Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

«Мы ищем критику»: главный полицейский Олег Торубаров ответил на неудобные вопросы

Генерал-лейтенант Олег Торубаров произвел фурор еще в самом начале своей работы в должности начальника ГУ МВД по Алтайскому краю, лично проверив дежурную часть под видом простого горожанина. Пятый год он возглавляет ведомство и до сих пор призывает людей критиковать работу полицейских и жаловаться, если есть недовольство. Altapress.ru поговорил с главой алтайской полиции о слиянии ФСКН с МВД, коррупции в рядах полицейских, проверках дежурных частей «под прикрытием» и о том, как ему живется в Алтайском крае.

Интервью с главой алтайской полиции Олегом Торубаровым.
Интервью с главой алтайской полиции Олегом Торубаровым.
Андрей Кизилов, пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

— Олег Иванович, вы еще проводите проверки дежурных частей «под прикрытием»?

— Каждый день проверяются два территориальных отдела. Лично этим не занимаюсь, есть офицеры, в чьи обязанности входит проведение таких проверок: и плановых, и внезапных. Сотрудник сообщает в отдел легенду о преступлении или просит сделать это гражданина. Проверяется все: время прибытия полицейских на вызов, алгоритм работы, обеспечение спецсредствами, регистрация вызова, работа дежурной части, документация, комната хранения оружия и так далее. Здесь мелочей не бывает.

В 7 утра мне докладывают о результатах, а в 8 утра уже руководитель отдела объясняет, почему он допустил те или иные нарушения и какие меры принял для устранения недостатков.

Каждый отдел знает, что проверить могут в любой момент. Идеальных не бывает, потому что не ошибается тот, кто не работает. Важно, насколько серьезны нарушения. Если в отделе лампочка на входе не горела — наверное, за это увольнять не нужно. Но пожурить стоит.

За 2017 год не один десяток руководителей были наказаны по результатам проверок. Вопрос им задавался один: ставили ли вы себя на место гражданина, когда он пришел к вам со своей бедой?

— В Алтайском крае стабильно снижается число преступлений. А вот по уровню уверенности в защите от них, по данным МВД, наш регион оказался в группе с наиболее низкими показателями. Как вы объясните этот парадокс?

— Мы постоянно мониторим ситуацию, проводим анкетирования на встречах с населением. По результатам наших опросов уровень доверия полиции доходит до 70%. А в это люди вкладывали и свое ощущение безопасности, и желание полицейских помочь.

За прошлый год в крае на 10% снизился уровень преступности, в том числе по тяжким и особо тяжким составам. Это приличная цифра. Все заявления о фактах правонарушений у нас зарегистрированы. И если криминогенная обстановка улучшилась, население априори должно чувствовать себя комфортнее.

ГУ МВД по Алтайскому краю заняло первое место в России по результатам работы за 2016 в своей группе. Это была комплексная оценка, которая включала в себя и мнение населения. Но мы всегда прислушиваемся к любой критике, ищем ее и призываем граждан постоянно обозначать проблемы. Потому что критика помогает устранять недостатки. Если прятаться от замечаний — результатов не будет. И на проблему с доверием мы будем больше обращать внимание.

— В 2017 году мы писали о целом ряде крупных коррупционных дел против сотрудников МВД. Кто или что виновато в том, что полицейские берут взятки? Как вы боретесь с коррупцией в своих рядах?

— Мы все живем в социуме. То, что присуще обычному гражданину, может быть присуще и работнику правоохранительной системы. Поэтому, к сожалению, и в органах внутренних дел, и в других мы сталкиваемся с такими фактам. Но полиция — самая крупная правоохранительная организация. И мы ведем прямой диалог с населением, не замалчивая подобные факты. Лучше сказать самим, чем это потом появится в СМИ в искаженном виде.

У нас работает оперативно-разыскная часть собственной безопасности (ОРЧ СБ), мы взаимодействуем с коллегами из региональных ФСБ, СКР. Если сотрудник виноват, никого не защищаем. Принимаем меры, привлекаем к ответственности руководителей.

Скажу вам больше: такие факты еще будут. Ведь, если мы получили информацию о противоправной деятельности сотрудника, просто вызвать его и сразу уволить невозможно. Нужно провести необходимые проверки и принять законное решение.

Олег Торубаров, генерал-лейтенант полиции.
пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

На круги своя

— Прошло полтора года с ликвидации ФСКН. Многие опасались, что ликвидация наркоконтроля приведет к снижению числа наказанных торговцев, что полиция не будет так же старательно, как ФСКН, раскручивать всю цепочку. Как сейчас с этим обстоят дела?

— То, что произошло — закономерный результат развития обеих правоохранительных структур, которые много лет работали в тесном взаимодействии. Ведь изначально ФСКН вышла из МВД, а сейчас все вернулось на круги своя.

В период существования службы наркоконтроля органы внутренних дел занимались не только мелкими торговцами и потребителями. Полицейские регулярно возбуждали уголовные дела в отношении организованных групп на региональном и на межрегиональном уровнях, в суды уходили дела по фактам бандитизма и организации преступных сообществ.

Сейчас мы продолжаем пресекать различные наркотрафики и держим ситуацию под контролем. Мы стремимся угнетать сферу наркобизнеса до такой степени, чтобы минимизировать тяжкие последствия. И результат есть: количество смертей от наркотиков снижается.

— Как себя чувствуют бывшие сотрудники наркоконтроля, перешедшие в МВД? Что стало с теми, кому не нашлось места в полиции?

— На сегодня коллектив сложился. Все опасения сотрудников ФСКН развеялись почти сразу после того, как они были приняты. Требование одно — работать для того, чтобы предупреждать, пресекать, раскрывать преступления. Те, кто посчитал нужным избрать другой путь, сделали свой выбор.

— Что приобрело МВД с «вливанием» ФСКН?

— Из ФСКН к нам перешли в первую очередь квалифицированные сотрудники, каждый со своим опытом работы. А так же материально-техническая база: здания, мебель, автомобили. Все, что там было, влилось к нам. Все, что наработано ими, сейчас продолжает развиваться.

Интервью с главой алтайской полиции Олегом Торубаровым.
Андрей Кизилов, пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

Без текучки и «палочек»

— Алтайские полицейские хорошо зарабатывают? Зарплаты регулярно индексируются?

— Мы размер своего содержания не скрываем. В 2011 году, когда прошла реорганизация системы, лейтенанты зарабатывали 33 тысячи рублей. Сейчас полиции, как и всем бюджетникам, проиндексировали зарплату на 4%. Больше ничего не изменилось.

— В вашем ведомстве часть сотрудников не имеет погон. Они зарабатывают существенно меньше, чем их коллеги в форме. А обязательства выполняют те же?

— Нет. Они не выходят на улицы охранять порядок, не задерживают преступников, не ездят в командировки на Северный Кавказ и так далее. Их обязанности не связаны с риском для жизни. И трудятся они с 9 до 18, в пятницу до 17. У сотрудника полиции рабочий день ненормирован, при необходимости он должен нести службу круглосуточно. Полицейский не может придерживаться определенного режима работы, ведь преступления совершаются не по расписанию.

— Но ведь текучка кадров происходит в том числе из-за размера зарплат. Не обидно, когда обученный, готовый специалист покидает МВД из-за нехватки денег?

— У нас нет проблемы с текучкой кадров. Есть рабочий некомплект, порядка 5%. Кто-то уходит на пенсию, кто-то переводится в другой регион. Количество кандидатов гораздо больше, чем вакансий.

Из нашей профессии люди уходят не просто так, а тогда, когда нашли другую, более достойную, на их взгляд, работу. Я ношу форму 42 года, встречал много разных примеров. Знаю людей, которые приходили в органы с более высокооплачиваемой работы. Это настоящие фанаты своего дела. И думали они совсем не о деньгах.

Да, бывают ситуации, когда человек уходит из-за денежного вопроса. Но если дело только в этом, то надо ему сказать спасибо и отпустить с миром. Значит, он был не на своем месте, и в другом ему будет лучше.

— Что вы думаете по поводу так называемой палочной системы? У нее больше плюсов или минусов?

— Честно сказать, вопрос даже удивил. Все-таки палочная система давно ушла в прошлое. Критерии оценки деятельности полиции постоянно совершенствуются и насчитывают десятки параметров. Поэтому говорить нужно не о палочной системе, а о необходимости объективного прогнозирования и учета различных вызовов и угроз, которые могут повлиять на криминогенную обстановку.

Мы обязаны быть готовыми к изменению ситуации, грамотно планировать расстановку сил и средств. Но это не значит, что кто-то заставляет полицейских раскрывать несуществующие преступления для улучшения показателей. Это, во-первых, бессмысленно, ведь работы и так хватает, а во-вторых, грозит уголовным преследованием.

Олег Торубаров, генерал-лейтенант полиции.
пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

Профессия как образ жизни

— Как изменилась работа полицейского по сравнению с тем временем, когда вы были рядовым стражем порядка?

— Изменились условия работы, уровень образования новобранцев. Меняется сама жизнь, население и преступления — появляются новые виды и способы их совершения. Я уже не говорю об уровне материально-технического обеспечения. Но всех работников правоохранительной системы всегда объединяла любовь к профессии. Вот это не меняется, и меня это радует.

Полицейский — это образ жизни. Когда никакая другая профессия не нужна. Нельзя ни с чем сравнить то чувство удовлетворения, если хотите — счастья, когда раскрыл преступление, когда способствуешь тому, чтобы восторжествовала справедливость, и на тебя смотрят как на человека, который помог и защитил.

— Какой случай за период работы обычным полицейским вам запомнился больше всего?

— Когда работаешь, специально не запоминаешь. Но был один случай, который настиг меня спустя 20 с лишним лет. В 2008 году я случайно встретился с мужчиной лет 35. Познакомились, разговорились, и он вдруг спрашивает: «А вы меня помните?». Начинаю думать: то ли привлекать пришлось, то ли потерпевший. Оказалось, когда он был еще мальчишкой, а я служил в уголовном розыске на Колыме, довелось задержать его на краже велосипеда. Он на всю жизнь запомнил: «Вы меня поймали и так со мной поговорили, что я после той беседы даже спички ни у кого не взял». Было очень приятно.

— Как вам живется в Алтайском крае?

— Мне нравится, что здесь много хороших, неиспорченных людей. Нравится яркий, разнообразный пейзаж. Равнину не очень люблю, а в предгорьях бывать обожаю. Там я отдыхаю душой, вспоминаю молодость. А морозами меня не испугаешь. Я долгое время работал на Колыме, там температура доходила до -50.

Некоторые места здесь просто поражают воображение. Например, Малиновые озера. Курьинский район с его гранитными глыбами. Завьялово с его солеными озерами.

Самую большую щуку в жизни я поймал в Алтайском крае. Это была не рыба, а гигант — 14 кг! Сыну фотографию прислал, а он спрашивает: «Это парк юрского периода?».

Олег Торубаров, генерал-лейтенант полиции.
пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

О чем еще рассказал собеседник

О пьяных за рулем

— Когда я перевелся в Алтайский край, то обратил внимание на угрожающую статистику ДТП, которые совершают в состоянии алкогольного опьянения. Но ничего сверхъестественного от ГИБДД не требовал, спрашивал: «Сколько вы задерживаете пьяных за рулем в сутки?»

Если в районе нет пьяных пятый день и все водители дисциплинированные, это легко проверить: направляем сотрудников из других районов — перенимать «передовой опыт». Приезжает отдельная рота ДПС — два пьяных. Вопрос: почему? Деньги берут? Кум-сват-брат за рулем? Или просто ничем не занимаются? А если полицейский сел нетрезвым за руль — сразу же будет уволен. Неважно, в каком он звании и в каком подразделении работает. Человеческая жизнь не должна быть ценой чьей-то безответственности.

О телефоне доверия

— Очень хорошо помогает телефон доверия. Все, что касается нарушений в работе ОВД, сразу докладывают мне. Жалобы на сотрудников есть, но их не так много. За год около 9 000 сообщений, поступивших на номер 128, оформляются для проверки по различным поводам. Благодарностей тоже поступает немало. Этот телефон охватывает гораздо больший спектр проблем, чем должен. Но мы никого не ограничиваем, наоборот, призываем: звоните, чем больше вы звоните, тем больше будет порядка.

Интервью с главой алтайской полиции Олегом Торубаровым.
Андрей Кизилов, пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

Блиц-опрос

— Любимый фильм/сериал про полицейских?

— «Место встречи изменить нельзя». Я даже сына Глебом назвал.

— Жеглов или Шарапов?

— Каждый хорош по-своему.

— Любимый книжный жанр?

— Детективы. Я и профессию выбрал потому, что книг начитался. Но в последние годы практически не читаю — совсем нет времени. Успеваю просматривать только СМИ.

— Форма или «гражданка»?

— Пять дней в неделю форма, два дня — «гражданка». Конечно, удобнее в обычной одежде. Но форма дисциплинирует.

— Любимое место в Барнауле?

— Ленина, 74. Я здесь каждый день. И вид с Горы, когда спускаешься вниз.

Досье

Олег Торубаров, генерал-лейтенант полиции.
пресс-служба ГУ МВД по Алтайскому краю

Олег Иванович Торубаров родился 30 октября 1958 года в городе Котовске Одесской области в семье военнослужащего. В органах внутренних дел с 1976 года. В 1980 году после окончания Омской высшей школы МВД начал службу в должности инспектора профилактики отдела уголовного розыска. За его плечами 27 лет службы в условиях Крайнего Севера, девять служебных командировок на Северный Кавказ, 11 лет работы в УБОП, из них пять лет в должности руководителя. Кандидат юридических наук, почетный сотрудник МВД России.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Рассказать новость