Экономика

Мало нарожали. Почему в 2021 году резко обострился дефицит кадров и как выкручиваются алтайские директора

Кадровый дефицит, о котором так долго твердили работодатели, в 2021 году дошел до крайней степени: теперь его называют кризисом, и это — не преувеличение. Предприятия месяцами не могут набрать персонал даже на приличную, по мнению директоров, зарплату, и в Алтайском крае ситуация острее, чем в целом по Сибири. Altapress.ru выяснял, как регион до этого дошел, как выкручиваются находчивые алтайские работодатели, и что будет дальше.

Сварщик. Дефицитная профессия.
Сварщик. Дефицитная профессия.
Pixabay.com

Нет, и не найдете

Алексей Кунгурцев, гендиректор «Барнаульского ВРЗ», с такой ситуацией сталкивается впервые. Заказы у предприятия на четвертый квартал есть. Планы утверждены. А людей категорически не хватает.

«Честно говоря, не ожидал. Подписал приказ 14 мая, открыли набор. И до сих пор не можем набрать 200 электросварщиков», — объясняет Кунгурцев на экспертном совете в ИД «Алтапресс».

На котельном заводе, июль 2021 года.
Антон Червяков.

«А в таком количестве и не найдете», — считает Михаил Клугман, гендиректор завода «Сибэнергомаш-БКЗ». И Клугман знает, о чем говорит: об острой нехватке сварщиков сообщают все промпредприятия региона.

Другой барнаульский завод — «Нортек» (шинный) — не может заполнить более 300 вакансий. «Эта нехватка тормозит развитие и рост выпуска», — рассказывает Владимир Воробьев, управляющий директор предприятия.

«Проблема кадров — системная, и мы пока не можем найти ту „пилюлю“, которая позволит ее быстро решить. Вроде бы, рецепт прост — повышать заработную плату. Так нет. Нет людей, которые нужны промышленности», — констатирует Вячеслав Химочка, министр промышленности и энергетики края.

Ушли в блогеры?

Много лет директора заводов объясняют эту беду падением престижа труда на производстве. Работники в ответ роптали: «Просто платите больше». Тем не менее отчасти это верно. О непрестижности рабочих профессий заявили 40% соискателей, опрошенных компанией интернет-рекрутмента hh.ru в июле.

На котельном заводе, июль 2021 года.
Altapress.ru

И все же о том, что кадров нет, говорят не только на заводах. Не хватает медиков, строителей, специалистов из ресторанно-гостиничной сферы. В ритейле количество вакансий в 2021 году росло быстрее, чем в любом другом бизнесе. Продавцы, как ни странно, тоже в дефиците.

Недоумевают даже банкиры — а уж в банках-то рабочие места точно не назовешь непрестижными. Правда, здесь нужны скорее особые люди.

«Проблема набрать не тех, кто делает обычные операции. Не хватает высококлассных специалистов, которые, кроме всего прочего, могут поговорить с клиентом, и не только о банковской сфере», — объясняет Алексей Еськин, «Фридом финанс».

Закономерен вопрос: если все отрасли ищут и не могут найти кадры, где все люди? Ушли в блогеры?

На одной из котельных павловской птицефабрики.
Altapress.ru

Шоковый сценарий

Между тем, еще в 2019—2020 годах работодателям было, из кого выбирать, констатирует Лилия Эсауленко, руководитель пресс-службы hh.ru Сибирь. Но в 2021-м сюжет развивался по шоковому сценарию.

С начала года работодатели из Алтайского края разместили на 58% больше вакансий, чем в 2020-м. А вот соискательская активность возросла лишь на 12%.

Может показаться, что острота несколько преувеличена: ведь желающих найти работу по-прежнему больше, чем мест. Так, в октябре на одну вакансию в крае приходилось 2,8 резюме.

Однако в среднем по России показатель составляет 3,9 и, к тому же, комфортное для рынка труда соотношение — пять-шесть резюме на вакансию, объясняет Эсауленко.

Медицина. Врач.
pexels.com

В самых же дефицитных профессиях на одно предложение о работе в Алтайском крае приходится… меньше одного резюме. К примеру, в медицине, фармацевтике, строительстве, недвижимости, категории «рабочий персонал» — лишь 0,7. Так что же случилось?

Сокращение катастрофическое

Случилось, казалось бы, вполне позитивное событие: экономика страны начала расти. Но на фоне сокращения потока трудовых мигрантов из СНГ (а отчасти и выбытия кадров из-за пандемии) взорвалась мина, заложенная еще в 1990-х.

30 лет назад страна всерьез и надолго попала в демографическую яму: коэффициент рождаемости сократился с 2 до 1,2 ребенка на женщину. Дети выросли, вышли на рынок труда — и стало ясно, как мало их нарожали.

В Алтайском крае, по данным крайстата, только в 2015—2021 годах возрастная группа 20−24 года (люди, могущие претендовать на стартовые позиции) стала меньше на 36 тыс. человек. Группа 25−29 лет — на 61 тыс., когорта 30−34 года — на 20 тыс.

Востребованные кадры.
Altapress.ru

То есть только за семь лет группа молодых людей, потенциальных работников, «усохла» в регионе на 121 тыс. Для сравнения — именно столько сегодня работает в промышленности края. Причем рождаемость и сегодня невысокая, в крае — всего 1,4 ребенка на одну женщину.

Очевидно, и в будущем легче на рынке труда не станет — если, конечно, Алтай не превратится в место притяжения тысяч людей.

Три волны миграции молодежи

А вот с этим пока все не очень. Ректор АлтГТУ Андрей Марков рассказывает о трех волнах миграции молодых людей и их мотивах.

Миграция. Отъезд.
Pixabay.com

«Первая волна — это когда наши абитуриенты уезжают поступать в вузы других регионов. Достаточно заполнить заявление на сайте, подать документы — и человек будет зачислен по результатам ЕГЭ. Вторая волна — переманивают наших студентов, уехавших на учебу в другие вузы. Третья — отъезд выпускников. Закончив наш вуз и пройдя практику на наших предприятиях, они находят работу за пределами края», — описывает ситуацию Марков.

В целом отток населения из региона много лет превышает приток. Только за первые девять месяцев 2021 года — на 3,3 тыс. человек, по данным Алтайкрайстата.

Разумеется, причины отъезда разные, но материальная сторона имеет значение — и в этом Алтай конкурентных преимуществ не имеет. Зарплата, которую алтайские работодатели предлагают, скажем, рабочему персоналу, в октябре 2021 года составила в среднем 36,1 тыс. рублей, рассказала Лилия Эсауленко. В России — 51,5 тыс., или на 30% больше.

Эксперты hh.ru отмечают и парадоксальную реакцию рынка труда в регионе: за год средняя зарплата рабочего персонала, предлагаемая работодателями Алтайского края, сократилась на 3,06% (октябрь-2021 к октябрю-2020). Дефицит не привел к росту.

На заводе.
Pixabay.com

Кадровый донор

Зарплата — тот фактор, который, как пылесос, вытягивает из региона еще и вахтовиков. Взять тех же сварщиков: из всех вакансий в Алтайском крае доля вахты составила в этом году 42,2%. При этом «там» им предлагают в среднем 109,2 тыс. рублей в месяц. В родном регионе — 49 тыс.

«Алтайский край становится донором дефицитных кадров, в первую очередь — рабочих и строителей», — комментирует Лилия Эсауленко.

Понятно, что вахтовики остаются жителями края. Но для алтайских предприятий они потеряны — навсегда или на время.

«Люди рабочих специальностей уезжают на заработки на лето. В трудовых книжках наших сотрудников часто можно видеть, что они, как перелетные птицы, мигрируют, а потом возвращаются», — рассказывает Владимир Воробьев.

Сварщик. Дефицитная профессия.
Pixabay.com

Индийские гости

Между тем, сами промышленники — по крайней мере, часть из них — все же надеются, что поток трудовых мигрантов восстановится. В конце концов, все эпидемии когда-нибудь заканчиваются — и границы откроют.

«Москва пошла по пути привлечения иностранцев из Азии. Мое личное мнение: это же ждет очень многие регионы России. Азиаты живут в вагончике, они менее прихотливы, требуют меньших зарплат и готовы осваивать разные специальности. Конечно, надо следить за качеством их работ, но в основном они справляются», — рассуждает Владимир Воробьев.

Татьяна Филидова, гендиректор «Алтайского завода сельхозмашиностроения», предложила присмотреться к рабочим из Индии. С тем, что возможны сложности с переводом с труднодоступного языка, она не согласна: если отладить все процессы, проблем не будет.

На заводе.
Pixabay.com

Роботы вместо людей

Ну, а пока компании решают свои кадровые проблемы, как могут. К примеру, «Алтайвагон» еще в 2018 году начал закупать сварочных роботов, заменив тем самым дефицитных сварщиков. Хотя затраты на это — сотни миллионов руб­лей.

Барнаульская компания «Мартика» тоже взяла курс на автоматизацию и роботизацию. «После начала пандемии у нас еще была надежда, что к нам придут люди с закрытых предприятий, из сферы услуг. Но там работают другие люди и на производство они не придут никогда», — объяснил гендиректор Виталий Смокотин.

Окупаемость затрат на роботов, считает Смокотин, имеет смысл оценивать в долгосрочной перспективе. «Даже если сегодня человеческий труд дешевле машинного, надо смотреть вперед на 5−10 лет», — говорит он.

Робот. Новые технологии.
pixabay.com.

Исчерпали резервы

Другим путем пошел «Алтайский завод сельхозмашиностроения» — здесь передали производство части комплектующих сторонним производителям.

«За счет аутсорсинга мы развили много предприятий края. А в этом году заказываем детали и в других регионах, в нашем выбрали все ресурсы», — говорит Татьяна Филидова.

Вторым способом стал аутстаффинг — привлечение трудовых ресурсов других фирм и регионов.

«Алтайский завод сельскохозяйственного машиностроения», Павловск
Анна Зайкова

«Мы приобрели достаточно много оборудования, благодаря в том числе господдержке. И поняли: надо его загружать, а людей не хватает. Тогда решили привлекать людей со всей России по договорам аутстаффинга. Из старой конторы сделали удобный и комфортный HR-хостел, привозим к себе и токарей, и сварщиков, и всех прочих», — делится опытом гендиректор.

Интересно, что аутстаффинг принес компании дополнительный эффект. «Понимая, что на рынке никого нет, наши работники несколько расслабились. А когда мы привезли сварщиков из других регионов, они стали лучше работать, производительность резко повысилась», — объяснила Филидова.

На заводе.
Pixabay.com

Важнее корпоратива

Так или иначе — ясно, что конкуренция за кадры будет усиливаться. В этой ситуации характерно, что некоторые предприятия пытаются разными способами закрепить персонал, ограничив его возможности покидать работодателя.

Так, в 2021 году АлтГТУ по договору с заказчиками-­промпредприятиями принял по договору о целевом обучении около 80 человек — в четыре раза больше, чем в 2020-м, сообщил Андрей Марков. Выпускник-целевик обязан отработать у предприятия-­заказчика не менее трех лет — ну, или вернуть деньги на его подготовку.

Более того, промышленники уже подумывают о поиске будущих работников в школах, говорит Алексей Кунгурцев. Удастся ли надолго закрепить такой штучно подобранный персонал? Здесь многое будет зависеть от самих работодателей.

Рабочие профессии.
Pixabay.com

«В будущем соискатели будут более требовательными к условиям труда и зарплате, к программам комплексной заботы о сотрудниках — об их здоровье, карьере, развитии, психологической поддержке. Рабочему персоналу особенно нужна забота о семье: им важнее, чтобы дети могли отдыхать в летнем лагере за счет компании, чем наличие корпоратива на Новый год», — полагает Эсауленко.

На котельном заводе, июль 2021 года.
Антон Червяков.

Кто переманивает сварщиков?

Ключевые работодатели для сварщиков, которые разместили для них больше всего вакансий в Алтайском крае, — компании из отрасли «строительство, недвижимость, эксплуатация, проектирование» (они набирают больше всего сварщиков на вахту).

Далее с большим отрывом следуют компании из сферы тяжелого машиностроения (сведения hh.ru Сибирь).

Какие заводы больше всего интересуются «целевиками»?

Лидерами по количеству «целевиков» в А­лтГТУ в 2021 году стали такие заказчики, как завод «Ротор, «Сибэнергомаш-БКЗ», «Алтайвагон», Барнаульский станкостроительный завод, завод мехпрессов и СК «Союз», рассказал ректор АлтГТУ Марков.

Парадокс дефицитного рынка труда

65% респондентов из Алтайского края заявили, что не получают обратную связь от работодателей после отправки резюме, по данным hh.ru Сибирь.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость