такое мурал

Евгений Воронин создал мурал — большой рисунок на фасаде здания. Художники рассказывают, что такие изображения могут как поднимать социальные проблемы, так и просто украшать город и быть туристическим объектом.

Изображено может быть все, что угодно. Стрит-артеры говорят, что людям очень нравится, когда муралы поднимают проблемы экологии или напоминают о важных для страны событиях.

— В одном городе мы решили нарисовать на стене трагически погибшего летчика Ивана Астахова. Даже провели социологическое исследование по просьбе его родственницы и выяснили, что в том районе о подвигах героя никто не знает, — рассказывает Александр Милицин.

Тогда художники написали на доме его портрет остатками фасадной краски — все, что нашли. «И люди стали задаваться вопросом, кто же это вообще такой. Так мы почтили память легендарной личности», — говорит художник.

В Великом Новгороде художники смогли спасти увядающую библиотеку. Корешки книг из нее художники нарисовали на фасаде дома, который превратили в гигантский книжный шкаф. Так они познакомили прохожих с местными авторами и привлекли внимание СМИ и общественности. Библиотеку отремонтировали и модернизировали нашедшиеся спонсоры.

В городе Кировск Мурманской области художники нарисовали три мурала по коммерческому проекту.

— Это точка, после которой, грубо говоря, нет жизни. Там был ад. Ты работаешь, а тебя в лицо ледяная крошка бьет, неслабый ветер сдувает с фасада, краска мерзнет, — рассказывает Милицин. — Но это дало свои плоды — там есть горнолыжный курорт, о котором в России мало кто знает. А когда мы рассказывали федеральным СМИ о муралах и о нем, туристический спрос возрос.

Заработанные деньги стрит-артеры потратили на восстановление заброшенного кировского вокзала. «В 90-е он перешел от РЖД в муниципальную собственность, а город не смог его отремонтировать — не хватало финансов. Просто бросили. Второй год благодаря средствам инвесторов, пожертвованиям работаем над восстановлением, а так бы он умер», — рассказывает художник.

Сейчас Александр с большой командой работает над крупным проектом — они расписывают 45 тыс. квадратных метров предмостовых опор, заборов и других объектов на трассе «Таврида».

Александр Милицин,
художник:

— Только представьте: едешь такой на машине из Барнаула несколько суток, с ума сошел, а тут раз и цветные картинки — люди и природа. Это все за грантовые деньги, плюс мы пошли на хитрость. Я нашел статью, где указано, что дорожники обязаны красить предмостовые опоры. Стоит это 200 тыс. рублей. Я сказал: «О, класс! Давайте деньги, мы покрасим!». Конечно, все проходит согласование с военными, Минтрансом и другими структурами.

Согласуются ли муралы

Все муралы согласует городская администрация. Также нужно опросить каждого жильца в случае, если красят жилой дом. «За» должно быть большинство. Художники стараются предложить понятные идеи, которые не будут неприятны горожанам.

«Я два дня погулял по Барнаулу и увидел очень много вандальных надписей с не очень хорошими словами. Арт-фестивали как раз направлены на то, чтобы люди видели творчество и понимали, что можно не только гадости на заборах писать. И для администрации полезно — это увеличивает интерес к городу и региону», — рассказывает Александр Милицин.

Как еще можно красить

В прошлом году Александр запустил проект, в котором стрит-арт был частью перформанса.

«Я предложил одному симфоническому оркестру совместить стрит-арт и классическую музыку, — рассказывает художник. — Сделали 7 концертов в крупных университетах. Только представьте: все в костюмах играют, женщины в шикарных платьях исполняют оперные партии, а такие оборванцы на заднем фоне аэрозолями без запаха рисовали все, что чувствовали. Мы хотели так прокатиться по стране, но случилась пандемия».

Как долго делают муралы и насколько они вечны

Фасады расписываются в среднем от 3 до 4 недель, некоторые — месяцами, зависит от сложности работы. Но поскольку у художников плотный график и есть ограничения стоимостью аренды подъемника, на фестивале они потратят на каждый дом не больше недели.

Стрит-арт. Барнаул, Юрина, 182.
Анна Молчанова.

Муралы сохранятся минимум пять лет — такую гарантию дает производитель краски. По словам художников, те муралы, которые они делали 15 лет назад, конечно, выцветают, но не становятся «паршивыми».

— Это не страшное и не что-то облупленное. Всегда можно восстановить, подкрасить где-то, — рассказывают они. — Самый большой бич всех фасадов — вандалы, которые начинают на них писать слова из трех букв.

Влияние барнаульских вандалов уже ощутил Евгений Воронин. По приезде в город он сделал небольшой, но эффектный рисунок на бетонной стенке у берега Оби. На следующий день на нем уже появились надписи. «Капитально обидно», — говорят художники.

Работа Евгения Воронина в Барнауле.
О2 Team.

Как стать стрит-артером

Среди стрит-артеров есть как самоучки, так и люди, получившие образование художника.

«Образование ведущую роль не играет — главное труд, желание и немного таланта», — говорят художники.

Они описали случай, когда мужчина 52-х лет, увидев, как расписывают фасады, решил, что хочет этим заниматься.

— Все похихикали, сказали: «Ага, понятно, молодец». А он начал практиковаться, приехал в Москву, взял банки и в прошлом году сделал свой маленький первый фасадик, причем очень удачно. До этого никогда в жизни ничего не рисовал. Стрит-арт настолько вдохновил человека, что у него просто новая жизнь началась, — рассказывает Милицин.

Чтобы расписывать фасады, нужны не только материалы, разрешение и желание, но и паспорт высотника. «Есть работы на тросах, где ты болтаешься в воздухе на высоте 25 метров на „шнурочке“ — без навыка и документа тут не обойтись», — говорят художники.

Раньше было лучше?

Евгений Воронин вспоминает:

— 20 лет назад мы рисовали «кузбасслаком». Потом уже с проводниками из Германии стали приезжать автоэмали за гигантские деньги. У нас не было интернета, только газеты-журналы, где афроамериканские мужчины что-то рисовали на заборе — это мы пытались повторить. И все же творили и вышли на какой-то уровень. Сейчас для творчества есть все условия.

Евгений Воронин.
Анна Молчанова.

С появлением интернета, как говорят художники, стало проще совершенствоваться: можно смотреть на чужие работы и трудиться над своим несовершенством: «Мы стали друг за другом следить, где-то перенимать, где-то делать уникальное. А раньше это было просто копирование».

— И можно быстро раскрутиться. Есть арт-группа «Явь». Она делает маленькие рисунки — такие колкие, такие четкие, что быстро стала популярной. Чувство, что сегодня ты крутой, а завтра про тебя все забыли, потому что другой выстрелил, заставляет все время развиваться, — рассказывает Александр Милицин.

Все же стрит-артеры немного скучают по драйву, какой испытывали в нулевые, когда расписывали стенки нелегально. «Раньше вообще было веселее, правоохранители добрее, деревья выше и воздух чище», — улыбается Милицин.

С другой стороны, сегодня художники знают, что согласованный фасад останется надолго. По крайней мере, до тех пор, пока не надоест администрации или жителям.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость