Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

Гений в провинции. Что делал Федор Достоевский в Барнауле

В старой части Барнаула большинство улиц носят имена классиков отечественной литературы — Пушкина, Толстого, Гоголя, Чехова, Некрасова, Горького и других. Но ни одна значимая для города улица не названа в честь еще одного представителя этой блестящей когорты — Достоевского. В этом не было бы ничего странного или несправедливого, если бы не одно обстоятельство: из всей великой писательской братии XIX века в Барнауле был только Федор Михайлович, притом не единожды.

Пр.Ленина. На скамейке - портфель и трость фотографа.
Пр.Ленина. На скамейке - портфель и трость фотографа.
Репродукция Михаила Хаустова

Как известно, Федор Михайлович попал в Сибирь не по своей воле: в конце декабря 1849 года он был приговорен к расстрелу. Но когда он стоял буквально «под ружьем», ему объявили новый приговор — каторга в Сибири с последующей службой в качестве солдата.

Олег Ковалев,
кандидат филологических наук, автор нескольких научных трудов по творчеству Достоевского:

После отбывания четырехлетнего срока на каторге в Омском остроге Достоевского отправили в Семипалатинск простым солдатом в седьмой линейный батальон. Именно в Семипалатинске писатель обретет новые знакомства, без которых его визиты в Барнаул едва ли бы состоялись.

А таких знакомств было как минимум три. Первое — с прокурором Александром Врангелем, из переписки с которым мы и узнаем о пребывании писателя в Барнауле. Второе — с Марией Дмитриевной Исаевой. Она была замужем за учителем гимназии Александром Исаевым, горьким пьяницей. После его смерти Мария стала первой супругой Достоевского. И еще одна важная встреча — с Петром Петровичем Семеновым (впоследствии более известным как Семенов Тянь-Шанский). С последним Достоевский был знаком еще до каторги, но в Семипалатинске их знакомство закрепилось. Именно в доме Тянь-Шанского, жившего в то время в Барнауле, и будет останавливаться прославленный писатель.

«Вскоре Мария Дмитриевна Исаева окажется в Кузнецке (ныне — Новокузнецк), и Федор Михайлович совершит три поездки к ней в этот город. А так как Барнаул располагается на пути из Семипалатинска, он неизменно останавливался здесь, — продолжает Олег Ковалев. — Интересно, что о Барнауле Достоевский писал еще до того, как побывал в нем. В то время у нашего города была репутация небольшого, но интеллигентного городка. Именно тогда Петр Семенов Тянь-Шанский дал Барнаулу высокую оценку, назвав его „Сибирскими Афинами“».

Понимая, что в Сибири ему придется пробыть достаточно долго, Достоевский неоднократно высказывает желание поселиться в Барнауле. Свидетельства об этом сохранились в письме писателя к Врангелю от 13 апреля 1856 года: «Если будет возможность говорить и хлопотать о переводе моем в статскую службу именно в Барнаул, то, ради бога, не оставляйте без внимания».

Три похода к возлюбленной

Впервые Достоевский побывал в Барнауле в июне 1856 года. В звании унтер-офицера он приехал сюда в командировку по служебному делу, но вскоре отбыл без ведома начальства в Кузнецк. Об этом посещении нашего города ничего не известно, кроме самого факта. «У меня был вид до Барнаула, а в Кузнецк — рискнул, но был», — пишет Достоевский Врангелю 14 июля 1856 года.

Вторая поездка состоялась в ноябре 1856 года, и известна она по переписке с тем же Врангелем. В письме от 21 февраля 1856 года Федор Михайлович пишет: «Скажу только одно: я ездил в Барнаул и в Кузнецк с Демчинским и Семеновым… О барнаульских я не пишу Вам. Я с ними со многими познакомился; хлопотливый город, и сколько в нем сплетен и доморощенных Талейранов! (Шарль Морис де Талейран — французский политик и дипломат, чье имя стало нарицательным и используется для обозначения хитрости, ловкости и беспринципности. — Прим. ред.) В Барнауле я пробыл сутки и отправился один в Кузнецк. Там пробыл пять дней и, воротившись, пробыл еще сутки в Барнауле. Обедал у Гернгросса и был у него до вечера. Он обошелся со мной превосходно. За столом я сделал маленькую неловкость: сын их, мальчик лет восьми, мне очень понравился; он ужасно похож на мать. Я это сказал. Она возразила, что нет сходства. Я начал подробно разбирать это сходство. Представьте же себе: этого мальчика, как я после узнал, они считают в семействе чуть не уродом!» Именно этот отзыв позволил одному из исследователей творчества Достоевского утверждать, что в образе города Мордасова из повести «Дядюшкин сон» отразились впечатления о Барнауле.

Третья поездка в Кузнецк была самой важной для Достоевского. Заняв денег, он отправился туда, чтобы венчаться с Ма­рией Исаевой. На свадьбу нужны подарки — их он приобрел в Барнауле. Для этого останавливался на несколько дней у Семенова Тянь-Шанского. Знаменитый географ позже вспоминал: «В январе 1857 года я был обрадован приездом ко мне Ф. М. Достоевского. Списавшись заранее с той, которая решилась соединить навсегда свою судьбу с его судьбой, он ехал в Кузнецк с тем, чтобы устроить там свою свадьбу до наступления Великого поста. <…> По несколько часов в день мы проводили в интересных разговорах и чтении главы за главой его в то время еще неоконченных „Записок из мертвого дома“, дополняемых устными рассказами».

«На обратном пути Федор Михайлович вынужден был задержаться в Барнауле. Здесь у него случился сильный припадок. Барнаульский врач осмотрел писателя и поставил диагноз — эпилепсия», — рассказывает Олег Ковалев. Эта болезнь будет мучить Достоевского до скончания его дней.

Сибирская ссылка для автора романов «Идиот» и «Преступление и наказание» продлилась до середины 1859 года. Писатель покинул Семипалатинск 2 июля и отправился с женою и приемным сыном в Тверь, а еще через год он вернулся в Петербург и больше Сибирь не посещал.

С Марией Исаевой брак писателя не заладился: супруги жили сами по себе. Мария Дмитриевна умерла в 1864 году от чахотки. Еще до ее смерти у Достоевского завязались отношения со студенткой-феминисткой Апполинарией Сусловой. Выйти замуж она отказалась. И лишь третий роман был счастливым: ставшая в 1867 году женой литератора Анна Сниткова до конца его лет была одним из главных смыслов жизни Федора Михайловича.

Из книги Анри Труайя «Федор Достоевский»

«Мария Дмитриевна Исаева — молодая женщина лет тридцати, сухощавая блондинка с мелкими чертами лица и твердой линией рта. Ее организм уже подточен чахоткой. При малейшем волнении ее щеки заливал нездоровый румянец, а в глазах появлялся лихорадочный блеск. Она была натурой нервной, болезненно экзальтированной».

«Исаева в восторге от знакомства с человеком из общества: с ним можно поговорить о литературе, приемах, о политике, ему можно рассказать об успехе ее танца с шалью.

Она по-дружески отнеслась к солдату Достоевскому, горячо сочувствовала его горестям, даже искренне к нему привязалась, но при этом, как считает Врангель, ничуть не была в него влюб­лена.

„Она знала, — пишет он в своих воспоминаниях, — что у него падучая болезнь, что у него нужда в средствах крайняя, да и человек он „без будущности“, говорила она“».

«Достоевский, напротив, совершенно покорен Марией Дмитриевной. Впервые в жизни женщина слушала его с нежным участием, слегка окрашенным чувственностью. Впервые женщина так чутко откликалась на его признания. <…> Жалость и сердечность Марии Дмитриевны Достоевский принял за рождающуюся ответную любовь».

«У мадам Исаевой был восьмилетний сын Павел, или просто Паша, — черноволосый, непоседливый, как маленькая обезьянка, проказник. Достоевский согласился давать ему уроки, что было лишним предлогом для встреч с его матерью».

«Мало-помалу Мария Дмитриевна заражается пылом своего вздыхателя, невзирая на его красный воротник. Ей льстит его безграничное и робкое обожание, к ней как будто вернулось юношеское волнение, с которым она переступала порог бальной залы. Ее сжигает лихорадочное нетерпение. Двое любовников изнемогают в ожидании, упиваются своим благородством, своим необыкновенным, мучительным и молчаливым романом, на благополучный исход которого нет надежды».

«И вот 6 февраля 1857 года в русской православной церкви Кузнецка прапорщик Достоевский венчается с Марией Дмитриевной Исаевой.

Тотчас после церковного обряда молодожены уезжают в Семипалатинск, где Достоевский должен продолжать службу.

Но нервное напряжение, владевшее им в последние дни, было чрезмерным. Резкие переходы от надежды к отчаянию, предсвадебные хлопоты и суматоха исчерпали силы писателя. Во время остановки в Барнауле с ним случается страшный припадок эпилепсии. И Мария Дмитриевна, новобрачная, наблюдает за этой чудовищной деградацией.

<…>

Как ей любить это странное существо, которое вдруг утрачивает все человеческое? Первый брак приковал ее к пьянице, который возвращался к ней нетвердой походкой, встрепанный, взмокший, от которого разило вином, который тайком блевал; второй брак связал ее с больным, который катается по полу, воет, давится пеной, точно бешеный. И на этот раз ее медовый месяц оборачивается безобразным фарсом. И на этот раз ее хрупкие мечты разбиваются о жуткие гримасы реальности.

Чета проведет четыре дня в Барнауле, у одного доброго друга. Достоевский уничтожен своим новым несчастьем. Сам того не ведая, он обманул жену. Полагая, что вырвет ее из жалкого прозябания, он вверг ее в существование еще более жалкое; он убил всякую надежду на возможность любви между ними, однако отныне им суждено жить вместе, быть рядом, терпеть друг друга, лгать, изворачиваться, изображая притворную привязанность.

Мария Дмитриевна слишком горда и никому не признается, что совершила ошибку. Она пишет сестре:

„Я не только любима и балуема своим умным, добрым и влюбленным в меня мужем, — даже уважаема и его родными“».

Цифра

Улица Достоевского в Барнауле все-таки есть. Она находится в частном секторе неподалеку от устья реки Пивоварки, близ парка «Юбилейный». На ней расположены около 60 домов

Смотрите также

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Комментарии
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Расскажи новость