Предлагаем посетителям altapress.ru ознакомиться с фрагментами допроса свидетеля по "делу об архарах". Допрос состоялся 10 августа 2009 года, на следующий день "дело об архарах" было закрыто (см. послесловие).
Вопрос: Кто из лиц, оставшихся в вертолете, после того, как высадили группу охотников, принимал решение с помощью вертолета преследовать и загонять животных?
Ответ: Я подобных решений не принимал, команды на преследование не отдавал, охотиться не собирался, я принимал гостей и прилетел в Горный Алтай по просьбе К.. Никто из оставшихся в вертолете после того, как высадили охотников, команды на преследование животных не давал, никто у кабины не находился, как я теперь понимаю, куда и как лететь, принимали решение пилоты. В тот момент, я думал, что вертолет, когда высадил охотников, улетел из зоны поражения, а потом пилоты увидели еще одну группу бегущих животных. Я думаю, что когда К. находился у кабины пилотов перед высадкой охотников, возможно, именно тогда они договаривались с пилотами загонять животных. Но я это только могу предположить с учетом имеющейся информации на сегодняшний день. В тот момент, находясь на базе "Турсиб" и позднее, непосредственно в вертолете, разговоров о том, что вертолет будет загонять животных на охотников, не было, никто не говорил и не обсуждал этот вопрос. Лично я никому подобных команд не давал.
Вопрос: Почему вы тогда ранее на допросе использовали термины "стали загонять" и т.д.?
Ответ: Ранее я давал показания, что после высадки группы охотников, вертолет отлетел из зоны поражения, чтобы не мешать охотникам и стал делать маневр. На допросе мне было разъяснено, что в период следствия установлено, маневр при полете вертолета после высадки охотников, о котором я говорил, делался для цели загона животных, именно поэтому я использовал в допросе этот термин, с учетом уже имеющейся информации. Однако, при всем при этом, я описывал, каким образом летел вертолет, и это не значит, что в момент нахождения в вертолете, я понимал, а еще и давал указания или руководил, как загонять животных. Я находился далеко от Б. и располагался таким образом, что мне практически не было видно животных. К постановке самой охоты я не имею никакого отношения. Во время высадки охотников я не слышал, чтобы охотники договаривались о загоне вертолетом животных.
Ранее в допросе я также использовал название животного "баран", так как следствием было установлено, что туши убитых животных - бараны. Хотя я в момент охоты не знал о таком животном, поскольку ранее на них не охотился. И более того, К. подтвердил, что это животное относится к категории козерога, только достаточно крупного. Я об этом уже пояснял в предыдущем допросе.
Вопрос: Вы заранее договаривались, что, если будут добыты трофеи, то Вы их будете разделывать?
Ответ: Заранее не договаривались. Просто кому-то нужно было помочь охотникам, на самом деле разделывать - это не так увлекательно, как охотиться. Мы с В. хотели помочь затащить тушу, но когда увидели, что она не войдет в холодильник, тогда нам пришлось ее разрезать. Затаскивать в вертолет туши помогали, мне кажется, все находившиеся в вертолете, так как туши были очень тяжелые.
Вопрос: В одном допросе Вы говорили, что В. был с оружием, во втором допросе - что у него оружия не было. Чем Вы это можете объяснить?
Ответ: Просто я точно не могу восстановить все события в памяти. И сейчас с достоверностью не могу сказать, брал ли В. с собой оружие. Я помню, что он держал в вертолете оружие и прицеливался, но точно не могу воспроизвести в памяти, подстрелил он кого-то или нет. Я допускаю, что подстрелил, но сам момент, попал он в животное или нет, я не видел. Какое и кому принадлежало оружие, которое брал в вертолете В., я сказать не могу.
Вопрос: Конкретизируйте, в какой момент К. говорил Л. нужен трофей?
Ответ: Он это часто говорил на базе "Турсиб", чтобы непременно дали Л. выстрелить, так как он много раз летал на охоту и не привозил трофей, что ему нужен трофей.
Вопрос: Вы в вертолете были в наушниках или нет?
Ответ: Я был в наушниках, иногда снимал, особенно, когда близко подходил к человеку что-нибудь спросить или сказать.
Вопрос: Почему ранее об этом не говорили?
Ответ: Не знаю, скорее всего, потому что не задавался подобный вопрос при допросе, а сам я забыл уточнить.
Вопрос: Ваши наушники были оснащены переговорным устройством? Могли Вы общаться с пилотами?
Ответ: Нет. Такие наушники, по-моему, были у К., хотя я утверждать не могу.
Вопрос: Вам известно, что Б. сделали операцию?
Ответ: Да.
Вопрос: После операции Вы встречали Б.?
Ответ: Б. после операции не видел, в силу того, что он возвратился в Россию лишь на днях.
Вопрос: Вы хотите пояснить следствию дополнительную информацию по делу?
Ответ: Нет, мне кажется, я в целом рассказал все. Я до сих пор путаю детали и мне сложно вспоминать и говорить о произошедшей трагедии.
Вопрос: Как Вы себя чувствуете?
Ответ: Сейчас состояние здоровья значительно улучшилось. Пояснить больше ничего не могу.
Послесловие
На следующий день после вышеопубликованного допроса, 11 августа 2009 года, уголовное дело по факту крушения Ми-171 в Кош-Агачском районе Республики Алтай было закрыто - в связи с тем, что лица, подлежащие к уголовной ответственности, погибли в авиакатастрофе.
Тогда следствием было установлено, что "…в ходе полета находившиеся на борту вертолета пассажиры Каймин, Вялков, Ливишин, совершали активные действия по выслеживанию с целью добычи, преследованию и отстрела алтайских горных баранов".
Однако о закрытии дела жителям России стало известно лишь в ноябре 2009 года, когда на официальный запрос депутатов Госсобрания (Эл Курултай) пришел официальный ответ от Александра Бастрыкина, руководителя Следственного комитета при прокуратуре РФ.
После митингов протеста в республике, множества публикаций в СМИ дело было возобновлено - по ч.2 статьи 258 ("Незаконная охота"). И в нем появились другие фигуранты: Анатолий Банных, Николай Капранов, Борис Белинский. Уголовное дело в отношении троих подозреваемых в совершении преступления (незаконная охота) будет рассматриваться в суде Кош-Агачского района Республики Алтай.
