Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

Сокровища Березовой Луки

Прошедшее лето оказалось очень удачным для археологов Алтайского госуниверситета — об их находках заговорили не только в Барнауле, но и по всей России. Погребения младенцев, обнаруженных в Алейском районе, многие интернет-сайты называют исторической сенсацией. Подробности читателям «Купи-продай» рассказывает кандидат исторических наук, доцент АГУ Алексей Тишкин.

На территории Алтая пытались сделать идеального человека

— Алексей Алексеевич, сейчас много говорят о поселении Березовая Лука и сделанных там находках. В чем их особенность? - Памятник, получивший название Березовая Лука — уникальный объект эпохи ранней бронзы (конец III- начало IV тысячелетия до н.э.) начал исследоваться несколько лет назад. Работы на нем будут продолжаться еще не один год. За последние два-три полевых сезона мы получили такое количество информации, что полностью переработать ее и достойно оценить можно будет только через несколько лет. Это бывшее поселение на берегу реки Алей сейчас находится на глубине более 2,5 метров (обычно так глубоко могут располагаться только очень древние памятники). Все, что там находится, покрыто отложениями реки — наносы как бы законсервировали время и сохранили многие вещи практически в идеальном состоянии. Особенно это касается костяных изделий. К тому же весь слой находок относится к одной и той же культуре, что позволяет делать точные выводы о конкретной исторической эпохе. - Особенно заинтересовали всех обнаруженные в Березовой Луке погребения младенцев…

— У жилищ были найдены захоронения младенцев, причем все они лежали в скорченном положении на боку, головами на северо-восток. Удивительно, но очень хрупкие кости сохранились настолько хорошо, что ученые получили возможность впервые в мире выделить ДНК из костей новорожденных столь древнего захоронения. Оказалось, большинство младенцев — новорожденные девочки. По поводу этих захоронений имеется несколько предположений. Возможно, это своеобразная регуляция общества, когда племя отсеивало «лишних» детей. Может быть, это жертвы какого-нибудь обряда. Вполне вероятно также, что дети погибали в результате попыток выработать человека, хорошо адаптированного к жизни в сложных условиях. Ведь идея Гитлера об «улучшенной породе людей» отнюдь не нова — хорошо известны примеры из жизни спартанцев.

Такими материалами прежде не обладал никто — специалисты института молекулярной биологии РАН настолько заинтересовались находками, что предложили сделать все исследования за свой счет, мы оплатили только химикаты.

— Что такая находка дает археологам? - Мы уже узнали очень многое. Ведь там отлично сохранились как орудия труда (к примеру, мы располагаем серией костяных наконечников стрел, которых больше нет нигде в мире), так и различные жилые сооружения. В них мы обнаружили устройства для обогрева и для вентиляции, получили много данных о скотоводстве и бронзоволитейном производстве. Теперь можно будет твердо говорить об имевших место традициях — например, в изготовлении керамики или о том, как было устроено общество этих людей. Березовая Лука — очень важный исторический объект не только для Алтая, поэтому были подготовлены соответствующие документы о присвоении ему статуса памятника федерального значения — и, скорее всего, этот статус поселению присвоят.

Что археологам дороже золота? - Вы рассказываете сейчас о наконечниках стрел, о костях младенцев — а в народе бытует мнение, что археологи ищут золото. - Мы с этим мнением, конечно, знакомы, и проблем у нас от него немало. Археологи ищут не золото и даже не вещи — они занимаются поиском информации. Лично для меня самая значимая находка этого года, которая обрадовала больше всего, — хорошо сохранившаяся простая деревянная основа седла. Это первое такое седло, которое найдено на Алтае и относящееся к эпохе «великого переселения народов» (III-V вв).

А вообще все вещи, найденные нами, передаются в музей, а исследователи затем работают уже с информацией, которую дают находки о своем времени. - Неужели мнение людей, не представляющих специфики вашей работы, может вызвать проблемы? - Может, и еще какие. Ведь сейчас люди, насмотревшись боевиков и приключенческих фильмов, по простоте своей иногда думают, что ограбив археологов, можно обогатиться. Наша работа предполагает умение наводить контакты с местным населением, разрешать конфликты. Но это еще не худшее — иногда ведь по ночам на экспедицию нападают с оружием! В таких случаях приходится просто сворачивать экспедиции или обращаться в милицию. - Да уж, как в черном анекдоте: «Убил геолога — спички есть…» А что же власти, разве не помогают? - Отношения с властями — другая сторона проблемы. Они целей нашей работы тоже зачастую не понимают, порой даже препятствуют проведению исследований. А ведь у нас уникальный по своему положению край, где сохранилось очень много памятников самых разных эпох. Но при этом мы не всегда можем вести исследования там, где необходимо. В Горном Алтае археологам запретили раскопки, и за пять лет в ходе хозяйственных работ было уничтожено значительное число памятников. Только от Усть-Семы до Куюса пострадало более двухсот археологических объектов. - Опасная у вас профессия! В одних местах нельзя копать, в других — можно, но стреляют… Ради чего все эти трудности? - Главная наша задача — написать историю так, чтобы она была доступна и понятна жителям нашего края. Мы живем на богатой, исторически интересной земле, но русское население здесь считается не коренным и потому не воспитываются чувства, что это земля наших предков. Но ведь история многонациональной России — это наша общая история. Недавно у нас отмечали 272-летие Барнаула, но там, где стоит наш город, люди жили много сотен лет и даже тысячелетий. Это очень удобное место для поселения. Немногие знают, что в самом Барнауле — более 60 археологических памятников, где находили каменные орудия IV тысячелетия до нашей эры, и даже пресловутое золото (в погребении, расположенном на территории улицы Депутатской). Все они находятся на грани исчезновения. Увы, возможности работать с этими памятниками — а значит, писать историю на их основе — у нас нет.

Удача — награда за смелость

— От такого отношения к своему делу недолго и в людях разочароваться. - Как раз об этом археологу и думать нельзя. Одной из главных черт нашей профессии я считаю человеколюбие. Каждый исследователь должен понимать, что человеческая жизнь важней всего. Понятно, что находки — это определенный риск и азарт, но важнее вовремя вытащить человека из воды, чем получить лишний фрагмент керамики. Прежде всего мы нашим студентам внушаем такой принцип: «Ученым можешь ты не быть, а человеком быть обязан»… - Есть ли у археологов какие-нибудь особенные приметы или суеверия? - Последнее время примета такая появилась: если через дорогу, по которой мы идем на работу, переползла змея, то это к удаче. Но предубеждений у нас нет. Я однажды в экспедиции очищал от земли глазницы черепа — девушка-студентка увидела это и упала в обморок. Я с детства мертвецов боюсь, но то, что я делаю в экспедиции — для меня работа, и плохих ассоциаций не возникает, скелеты не снятся. - А что еще важно, чтобы стать хорошим археологом? - Главное — это высокая профессиональная подготовка и коммуникабельность. А кроме того — удача. Первый объект, который я исследовал, будучи студентом-практикантом, выглядел очень невзрачно — но я там обнаружил полный набор вооружения всадника скифской эпохи. Конечно, такое даст веру в успех. Собственные находки радуют и студентов-первокурсников, проходящих у нас обязательную летнюю практику. - Бывало, значит, что молодежь загоралась этой профессией после выезда на полевой сезон? - Да, такое и обратное случается постоянно, но мы к этому относимся спокойно. После летней практики многие студенты хотят специализироваться в археологи, но как только начинается настоящая работа — интерес пропадает. Это сравнимо с грибниками: искать-то грибы любят многие, а вот обрабатывать их — единицы. Археологам приходится делать очень многое — землю копать, фотографировать, рисовать, пробы отбирать, нужны универсальные и многоплановые знания. Экспедиции у нас начинаются в мае и кончаются в октябре, при любой погоде живем в палатках, без городских удобств. - Как же вы переносите-то?.. - Нормально переносим. Для этого необходимо находиться в хорошей физической форме. Тяжелее всего, пожалуй, добровольное лишение себя отдыха в виде безделья и отсутствие фруктов. Настоящих археологов, которые способны к полевым изысканиям, а в оставшееся время заниматься научной работой и добиваться определенных результатов, совсем немного. В России Открытый лист Института археологии РАН (право на проведение археологических исследований) получают меньше тысячи человек, и более десятка из них работают в нашем университете. Потенциал у нас отличный, и мы думаем дать еще много материалов нашим историкам. - Удачи вам!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Рассказать новость