Барнаул
Читайте нас в соцсетях
Гид по развлечениям Барнаула
Новости

"Белорусский партизан". Павел Шеремет рассказал о себе и своей работе

Известный журналист Павел Шеремет утверждает, что Лукашенко - нелегитимный президент, и предостерегает Путина от союза с ним.

Тележурналист Павел Шеремет стал широко известен после того, как в 1997 году, работая корреспондентом ОРТ в Белоруссии, был посажен в тюрьму за то, что якобы незаконно пересек белорусско-литовскую границу. Сегодня Павел Шеремет, принимавший участие в работе Всероссийского конкурса регионального телевидения, проходившего в конце ноября в конференц-зале ИД "Алтапресс", гость "СК".

Российский лидер не станет мировым изгоем

- Вас сейчас пускают в Белоруссию?

- Да, я бываю там каждый месяц. В прошлом году, когда там проходил референдум, бывал значительно чаще. Сейчас опять возобновились эти разговоры о союзе, о встрече Путина и Лукашенко, на которой они обсудят окончательный вариант конституционного акта. Я вообще считаю, что союз России и Белоруссии - это грандиозный миф, грандиозный тотальный обман, грандиозная афера, причем белорусская афера. Прикрываясь разговорами о дружбе, о союзе, Лукашенко защищает свою власть, получает финансовую и военную помощь, обманывает российских предпринимателей. А все россияне развесили уши и закрыли глаза на то, что мы не имеем никаких своих интересов в Белоруссии, наши граждане и инвестиции там не защищаются.

Многие надеются, что через союз можно решить проблему 2008 года, то есть третьего срока Путина. Это тоже обман, потому что для всего мира Лукашенко - нелегитимный президент. Объединение с нелегитимным президентом автоматически означает, что само это объединение в мире будет поставлено под сомнение, а президент Путин тоже будет записан в разряд нелегитимных руководителей.

- Не преследуют вас на родине, когда вы туда приезжаете?

- Честно говоря, я не оглядываюсь. Год назад был второй конфликтный случай, когда меня снова арестовали, обвинили в хулиганстве, что я избил двух курсантов милиции, переодетых в гражданское. Но тогда оперативное вмешательство российского МИДа и массовая поддержка со стороны коллег спасли меня от репрессий - я провел в тюрьме всего несколько часов.

Они наверняка следят, предпринимают какие-то меры… Я написал книжку "Случайный президент" про Лукашенко. В Витебске было конфисковано девять тысяч экземпляров. Они хотели возбудить уголовное дело, но потом от этой идеи отказались.

Многие товарищи, друзья и знакомые боятся со мной в Минске общаться, потому что они думают, что по отношению к ним будут какие-то репрессии. Поэтому со многими в Минске я стараюсь не встречаться, чтобы не подставлять этих людей. Но сам я не оглядываюсь, потому что если оглядываться, то просто сойдешь с ума. И я верю в то, что с тем, кто не боится ничего, с тем ничего и не происходит.

- Как вы думаете, в России возможен такой режим, как сейчас в Белоруссии?

- Многое из того, что происходит в России, как под копирку переписано с белорусской действительности. Другой вопрос, возможен ли такой режим при президенте Путине. Я думаю, что при президенте Путине это невозможно. У Путина есть синдром Горбачева. Он в принципе человек достаточно мягкий, демократичный. Для него важно мнение о нем на Западе. Ему очень важно дружить с мировыми лидерами: чтобы Буш был его другом, чтобы Шредер приезжал к нему на день рождения… Путин любит хорошую жизнь, комфортную жизнь, он понимает в этой жизни что-то. И он не захочет стать мировым изгоем.

Экономическая, политическая, социальная ситуация в России нестабильна, и любая диктатура только ускорит развал страны. Поэтому при президенте Путине, я думаю, нам не следует ждать какой-то диктатуры. Но я не исключаю, что это может произойти, если к власти придут другие люди - из окружения президента или Лужков, например. Если придет к власти Лужков, это стопудово будет белорусский вариант. Если Рогозин - это будут стопроцентно черносотенные разборки.

Доренко всегда стебается

- Вы читали роман Сергея Доренко "2008"?

- Листал, но не читал. Я к этому отношусь так: ну, стебается Сергей. Он всегда стебается, Доренко. У него такой стиль. У него была не аналитическая программа, а программа наезда и стеба. Я не отношусь к этому серьезно. Ну, есть такое, нормально. Я не верю во все эти предсказания про разные революции в ближайшие полгода-год в России. Березовский еще два года назад говорил, что через три месяца, или через пол года, или осенью Путина уже не будет, все сметем. Я думаю, что многие прогнозы о том, что "все сметем", не сбудутся. Никаких социальных потрясений в стране не будет: пока нефть такая дорогая и деньги есть, все социальные дыры будут закрываться.

Единственная проблема президента - если, не дай Бог, повторится еще один Беслан или "Норд-Ост". Вот с этой стороны можно ждать каких-то потрясений для существующей системы власти.

- Вы сейчас общаетесь с Доренко?

- Раз в пол года где-нибудь случайно встречаемся: привет-привет. Мы достаточно холодно с ним, не при очень красивых обстоятельствах расстались. Ему вообще, Сергею, никто не нужен. Он сам себе царь.

- А как вы с ним расстались-то?

- Доренко очень сильно любил Березовский, и Доренко очень ревновал к тому, что я вел аналитическую программу "Время" и забрал его хлеб. И он всячески пытался меня из эфира выдавить, жаловался Борису Абрамовичу, ходил надувал щеки, какие-то резкие слова говорил. Тогда все находились в небольшом психозе.

В 2000 году за неделю до президентских выборов я написал заявление, попросил освободить меня от ведения аналитической программы "Время" и найти мне другую работу. Я устал от этого, даже вспоминать не хочу - я за те годы покаялся, потом и кровью отчистил пятна с репутации. И вот создали отдел спецпроектов, который постепенно перерос в дирекцию документального кино. И я сейчас делаю документальные фильмы на Первом канале и спецрепортажи. Недавно написал книгу "Питерские тайны Владимира Яковлева" про бывшего питерского губернатора, нынешнего министра коммунального хозяйства, о том, что происходило в Санкт-Петербурге в 90-х годах, в команде Собчака, в команде Яковлева, как рождался брэнд "Петербург - криминальная столица". С группой журналистов, которые работали в Белоруссии и сейчас разбросаны по миру, мы создали сайт "Белорусский партизан". Поскольку в Белоруссии уже практически не осталось независимых газет, поле зачистили полностью, мы создали этот сайт.

Телевизионные пешки и кони

- Кого из коллег по цеху вы считает своими учителями, на кого равняетесь?

- Безусловный авторитет - это Познер. Очень стильный, очень выдержанный. В свое время я очень многому научился у Доренко - приемам, техническим каким-то штучкам… Как себя вести, как делать репортаж. Он, конечно, профи высокого класса. По стилистике, по каким-то неожиданным поворотам у Парфенова много взял. По ведению программы, по манере держаться - я внимательно наблюдал за Киселевым. Я очень внимательно слежу за своими коллегами, конкурентами, стараюсь не пропустить ни одной новинки, премьеры серьезной. Это позволяет мне самому тоже двигаться вперед.

- А с кем из коллег общаетесь?

- Сейчас, слава Богу, прошла информационная война между каналами, и мы опять все вместе. Мы были там пешками. Просто многие решили, что они короли и игроки, а на самом деле и с самого начала все были пешками и инструментами, включая самых известных и самых больших грантов. Киселев был пешкой при том, что он был гендиректор. Эрнст был пешкой. Доренко был пешкой. Я был пешкой. Ну, может быть, Доренко был конь.

А сейчас все восстановилось, и мы опять друзья-товарищи с энтэвэшниками. Мы встречаемся иногда, выпиваем кофе, говорим… Но все равно осадок остался, как мы долбили друг друга.

- Но все равно, вы не находите, что то телевидение было ярче и интереснее?

- Я не рассматриваю телевидение как отдельный, сам по себе существующий мир. Телевидение - это зеркало. Я вообще стараюсь не преувеличивать ни собственную значимость, ни собственный вес. Мы - свидетели, мы - проводники, мы - зеркало. Мы - посланцы и засланцы, главное, чтобы мы не были засранцами при этом. Посмотрите, какая политика стала. А что, политика не изменилась? Посмотрите на Государственную Думу - болото и серость. Женщины с бабеттами какими-то на голове сидят, мужики с серыми лицами в серых костюмах. Вот какой стала политика, таким стало и телевидение. Какая жизнь, так мы о ней и рассказываем.

- А у вас есть надежда, что жизнь станет более яркой?

- Я надеюсь, что революционного безумия в ближайшие несколько лет в России не будет. Но также надеюсь, что восстановятся нормальные, демократические механизмы регулирования общества, что все-таки монополия "Единства" будет нарушена, появятся какие-то более-менее яркие новые политики, выйдут из комы уже известные нам люди. Общество не может бесконечно долго находиться в состоянии желе, такого студня, мутного бульона серого цвета.

Справка "СК"

Павел Шеремет родился в 1971 г. в Минске. Окончил факультет международных экономических отношений Белорусского экономического университета. В 1994-1995 гг. был автором и ведущим еженедельной аналитической программы "Проспект" на Белорусском ТВ. В 1996 г. работал главным редактором "Белорусской деловой газеты". С июня 1997 г. - руководитель Белорусского бюро ОРТ; шеф-редактор отдела корреспондентской сети ОРТ; заместитель директора дирекции информационных программ ОРТ. В 1997 был приговорен к двум годам лишения свободы условно и к году испытательного срока за то, что якобы незаконно пересек белорусско-литовскую границу. В общей сложности провел в тюрьме три месяца. В 1998 г. получил премию Международного комитета защиты журналистов за вклад в развитие свободы слова. С июля 1999 по март 2000 г. был ведущим аналитической программы "Время". В настоящее время - руководитель отдела спецпроектов Первого канала.

Женат (жена - программист, системный администратор крупной московской компании), воспитывает сына и дочь.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии