Может быть, дело в личности нового губернатора? При мысли о Карлине почему-то никак не удается отделаться от впечатления от раннего Горбачева. После забывающего слова Брежнева, вечно болеющего Андропова и умирающего Черненко Горбачев смотрелся просто молодцом. И, главное, - говорил без бумажки! Сколько тогда про эту бумажку было сказано. А как не говорить? Помните анекдот про то, как Брежнев открывал Олимпиаду: «О-о-о… Леонид Ильич, это олимпийские кольца». И совсем не сразу (тогда, в 80-е, время шло медленнее) мы поняли, что говорить без бумажки – это далеко не главное.
Когда Карлин возглавил край, он сразу многим понравился. Еще бы: ситуацию на Алтае оценил правильно, как системный и затяжной кризис; собранную с миру по нитке и ставшую притчей во языцех команду предшественника выгнал; говорит по делу, правда, как-то очень кругло, но зато без бумажки ведь. А еще - не курит, не пьет, по баням не ходит, с документами и вправду работает, когда надо, может пошутить и хороший семьянин. Ну, и так далее. В общем, положительный герой. Прямо как в производственных романах советских писателей.
Но вот уже и сентябрь прошел, и октябрь, и половина ноября. Скоро 100 дней, как Карлин – губернатор. Конечно, итоги подводить рано. Но некоторые впечатления уже есть. Точнее даже, не впечатления, а одно впечатление. И оно не такое, как в первые дни. Александр Богданович Карлин – чиновник, а не политик. В этом нет ничего ни плохого, ни хорошего. Просто так сложилась его жизнь. А работа губернатора – это политика. Но из классных чиновников также далеко не всегда получаются настоящие политики, как из талантливых политиков – классные чиновники.
Причем, Карлин не просто чиновник. Он бывший прокурорский работник. Поэтому лейтмотив всех его выступлений – апелляция к закону. Главное, чтобы все было по закону. Но главные-то законы у нас – федеральные. А губернатор руководит краем. Поэтому для него главным должно быть решение краевых проблем любыми путями, а не забота о соблюдении законов. Тогда губернатор – отец родной. Но это в том случае, если бы Карлин был избранным губернатором. А он – назначенный. Поэтому, дело вовсе не в личности, а в системе, в которой эта личность функционирует.
Нынешняя политическая система такова, что спросить с губернатора может только президент, который его назначил. Карлин это прекрасно понимает. 25 августа, вступая в должность, он это свое знание обнародовал, признав: «…осознаю всю степень ответственности перед президентом страны и жителями Алтайского края». Если бы Карлина избрал народ, он бы говорил только об ответственности перед ним, а президент был бы не причем. Но Карлин, как принято сейчас говорить, - наемный менеджер.
Общество прекрасно понимает, что губернатор от него не зависит. А раз так, то нет смысла его критиковать или поддерживать. А что толку - и следующий губернатор будет избран в Кремле. Поэтому и наступило затишье. Но затишье – обманчивое. Потому что, если у губернатора что-то получится сделать для народа, народ воспримет это как должное. А вот если работа будет вестись как в песне у Высоцкого - «не страшны дурные вести, мы в ответ бежим на месте»,- то поддерживать Карлина ни у кого не будет повода. Не голосовали, не выбирали.
И тогда все вопросы у общества будут к президенту. Будем надеяться, что до этого не дойдет. Будем надеяться, что получится.
