Жизнь

«Живые» и «мертвые». Последняя история о барнаульских памятниках, которые были, не были, есть и будут

В этой «главе» altapress.ru поговорил со скульптором и художником по металлу Эдуардом Добровольским об относительно современных памятниках, которые сейчас стоят на городских улицах, но нравятся не всем. Культуролог и специалист Государственного художественного музея Алтайского края Лидия Рыжова также оценила их удачность. Итак, быль третья: «Они есть».

Памятник Виктору Цою.
Памятник Виктору Цою.
altapress.ru.

Особо отметим, что речь идет лишь о качестве художественного воплощения, а не о том, чему памятники посвящены. Наверное, никому не нужно объяснять, что каждая из тем — важна.

Первую и вторую часть проекта можно прочесть тут и тут.

Жертвам политических репрессий

Проект Прокопия Щетинина.
Скульптор — Анатолий Щетинин.

Эдуард Добровольский:

— Сын осуществил идею отца. Интересный художник. Правда, больше живописец, чем скульптор — он на него даже не учился. Удалось — я должен просто ему поклониться. Есть небольшие недочеты, но у кого их нет? В большой работе нужно учитывать каждую мелочь.

Эта идея жила очень давно, человек к этому шел и сделал практически все за свои деньги — а это недешево. Слава богу, что памятник есть — он напрашивается там, место хорошее. Немноголюдное, правда, хоть и находится от пешеходной Мало-Тобольской.

Памятник жертвам политических репрессий.
altapress.ru.
Памятник жертвам политических репрессий.
altapress.ru.

Лидия Рыжова:

— Художественная ценность монументальной скульптуры можно оценить по уровню работы автора с формой, материалом и его фактурой, пространством, а также по умению применить им свои знания пластической анатомии. Профессиональные скульпторы Прокопий Щетинин («Жертвам политических репрессий»), Олег Закоморный («Первым переселенцам на Алтай») грамотно работают с пропорциями человеческого тела, учитывают зрительное искажение фигур в зависимости от их удаленности от зрителя, добиваются портретного сходства и ощущения естественности позы и выражения лиц.

Памятник Василию Шукшину

Скульптор — Николай Звонков.

Эдуард Добровольский:

— Грустный. Я бы Шукшина изображал, опираясь на «До третьих петухов». Знал людей, которые с ним общались. Говорят, был удивительным человеком и ко многим вещам подходил с улыбкой. Это хотелось бы запечатлеть.

Памятник делался давно, когда проекты коллегиально рассматривал Союз художников. Согласование эскизов долго могло тянуться, годами. Это не как сейчас, когда заказчик сам договаривается с администрацией, которая и рада новым объектам. Вот из-за долгого и тяжелого подхода Шукшин, наверное, и грустный.

Памятник Василию Шукшину в Барнауле.
altapress.ru.

Лидия Рыжова:

— Николай Звонков пусть и не получал профильного образования, но его работу можно назвать удачной и благодаря характерной позе, и портретному сходству, и работе с пространством: писатель помещен на невысокий подиум и буквально находится «ближе к народу». Что касается портретного сходства, не обязательно быть специалистом, чтобы его оценить.

Памятник Виктору Цою

Скульптор — Михаил Кульгачев.

Эдуард Добровольский:

— Сначала с этой темой обратились ко мне. Не сошлись в цене — из металла делать дорого.

Обратились к Михаилу Алексеевичу. Солнце я, конечно, помог сделать. Памятник получился неплохой. Живой, интересный, с надрывом — таким и должен был. Никому не мешает, хорошо стоит.

Мне нравится, что он выполнен в движении. Хорошо подловили состояние. Облик действительно получился очень жизненный, скажем так. Оставляет эмоции.

Памятник Виктору Цою.
altapress.ru.
Памятник Виктору Цою.
altapress.ru.

Лидия Рыжова:

— Сильно воздействует на зрителя его сложная поза: музыкант изображен в момент наивысшего напряжения, глаз с трудом задерживается надолго на подобной форме.

Бюст Владимира Высоцкого

Скульптор — Николай Звонков.

Эдуард Добровольский:

— Сделан достаточно грубо, похож мало, живости, как у Цоя нет.

Когда я, допустим, делаю что-то подобное, пытаюсь найти фишку в человеке, сделать его в движении, чтобы была динамика. Тут лицо застывшее, непонятное. Должна быть песня — а ее нет.

Бюст Владимира Высоцкого.
altapress.ru.
Бюст Владимира Высоцкого.
altapress.ru.
Бюст Владимира Высоцкого.
altapress.ru.

Лидия Рыжова:

— Во взгляде музыканта нет узнаваемой тяжести.

Народному просветителю Алтая

Скульптор — Михаил Кульгачев.

Эдуард Добровольский:

— Видел на фотографии. Выглядит немного странно и грубовато — но это еще зависит от литья. Его у нас мало кто может сделать хорошо. Тут речь идет о качестве, это не значит, что нужно прорабатывать каждую пуговку.

При этом памятник живой, в движении. Но того человека я бы не назвал просветителем, конечно. С другой стороны, тема многогранная. О том, как ее воплотить, нужно думать не один день и даже не месяц.

Памятник народному просветителю Алтая.
altapress.ru.
Памятник народному просветителю Алтая.
altapress.ru.
Памятник народному просветителю Алтая.
altapress.ru.
Памятник народному просветителю Алтая.
altapress.ru.

Лидия Рыжова:

— Памятник не обязательно должен быть натуралистичен. Упрощение форм, условность уместна, когда речь идет об абстрактном образе, когда речь не идет о конкретном человеке, вроде того же «Народного просветителя» Михаила Кульгачева. В целом стоит обратить внимание на доминирование в монументальных памятниках образов «сильных телом или духом мужчин», что красноречиво говорит о идеалах и ценностях, бытующих в культуре сегодня.

Отдельно о стелах

Лидия Рыжова:

— Что касается памятных стел, они могут иметь весьма выразительную форму, активно менять своим присутствием пространство вокруг, однако в случае с перечисленными ниже памятниками мы не наблюдаем особых художественных экспериментов. Это стандартные ходы, задача которых — сподвигнуть прохожего поднять голову, выпрямиться и поместить факт (событие, сообщество, конкретного человека и т.д., то, чему посвящена стела) не просто физически выше, но и ценностно.

Простые формы должны контрастировать с природными: обычно это прямые и острые углы, линии, крупные детали. Пожалуй, самое удачное решение из перечисленных примеров у памятного знака в честь 75-летия освобождения Ленинграда. Его автор, архитектор Сергей Боженко, добился динамичности формы, оставил много пустого пространства внутри объема, и в прохожем этот импровизированный «вихрь» отзывается физически, вовлекая в себя. Чего не скажешь о других стелах, которые скорее подавляют прохожего, стоящего рядом, приносят своего рода дискомфорт.

Памятный знак в честь 75-летия освобождения Ленинграда

Проект Сергея Боженко

Памятный знак в честь 75-летия освобождения Ленинграда.
altapress.ru.
Памятный знак в честь 75-летия освобождения Ленинграда.
altapress.ru.

Эдуард Добровольский:

— Метроном, рупор… Символический памятник, без лишних деталей. Сделан интересно, выглядит неплохо. Очень хорошо выдержаны пропорции камней и символов: они не маленькие, прямо, как надо. Были бы больше — задавили бы постамент. В общем, достаточно вкусно сделано.

Защитникам правопорядка

Незавершенная работа Михаила Кульгачева

Защитникам правопорядка.
altapress.ru.

Эдуард Добровольский:

— Больной вопрос для Михаила Алексеевича. Он до сих пор бьется, чтобы доделать. Тема замечательная, но эта плита, как ее в народе назвали «крематорий», не очень хорошо смотрится.

Тем более она еще и за забором стоит: даже если бы Георгия Победоносца поставили на законно место, он оказался бы «за решеткой». Честно, я ожидал, что памятник завершат — подход был интересным, отличные эскизы. Но, увы…

Памятный знак Алексею Скурлатову

Проект Сергея Боженко

Памятный знак Алексею Скурлатову.
altapress.ru.
Памятный знак Алексею Скурлатову.
altapress.ru.

Эдуард Добровольский:

— Тут даже я участие принял: делал орден по эскизу, творчества в этом занятии не было. В памятнике меня немного напрягает габбро — камень, на котором выбито точками изображение. Зато дешево и быстро. Но было бы интереснее все-таки какой-то рельеф сделать. Он хорошо бы сочетался с медным орденом, был бы в одном стиле. Камень неплохой, только высоты немного не хватает. Но вы попробуйте еще найти цельный.

Памятный знак поставили на деньги одного предпринимателя, и городу это обошлось бесплатно. Я думаю, неплохо получилось, украсило немного аллею.

Памятник эвакуированным заводам

Скульптор — Михаил Кульгачев.

Эдуард Добровольский:

— Вот здесь рельеф хорош. А георгиевская ленточка странная: тонкая, непонятная. В любом монументе все-таки должна быть масса, а в ней ее не хватает. Но что есть — то есть: Михаил Алексеевич скульптор, а не художник по металлу.

Интересное, конечно, решение монумент там поставить. На расстоянии в несколько шагов стоит другой памятник — Кире Баеву.

Переселенцам на Алтай

Скульптор — Олег Закоморный

Переселенцам на Алтай.
altapress.ru.
Переселенцам на Алтай.
altapress.ru.
Переселенцам на Алтай.
altapress.ru.

Эдуард Добровольский:

— Неудивительно, что памятник нравится не всем: пропорции нарушены. Ребенок абсолютно другой, голова должна быть нормальной. Девочка непропорциональна даже этому большому сеятелю, к сожалению.

Еще я, наверное, против заднего плана — солнца, зелени, облаков. С пропорциональной девочкой объема и без этого было бы достаточно. К тому же, задник просто закрывает фасад музея и не дает рассмотреть памятник со всех сторон — это не совсем хорошо. Круглая скульптура должна быть круглой, ее не нужно совмещать с плоскостью.

А вот качество памятника отличное — литье сделано просто замечательно. Но не думаю, что только из-за этого с ним захочет кто-то фотографироваться.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость