Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене
Политика

Молодежь должна идти в кабинеты. Большое интервью с Александром Карлиным

Губернатор странствует по Интернету и может собственноручно набрать документ на компьютере

В преддверии 100 дней своей работы (они исполняются 2 декабря) Александр Карлин дал развернутое интервью корреспонденту «СК».

Системный кризис и государственный долг в наследство

— Александр Богданович, с какими проблемами вы столкнулись, став главой администрации края?

— Проблемы Алтайского края с 25 августа этого года (25 августа Александр Карлин вступил в должность главы администрации. — Д. Н.) стали моими проблемами.

Край переживает тяжелый период своего развития. Это системный кризис, который характеризует и экономику, и социальную сферу. Причины кризиса вызваны процессами, которые происходили в стране в целом. Но те проблемы, которые возникали в стране в целом, в крае проявились наиболее остро. Причины лежат в структуре экономики Алтая, где аграрный сектор занимает практически половину экономики. Промышленность края — имеются в виду предприятия сельскохозяйственного и тракторного машиностроения — оказалась в худшем положении по сравнению с предприятиями других регионов.

Но было и немало факторов субъективного свойства, в том числе в сфере государственного управления. Я считаю, что отрицательным образом сказывался на решении социально-экономических проблем тот затяжной и глубокий конфликт, который сформировался в конце 2004 года и длился да августа этого — конфликт между законодательной и исполнительной властью. Во многом были утрачены нити управления краем, исполнительная власть функционировала неэффективно. Законодательная власть, в свою очередь пытаясь каким-то образом воздействовать на ситуацию, в известной мере переводила на себя функции исполнительной власти.

— Как вы считаете, это была вынужденная мера со стороны краевого Совета или законодатели просто перехватывали полномочия?

— Наверное, мотивация присутствовала и та, и другая.

— Вы встречались в ранге главы с кем-нибудь из своих предшественников-губернаторов? Как вы оцениваете их работу?

— Несколько раз встречался с Суриковым. Он мне изложил свое видение путей решения проблем края. Достаточно доброжелательное было общение. Я считал для себя полезным получить максимум информации. Не скажу, что после этого я стал смотреть на все проблемы глазами Сурикова и решать их его методами — я достаточно самостоятельный и взрослый человек. Но мне небезынтересно и небесполезно было знать его оценки и его позицию.

С Михаилом Сергеевичем Евдокимовым мы встречались на оглашении президентского послания Федеральному собранию в мае 2004 года в Кремле.

Я не хотел бы выступать в качестве оценщика своих предшественников, это недостаточно этично, но есть вещи, о которых я не могу не сказать. Это, к сожалению, тот очень серьезный государственный долг, который имеет край. Это наследство, которое я получил от своих предшественников. И сейчас я должен очень плотно работать, чтобы как-то с этим разбираться. На 1 октября 2005 года этот долг составляет 3 миллиарда 293 миллиона рублей. Правда, на 1 октября прошлого года он составлял 3 миллиарда 807 миллионов.

— Вы сказали о тяжелом состоянии алтайской промышленности. В последнее время на слуху у всех конфликт на комбинате химических волокон. Каковы перспективы КХВ?

— Я бы сегодня не хотел делать какие-то обнадеживающие заявления, но работу мы пока не прекратили. Мы плотно работаем с потенциальными инвесторами, наши специалисты вместе с ними прорабатывают возможные схемы налаживания кооперационных связей. Если это предприятие не восстановится в своем профильном формате, то специалисты наших комитетов, которые занимаются его проблемами, будут последними, кто опустит руки.

Психологические трудности преодолимы

— С теми проблемами, о которых вы сказали, столкнулся бы на вашем месте любой человек. А вы лично с какими проблемами для себя столкнулись?

— Это были проблемы, связанные с публичностью работы губернатора. Я никогда не чурался встреч с журналистами, но так публично, как сейчас, я не работал. Это создавало мне определенные трудности психологического свойства. Я стараюсь это постепенно преодолевать.

Другая проблема — необходимость пропустить большой объем самой разноплановой информации, быстро ее систематизировать и выделить приоритеты.

Еще одна проблема на первом этапе работы — я не знал людей, с которыми мне приходилось ежедневно общаться.

— Как вы относитесь к проблеме взаимоотношения власти и средств массовой информации, определенной закрытости власти? Она есть и на федеральном, и на региональном уровне.

— Эта проблема существует, и ее создают обе стороны. Я считаю, что мы недостаточно уважительны друг к другу. Власть к СМИ, а СМИ, иногда, к власти.

— До губернаторства Михаила Евдокимова в администрации края существовала такая практика: каждую неделю кто-то из чиновников — замглавы, председатель комитета, раз в месяц губернатор — давал пресс-конференцию, проходили пресс-конференции по периодически возникающим проблемам. Можно было позвонить по телефону в администрацию, получить комментарий. В прошлом году администрация закрылась от журналистов, и такое впечатление, что сейчас некая инерция продолжается.

— Это не инерция, а издержки переходного периода. Мы выстроим внятный формат этой работы. Я обещаю, что в ближайшее время мы это сделаем, а вы потом сможете меня проверить.

— Вы читали распространенное 28 ноября «открытое письмо» вдовы Михаила Евдокимова?

— Я его прочел… Администрация края в ее нынешнем составе делает все, чтобы память о Михаиле Сергеевиче Евдокимове осталась у наших земляков в достойном виде. Завершает работу комиссия, в ближайшие дни я приму постановление об увековечивании памяти Михаила Сергеевича. Там будут предусмотрены конкретные меры.

Чиновник — это не робот

— Как вы оцениваете алтайские кадры? Соответствует ли уровень подготовки местных чиновников решению стоящих перед ними задач?

— По кадрам, которые работают в сфере государственного и муниципального управления в Алтайском крае, проблема состоит из ряда компонентов. Меня, например, не устраивает возрастная структура тех, кто работает в органах управления.

— Староваты?

— Да, там нужны более молодые люди.

Есть эти проблемы и по краевым ведомствам, и по аппарату краевой администрации. Я считаю, что должна быть представлена молодежь. А с молодежью в управление должны приходить современные технологии, молодежь лучше адаптируется к новым условиям, она более обучаема. В конце концов, с молодежью более интересно работать.

В идеале я хотел бы видеть среди своих подчиненных, конечно, подавляющее число тех, кто родился и живет на Алтае, потому что я все же глубоко уверен: задача возрождения Алтая должна решаться теми, кто чувствует проблемы края сердцем. Не все вопросы решаются только умом и профессионализмом. Душевная составляющая обязательно должна быть. И у чиновника в том числе. Чиновник — это не робот.

— А вам есть что предложить молодежи? Сколько, например, будет получать выпускник вуза, пришедший на работу в администрацию?

— Наверное, вначале у выпускника вуза будет не очень большая зарплата — несколько тысяч рублей. Это минус. А плюс заключается в том, что можно внятно просчитать перспективу и своего служебного роста, и денежного содержания. Потому что значительную долю денежного содержания современного чиновника составляют доплаты за классный чин, за выслугу лет и другие.

— Как строятся ваши отношения с руководителями муниципалитетов? Как вы оцениваете их компетентность?

— Для меня норма в течение одного рабочего дня принять до пяти глав городов и районов. Мы с ними обсуждаем самые неотложные, срочные проблемы, рассматриваем вопросы перспективного развития территорий. Удалось побывать в Барнауле, Бийске, Новоалтайске, Камне-на-Оби, Тальменском, Первомайском, Павловском, Бийском, Смоленском, Троицком, Каменском, Крутихинском, Шелаболихинском, Алейском, Тюменцевском районах. Вот пока все. Хотелось бы больше.

Что касается компетенции глав… Есть главы, которые вызывают просто уважение. Это люди, которые имеют авторитет у населения, глубоко владеют проблемами, умеют не только тратить, но и имеют представление о том, как бюджет формируется. Но есть и люди из нашего славного прошлого, которые в большей степени знают слово «дай». Есть руководители новой формации, пришедшие из бизнеса. Они не всегда могут выстраивать свои инициативы в рамках строгого бюджетного процесса.

Об авторитете, страхе и уважении

— В чем вы видите свою главную задачу на посту главы администрации края?

— Главная задача — это вывод края из того кризисного положения, в котором он оказался. Но есть еще одна задача, которую бы я тоже квалифицировал в качестве главной. Это повышение авторитета власти. Когда люди почувствуют, что их жизнь становится лучше, экономика выздоравливает — изменится отношение к власти.

— При Иосифе Виссарионовиче у власти был большой авторитет, но жилось ли людям от этого лучше?

— Авторитет — это не страх, а уважение. Поэтому здесь, мне кажется, Иосиф Виссарионович нам не поможет.

— В 1992 году тогдашнему губернатору Владимиру Райфикешту удалось «выбить» из посетившего Алтайский край Бориса Ельцина Семипалатинскую программу и финансирование строительства газопровода и моста через Обь в Барнауле. Это были три главные федеральные программы 90-х годов. А что вы намерены «выбить» из Владимира Путина? В конце концов, он бросил вас в этот прорыв и должен чем-то помочь.

— Я думаю, изменились времена, и сейчас больший эффект дает не умение ситуативно работать, а системная работа. Хотя и мы такие возможности не будем выпускать — я не буду их афишировать, это вопрос очень деликатный. Но главное — доказать, что средства, которые выделяются, начинают работать.

Финансовая проблема очень важна. После 1 сентября мы дополнительно вовлекли в бюджет края на текущий год 1 миллиард 400 миллионов рублей. Из них 900 миллионов — это дополнительные выделения из федерального бюджета, и около 500 миллионов — дополнительные собственные доходы краевого бюджета. 1 миллиард 100 миллионов из этих денег транслированы в бюджеты городов и районов. 351 миллион рублей из федерального бюджета мы потратили на проблемы ЖКХ, на подготовку к зиме. И относительно более спокойная ситуация с подготовкой к зиме — это не только следствие теплой осени, но и следствие более продуктивной работы.

— Что делается в крае для реализации национальных проектов, обнародованных президентом? Есть ли деньги на повышение зарплаты учителей и врачей? У какого количества работников повысится зарплата?

— У нас созданы рабочие группы по каждому проекту, мы знаем, кто какую компоненту национального проекта ведет в том или ином федеральном ведомстве, сетевые графики, которые там составлены, какая информация от нас необходима, и работаем на опережение.

Деньги на повышение зарплаты учителей и врачей будут выделены из федеральной казны. 19 тысяч педагогов будут получать доплату за классное руководство. Мы получим около 200 грантов для материального стимулирования лучших педагогов. Сейчас ведется работа над документами, которые будут регулировать процедуру выявления этих людей. По врачам мы сейчас составляем реестр участковых терапевтов и других медицинских работников, которые получат очень приличное денежное содержание в рамках национальной программы. Кроме того, всем бюджетникам в будущем году зарплата будет повышена на 20 процентов.

— Правда ли, что ваши позиции усилились после назначения руководителя администрации президента Дмитрия Медведева первым вице-премьером?

— Мои позиции не ослабли после назначения Дмитрия Анатольевича Медведева первым вице-премьером.

— А правда, что вы ушли из Генпрокуратуры в знак протеста против назначения Устинова генеральным прокурором?

— Это немножко вольная интерпретация событий. Я работал в должности начальника управления Генеральной прокуратуры и президентом страны был назначен статс-секретарем, первым заместителем министра юстиции. Это случилось в апреле 2000 года, тогда Владимир Васильевич Устинов не был генеральным прокурором, он был исполняющим обязанности. Генеральным прокурором он был назначен в мае.

При переводе на новую работу Устинов наградил меня именным оружием — пистолетом Макарова модернизированным.

— Стреляли из него?

— Да, стрелял.

У главы семьи есть свои преференции

— Как ваша семья относится к тому, что вам приходится теперь жить в Барнауле?

— Семья относится сложно, особенно жена. Но терпит пока.

— Она не собирается сюда переезжать?

— Мы эту проблему сейчас обсуждаем. Я думаю, что придется переехать.

— У вас в семье решения принимаются коллегиальным путем или вы терпите-терпите, а потом говорите, как будет?

— Мы принимаем коллегиальные решения, но у нас четное число членов семьи, поэтому иногда, когда голоса разделяются, более старший по возрасту имеет некоторые преференции.

— То есть у вас два голоса?

— Один и плюс небольшая толика, которая позволяет принять решение в сложной, патовой ситуации. Вообще, я считаю, что решение о переезде должно приниматься так, чтобы ничьи интересы не пострадали.

На хоккей, как на работу

— Как вы проводите выходные дни?

— Их не бывает. Суббота — рабочая, воскресенье, как правило, рабочее на выезде.

— Сколько продолжается ваш рабочий день?

— Часов четырнадцать. Но в субботу даю себе небольшую поблажку. Я шучу: мы должны начинать работу по алтайскому времени, а заканчивать по московскому. Но подчиненные эту шутку не разделяют.

— Вот вы недавно на хоккей ходили. Это для вас работа или досуг?

— Это, так скажем, рабочий досуг. Мне действительно было интересно посмотреть на команду. Я о ней слышал, кстати, она мне понравилась хотя бы тем, что там достаточно много молодежи и это молодежь местная. Для меня это важно. Тем более что команда финансируется из краевого бюджета.

— А вы, вообще, болельщик?

— Не самый страстный…

— Уже второй год депутат крайсовета Екатерина Абрамова призывает прекратить бюджетное финансирование «Мотора» и «Динамо», потому что они выступают недостаточно хорошо. Как вы к такой инициативе относитесь?

— Я бы свою позицию так сформулировал: изыскивать возможности для финансирования массового спорта при сохранении финансирования команд достаточно высокого профессионального уровня. Я думаю, противопоставлять массовый и профессиональный спорт нельзя.

Открыл для себя алтайских писателей

— Что вы обычно читаете?

— Я читать научился еще до школы. Для моего времени это было достаточно нетипично. Читать научился по заголовкам газет и по цветным плакатам, которые распространяли почтальоны — про советско-китайскую дружбу, с антиимпериалистической тематикой. Потом я прочитал всю нашу небольшую библиотеку в селе.

С тех пор все время читаю. У нас в семье приличная библиотека. Юридическая литература, поскольку все мы юристы, представлена обстоятельно. Что касается художественной литературы, то кроме классиков я люблю читать исторические либо историко-художественные книги. У меня полный Соловьев, полный Ключевский, Карамзин.

В последнее время, наверное, возраст такой, стал читать литературу о православии. Скорее научную, чем богословскую, которая православие показывает в историческом контексте, потому что понять историю России без истории православия нельзя.

— А сейчас что читаете?

— Сейчас у меня лежат несколько книг алтайских авторов — мне их преподнесли на встрече. Это пробел в моем образовании, я к своему стыду это признаю. Современная литература алтайская неплохая. Я немножко подотстал и сейчас наверстываю.

Без компьютера — никуда

— В отличие от Александра Сурикова и Михаила Евдокимова у вас на столе компьютер. Он вам помогает в работе?

— Я не могу без этого орудия бюрократического труда. Как они появились в конце 80-х годов, так я с ними работаю. Я привык работать с правовыми базами, напитываться информацией из сети Интернет, позволяю даже себе такую вольность, как собственноручно изготовить документ.

— То есть пресс-служба не сможет держать вас в узком информационном поле?

— В общем, да. Прошу ее мне помогать. Есть документы, которые через Интернет получить сложно, — та же районная пресса, издания политических партий, движений, общественных организаций.

— Где вы живете в Барнауле?

— На служебной квартире.

— Кто вам готовит?

— Готовят профессиональные люди. Голодным меня не держат, но я в еде неприхотлив. Для меня это не проблема.

Справка «СК»

Александр Карлин родился 29 октября 1951 года в селе Медведка Тюменцевского района. В 1972 году с отличием окончил Свердловский юридический институт. Работал в прокуратуре Бийска и Приобского района Бийска, заместителем прокурора Барнаула, начальником отдела прокуратуры Алтайского края. С 1986 по 2000 год работал в прокуратуре СССР и РФ. В 2000—2004 годах — первый заместитель министра юстиции РФ. В 2004—2005 годах — начальник управления президента РФ по вопросам государственной службы. С 25 августа 2005 года — глава администрации Алтайского края. Кандидат юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, почетный работник органов прокуратуры, почетный работник органов юстиции, действительный государственный советник первого класса. Женат, имеет двоих сыновей.

Подписка на еженедельную рассылку самых полезных новостей
Пользователь согласен на получение информационных сообщений, связанных с сайтом и/или тематикой сайта, персонализированных сообщений и/или рекламы, которые могут направляться по адресу электронной почты, указанному пользователем при регистрации на сайте.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость