Жизнь

Как село назовешь…

Наверняка у каждого барнаульца найдется пара-тройка друзей со смешными фамилиями. У меня в музыкальной школе был даже одноклассник по фамилии Ганзалупенко. Вот уж парню приходилось несладко. К доске его вызывали только по имени, фамилия была под запретом. Но неблагозвучная фамилия — это все же беда одной семьи. Гораздо хуже приходится жителям целых городов, деревень и сел с неоднозначными названиями. Представьте какие трудности возникают у жителей более шеститысячного по населению поселка Дураки в Красноярском крае. Удивительно, но и на Алтае раньше было полно населенных пунктов, жить в которых отваживались только смелые люди. Об этих экстремальных точках на карте страны и подет речь.

Мы не пьяницы, пьяницы не мы!

Мало кто из жителей Поспелихинского и Змеиногорского района знает, что раньше эти районы считались местами алкоголиков и пьяниц. А все потому, что на территории этих районов в 1920−30 годы существовало рекордное колличество населенных пунктов с «пьяными» названиями.

Чего только стоит село Пьяные Бугры. При условии, что на рабочем сленге слово «бугор» заменяло слово «бригадир», то становилось еще веселее. Приезжающие в это село люди с удивлением смотрели по сторонам в надежде увидеть пьяных бригадиров, небритых, ругающихся матом и дерущихся с рабочими.

Но таковых в селе не было. Как споминают некоторые долгожители поселка Степнобугринский Поспелихинского района (так называется в наши дни село Пьяные бугры) в то время с пьянством было строго. Самогоночку конечно гнали, а потом и пили, но было это в меру и в основном по праздникам. Так что название Пьяные бугры не соответствовало заложенному смыслу.

Продолжая рассказывать о горькой участи жителей мест, где сейчас расположились Поспелихинского и Змеиногорского района нужно заметить, что гораздо больше пьяных встечалось на территории заимки Бражникова и заимки Хмелевцева. Конечно, народу там было мало, но тем не менее в плане выпить люди были профессионалами. После баньки, по праздникам, за новую экономическую политику… Поводы в то время находились серьезные.

Вы думаете, что на этом беды «змеиногорцев-поспелихинцев» закончились? Фигушки! Страдали не только «пьянобугринцы», «бражинцы» и «хмелевцы», но и население местечка со странным названием «Барак Винзавода». Предъявлять паспорт посторонним людям было просто стыдно. Спасало лишь, что в то время паспорта колхозников хранились в колхозах, а не на руках. Да и народ в то время путешествовал мало, разве что на похороны родственников из других мест.

Однако смешнее всего (смех сквозь слезы) современным людям пришлось бы название «Заимка Бухаловка». «Как много в этом звуке для сердца русского слилось». Население плакало по ночам в подушки и мечтало переехать хотя бы в заимку Бражникова или на худой конец в заимку Хмелевцева. Но это были несбыточные мечты.

А мертвые вдоль дорог стоят…

Не знаем лучше или хуже чем «змеиногорцам-поспелихинцам» приходилось жителям современного Ельцовского района, но то, что они чувствовали себя ущербно, это точно. В начале прошлого века нежданно-негаданно на карте России обозначились поселок Гробница и деревня Голодай. Кто знает что пришло в голову специалистам-придумыльщикам? Может они были недовольны царским строем? Или интернет опять подорожал и они таким образом попытались воспротивится миру? Но ельцовцев можно было только пожалеть.

— Ты откуда, чувак?

— Из Гробницы!

Собеседник сразу падал в обморок. Потом его откачивали часа полтора. Гробницинцы шутили, начиная какой-нибудь разговор с приезжими: «Когда мы были живыми…» Собеседники дрожжали и звали на помощь.

Голодайцам приходилось отнюдь не легче.

— Ты откуда, чувак?

— Сами мы не местные, из Голодай!

— А, изголодался… Ну на тебе хлебушка с салом.

Историки в задумчивости — сыграли ли эти невеселые названия свою роль? Дело в том, что до настоящего времени ни деревня Голодай, ни поселок Гробница не дожили. Может и к лучшему. Сейчас бы голодайцам и гробницинцам жилось бы еще тяжелее.

Но, конечно не так тяжело, как народу из сибирской деревеньки Лобок. О существовании этой деревни мы узнали только благодаря одному нашему читателю, который, проезжая на машине по тракту, наткнулся на такое «смешное» название.

В Лондон за полчаса

На территории Алтайского края некоторое время назад существовали, да и существуют сейчас населенные пункты, которые не унижают своих жителей, но в то же время тоже вызывают улыбку.

В середине 20 века на территории Краснощековского района был небольшой населенный пункт с громким названием Париж, а в Благовещенском районе был свой Лондон. Ни Эйфелевой башни с Елисейскими полями, ни Биг-Бена с Вестминтерским аббатством там, понятное дело, не было, но все равно ощущать себя французом или англичанином было приятно.

Благовещенский район, к слову, прославился дважды. До сих пор там существует большая деревня Новый Орлеан. Бабка-хохлушка, которая живет в Орлеане с самого основания деревни рассказала группе заезжих журналистов, что название деревня получила случайно. Начальник организации, которая в те времена помогала обустроится переселнцам, на вопрос как назвать деревню, ляпнул: «А у меня брат недвно уехал в Новый Орлеан, давайте так и назовем».

Не знаем какие мысли пришли в голову другому основателю деревень, но назвал свое «детище» этот безизвестный придумщик Варшавой. Варшаву можно посмотреть и в наши дни. Находится она в Змеиногорском района.

Среди этих монстров советской глубинки названия деревень Курск и Орел не выглядят чем-то удивительным. Тем не менее на карте Алтайского края их можно найти до сих пор.

Смотрите также
Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость