Читайте нас в соцсетях
  • Наш канал в дзене

Алтайский министр образования рассказал о зарплатах учителей, кого не надо ломать через колено и где в школе стоит прялка

Учебный год 2018−2019 был первым для Максима Костенко в качестве министра образования и науки Алтайского края выдался непростым: кадровые проблемы в самом министерстве, скандалы с травлей школьников, недостойные зарплаты учителей. Он говорит, что сейчас проводит инвентаризацию всех ресурсов и «концентрируется» для серьезных изменений на ближайшие пять лет. Отрасль, по словам министра, берет «разгон для прыжка».

Максим Костенко, министр образования и науки Алтайского края.
Максим Костенко, министр образования и науки Алтайского края.
Анна Зайкова.

Зарплатная реформа

— Как принимали новую схему начисления зарплат учителей и каков ее механизм? Есть подозрения, что тем, кто получал мало, зарплату увеличат, а тем, кто много, — урежут.

— Зарплата учителя раньше складывалась из 12 показателей. При этом был минимальный гарантированный оклад (он в крае один из самых небольших — в районе 3000 рублей), а остальное — стимулирующие части, которые учитель может получить, а может и не получить.

А еще могло быть так: вроде человек и заработал, но муниципалитет или директор школы говорит: у нас фонда оплаты не хватает. В итоге человек все равно получает недостаточно.

Видели ли вы зарплатные «фишки» учителей? Они вот такие, размером с полстола. И там вообще не понятно, что на что влияет.

Задачей рабочей группы было минимизировать количество факторов, влияющих на зарплату, и увеличить гарантированную, окладную, ее часть.

Мы проанализировали состояние дел в школах (у них разные подходы к начислению зарплаты) и привели все в соответствие с трудовым законодательством. Предложили всего три фактора, которые могут влиять на зарплату: оклад, стимулирующая и компенсационная части.

Выделили основные группы с точки зрения размера зарплаты, увидели, что, например, 20% педагогов в крае получают около 15 тысяч рублей, что многие районы попадают в «красную» зону, потому что неэффективно расходуют фонд оплаты труда — не выплачивают стимулирующую часть.

Максим Костенко, министр образования и науки Алтайского края.
Анна Зайкова.

— А потом выяснилось, что денег не хватает…

— Да. Стали смотреть, достаточно ли средств, чтобы перейти на новую систему, с учетом того, что запланирован рост зарплаты уже в 2019 году на 11%. И поняли, что не сможем. Мы составили модели для школ с разной наполняемостью. Оказалось, что зарплата действительно начнет расти у тех, кто получал немного, а у высокооплачиваемых педагогов — наоборот. Вот такой эффект, который как раз и обсуждают в СМИ и соцсетях.

И мы тогда обратились к губернатору, сказали, что без повышения фонда оплаты труда в целом невозможно изменить систему начислений. Ну, никак. Не сходится. И он принял беспрецедентное решение увеличить фонд уже в этом году. В мае-июне соответствующие поправки в закон о бюджете должны принять на сессии АКЗС.

С нового учебного года внедряем новую систему. Но на этом точку не ставим. Повышения зарплаты будут и дальше, потому что нам надо выйти из низов рейтинга по Сибири, чтобы не отдавать наших лучших учителей в соседние регионы, они нам самим нужны.

Земский учитель

— На селе не хватает учителей. Как обеспечивают кадры сейчас и достаточно ли существующих форм поддержки?

— Мы все ждем программу «Земский учитель», президент ее обозначил в своем послании Федеральному собранию в 2019 году, с 1 января 2020 года она должна вступить в силу. Детали ее нам не известны. Мы знаем только, что в отличие от «Земского доктора», программа не будет привязана к возрасту, в ней смогут участвовать все. Например, молодой педагог поработал после вуза пять лет в городе, но открылась вакансия директора школы в селе, и он может поехать.

Пока не знаю, как программа будет «обходить» один из главных рисков «Земского доктора», когда молодой врач приезжает и сразу в декрет, а потом во второй, вот и срок работы закончился.

Те меры, которые сейчас есть, — «подъемные» (тут большой разброс — от 10 тыс. в Барнауле до 100 тыс. в Павловском районе), процентные надбавки к зарплате для молодых педагогов в первые годы, социальный наем жилья — недостаточные. Мы это видим по дефициту кадров. Не хватает учителей начальных классов и иностранных языков, с химией вообще беда.

В среднем от 300 до 500 человек недостает по краю к началу учебного года. В одном Краснощековском районе порядка 20 вакансий.

В сельской школе.
altapress.ru

— Кроме «Земского учителя» что еще поможет решить проблему?

— На протяжении последних лет по каким-то предметным направлениям у нас ни один вуз специалистов не готовит, а по другим есть избыток. Например, учителей физкультуры значительно больше, чем надо. Наша задача — совместно с вузами сбалансировать подготовку кадров.

Вот, например, педагогический вуз в Барнауле почему-то не готовит учителей химии и биологии. Зато в Бийске в гуманитарном вузе открыли магистерскую программу по этим предметам, Бийск оказался в этом смысле более гибким. В этом году будет первый выпуск магистров, надеемся на них.

Большое значение имеет сельская инфраструктура. Вот я приехал в село, получил подъемные, работу и жилье. А куда мне вечером сходить? За всеми развлечениями и большими покупками нужно все равно ехать в город. Так не лучше ли остаться в городе.

Есть еще одна тема: с 2014 года закрылось много небольших бизнесов; учителя, которые в свое время ушли туда, теперь стали возвращаться в школы. Это тоже потенциал.

Мы сейчас начнем ревизию по кадровому вопросу, чтобы спрогнозировать будущий учебный год.

Новая школа на ул. Сиреневая, 16 в Барнауле.
Barnaul.org.

Не ломать через колено

— Какова позиция министерства по поводу «оптимизации» малокомплектных школ? Мы никуда не денемся от урбанизации, люди уезжают из сел.

— Когда возникает вопрос оптимизации, главное — коммуникации, договоренности власти и сельчан. С людьми нужно говорить и убеждать их в целесообразности преобразований. Согласие всех на закрытие школы или образование филиала обязательно. Не надо людей через колено ломать.

У нас есть село Поперечное в Каменском районе, где несколько лет назад школу сделали филиалом. И до сих пор мои коллеги там страдают от того, что их лишили самостоятельного статуса. Они прям болеют. Я вот сейчас говорю, у меня аж мурашки по коже. Педколлектив выкладывался по полной, там высокие результаты, авторские педагогические методики, учителя ведут потрясающую, масштабную краеведческую работу. И вот так с ними поступили. Они понимают всю эту «экономическую эффективность», на баррикады не пойдут, но обидно же до слез. Все потому что не поговорили в свое время с людьми, не объяснили, не выслушали.

Очень аккуратно надо к этому относиться. Губернатор как-то сказал, что мы уже достаточно наоптимизировали. Экономических выгод пока не видно, так что никаких резких движений не произойдет. Мы понимаем, что иногда школа — это «градообразующее предприятие» для села.

Школа в селе Боровиха
Мария Стрыгина

Физика и химия

— У нас проводится конкурс «Учитель года», но наши педагоги редко выходят на федеральный уровень. Остались ли в крае гении среди учителей?

— Часто гениальность никак не связана с конкурсными движениями. Просто у человека солнце внутри, и ему не нужны никакие внешние доказательства.

У нас есть губернаторский клуб учителей-новаторов, который действует не первый год. Туда входят фактически ученые, которые на практике создали свою авторскую методику, с которой ребенок начинает достигать наивысших результатов.

У нас есть знаменитая Раиса Андреевна Коркина, учитель химии в 22-й школе. Все призеры олимпиад по химии — ее ученики. Это наисложнейший предмет. Ей уже 80 лет, а энергии как в 16. Все звезды химического факультета МГУ считают за счастье участвовать в каких-то ее проектах. Она воспитала множество докторов химнаук, которые успешно работают за границей.

Николай Бедарев, учитель физики в 129-м лицее, биолог и директор 42-й гимназии Генриетта Татарникова — эти имена у всех на слуху. В Бийском лицее-интернате целый коллектив во главе с Ниной Полежаевой — авторы удивительных методик. У них все дети с высшим уровнем знаний, там просто иначе невозможно.

Когда наши школьники побеждают в олимпиадах, появляются едкие комментарии в соцсетях типа «поздравляем будущих граждан Евросоюза». Да, мировая научная общественность не проходит мимо талантливых ребят.

Сейчас есть вектор на развитие естественных и инженерных наук, то есть как раз химии, физики, биологии, математики. Это касается и дополнительного образования.

— Но сейчас в дополнительном образовании преобладает гуманитарное направление. Как планируете изменить ситуацию?

— В основном допобразование направлено на развитие творческих способностей. Плюс иностранные языки. Все это, безусловно, важно, но поддерживать технические направления надо обязательно. Это такие «длинные» вложения, но через 10−15 лет обязательно случится прорыв в научно-техническом прогрессе.

В этом году мы будем открывать мобильный парк «Кванториум», который поедет по районам, чтобы привлекать сельских ребят к техническому и естественно-научному творчеству.

Также в этом году начинаем проект по персонифицированному финансированию допобразования. То есть мы создадим реестр образовательных программ, которые будут получать дополнительное финансирование за счет сертификата.

Можно зарегистрироваться онлайн и по месту жительства или по интересам выбирать программы, которые интересны ребенку, в разных учреждениях — государственных, муниципальных, частных. Бюджет будет платить за обучение ребенка именно этому учреждению. Это что-то вроде родового сертификата, такой именной ваучер (его размер пока неизвестен — прим. ред.). И на первом этапе мы будем стимулировать именно инженерное творчество.

Школа.
Анна Зайкова

Новые школы

— Каковы масштабы строительства новых учреждений образования?

— Только в этом году мы сдаем сразу 10 детских садов. Это беспрецедентно. У нас практически нет очереди в сад ребят от 3 до 7 лет. Есть проблема с тем, насколько эти сады близко к дому. Или с тем, что старший ребенок ходит в один сад, а подросшего второго малыша приходится водить в другой.

Есть проблемы с малышами. Очередность у нас формируется как раз в возрасте от полутора до 3 лет. В крае около 5 тысяч таких семей, которые бы хотели в раннем возрасте отдать ребенка. К 2025 году эту проблему планируем решить, только в этом году введем 2000 мест для малышей.

Что касается школ, в этом году открываем одну школу в Барнауле и три в селах. В следующем — пять объектов: один в Барнауле, остальные в районах. Будет большая ремонтная кампания, многие учреждения придется строить практически заново. Например, в поселке Заводском Троицкого района или в Камне-на-Оби.

Задача — до 2025 года полностью уйти от двухсменного обучения. Это в большей степени касается, конечно, городов. Например, 135-я школа на 550 мест начала работать в начале года в Индустриальном районе Барнаула, в новостройках. Так вот вторая смена там сформировалась буквально через два дня. Мы понимаем, что это растущий район, с семьями с материнским капиталом, вторым и третьим ребенком. Так что сегодня обсуждается вопрос строительства (скорее всего, не ранее 2021 года) именно больших школ — на 1000 человек и более.

Детский сад.
altairegion22.ru

— Новые школы строятся принципиально другими, с новейшим оборудованием, со спортивными секциями и бассейнами. Это требование времени?

— Инфраструктура школ — требование и времени, и министерства просвещения. Есть стандарты оборудования каждого ученического места в каждой школе. Оно стоит 178 тыс. рублей на одного ребенка.

Что касается секций, любые формы дополнительного образования мотивируют ребенка учиться в школе. И наша задача — максимально интегрировать дополнительное и основное образование. Результаты обучения это, безусловно, повысит.

— А можно оценить влияние такой среды? В новых школах учатся сплошь отличники с идеальным поведением?

— Недавно был в командировке, не буду называть район, село довольно крупное. Зашел на урок технологии. Мы же сейчас говорим, что «Технология» — это не «Труды», табуретки, борщи и фартуки в прошлое! Робототехника, программирование! Так вот, в кабинете технологии прялка стоит.

Там парты как в музее Шукшина, а в одном из кабинетов есть плакат с цитатами Ленина, написанными тушью. Цифровая школа? Не, не слышали.

А, между тем, образовательные результаты высокие. Школе помогает местный фермер. Молодые люди приезжают работать из соседней республики — отличный педагогический коллектив, вакансий нет. Это тот случай, когда среда не меняется, но кадры решают все.

В Барнауле открыли новую школу.
Олег Богданов

«Я не такой!»

— Барнаул недавно прогремел на всю страну историей об увольнении Татьяны Кувшинниковой — «учительницы в купальнике». Что нужно сделать, чтобы таких поводов для новостей не было?

— Тема сохранения личной информации актуальна не только для учителей. Но есть профессии повышенного социального внимания. И человек, приходя в такую профессию, должен для себя определить, до какой степени он готов открывать свою частную жизнь.

Ты — учитель, врач, журналист, полицейский — человек, за деятельностью которого следят все, должен понимать риски. Любая информация в сети открыта и ее можно вырвать из контекста, не говоря уже о фотографиях. Когда про тебя анонимно пишут небылицу, ты ничего с этим сделать не можешь. Не наклеишь ведь на себя табличку: «Я не такой!». Все, что ты сделаешь дальше, пытаясь оправдаться, будет выглядеть глупо.

— Что уже сделано, чтобы таких проблем не возникало?

— В Институте повышения квалификации создана рабочая группа — Лаборатория цифровой педагогики — в которую вошла и Татьяна Кувшинникова. Для директоров, классных руководителей, учителей-предметников будет разработан учебный модуль, который включат систему повышения квалификации. Это курс информационной безопасности. Даже шире, я бы сказал, медиаграмотности: как чувствовать себя в интернете защищенным. Чтобы учителя могли потом и родителям, и детям об этом рассказать.

Умение вести себя в интернете — это жизненная компетенция. Как встать под душ утром и почистить зубы. Некая цифровая гигиена должна быть.

Видеокамеры в школе.
Анна Зайкова

Ценностный конфликт

— Есть мнение, что эта ситуация показала, насколько школа сегодня консервативна и не способна откликаться на новые реалии.

— Школа — вообще консервативный институт. С одной стороны, это плюс: здесь хранят традиции, догмы, нормы, которые переходят из поколения в поколение. Но это и минус.

Например, в ситуации с буллингом мы поняли, что школа не может быстро перестроиться под изменения в поведении родителей и детей, в том числе в соцсетях.

Сегодня мы видим острое напряжение и между родителями и учителями. Оно связано, на мой взгляд, с тем, что сейчас своих детей в школу ведут люди, которые воспитывались в 1990-х, когда рухнула вообще вся система ценностей, правил и принципов, которая регулировала общественное поведение. На отрицании прежних норм не родилось ничего нового. В головах полное смешение, что хорошо и что плохо. Этот ценностный конфликт между родителями и учителями неизбежен.

Например, многие мамы и папы считают, что образование — это сервис. Вот обслуживайте меня. Как в ресторане. И когда у нас было такое, что родители в школе нападали на чужих детей или на учителей? Сегодня в России полно таких примеров.

То есть, с одной стороны, есть школа, которая должна вести к светлому будущему, с другой стороны — родители с разным качеством жизни и ценностями. И между ними дети. Все эти стороны должны как-то договориться. Это история не быстрая, но это наша задача.

Вчерашние школьники — завтрашние студенты.
Михаил Хаустов

— Учителя в этой схеме — наиболее уязвимый участник?

— Учителя — люди с повышенными требованиями к себе и к обществу, люди рефлексирующие. И к тому же очень разные: если зрелые педагоги, есть совсем молодые. Должны ли они все ходить в строгих костюмах и с «шишкой» на голове? Большинство конфликтов возникают из-за недостатка коммуникаций — простого человеческого общения.

Окно возможностей

— Многие сотрудники министерства оставили свои должности после вашего прихода. Чем они вас не устроили?

— Спросим себя честно, довольны ли мы системой образования в регионе? Есть, что поменять, правда? Люди в этой системе проработали 10 лет и больше. В одной и той же парадигме, так скажем. Это как медведь в клетке, вот у него есть пространство — два шага вперед, два назад. И так многие годы. Сформировался некий стереотип. Убрали клетку, нет преград, но он продолжает ходить в этих, уже воображаемых рамках.

Люди часто стараются все решить как быстрее, как проще и с максимальной выгодой для себя. Так они устроены. И при этом не видят других путей решения задач, не работают на перспективу.

На госслужбе люди выгорают очень быстро, и стереотипность мышления становится еще сильнее.

Я на самой первой встрече откровенно сказал, что даю полгода всем — три месяца наблюдаю, три — предлагаю изменения, потом начинаю принимать решения. Но если человек раз за разом показывает свою несостоятельность и пассивность, это не наш человек. Руководить можно только тем, что движется.

1 сентября 2011 г. Барнаул.
Олег Богданов

— И какой должна быть команда, чтобы соответствовать вашим требованиям как министра?

— У нас сейчас открыто окно уникальных возможностей, и команда, которая формируется, не может себе позволить их упустить, нельзя сейчас идти по пути наименьшего сопротивления. Это должна быть прорывная команда. Без кадровых изменений придти к планируемому результату невозможно.

Абсолютное владение всеми актуальными нормативными актами системы образования и кристальная честность в плане «не путать свой карман с государственным» — важные требования. Придется искоренить «цеховость» — это мое, это не мое, с этим буду работать, с этим не буду. Это вообще странная ситуация — в небольшом коллективе делить какие-то зоны ответственности и доглядывать, кто как недоработал. Есть, конечно, сегменты работы у каждого, но мы все в одной лодке, и не надо в ней в разные стороны грести.

Еще важны умение взаимодействовать с людьми, способность к эмпатии. Учителям никогда не было легко, а сейчас особенно. Мы должны их поддерживать и вдохновлять, помочь им чувствовать себя в профессии достойно, а не увольнять за купальники.

Специальный вопрос

— Почему вас назначили министром, как вы считаете?

— Я этого не хотел и не делал к этому никаких шагов. Когда состоялся разговор с губернатором Виктором Томенко, я, конечно, мог отказаться. Но это было бы каким-то малодушием. Вот эта диванно-экспертная позиция типа «вы работайте, а я посмотрю и скажу, что не правильно» — она не по мне совсем. Так что я принял назначение как вызов для себя. У меня есть силы, люди меня поддерживают, так зачем же в окопе отлеживаться.

Максим Костенко, министр образования и науки Алтайского края.
Анна Зайкова.

О чем еще рассказал Максим Костенко

О буллинге

— Психологическая защита — такая же часть безопасности школ, как ограждение по периметру или видеонаблюдение. В конце прошлого года утвердили трехлетнюю программу работы с учителями, родителями и детьми по созданию школьной среды, защищенной от физического и психологического насилия. Наверное, искоренить это нельзя, но можно научиться выявлять симптомы, которые могут привести к беде, и вовремя реагировать.

Об отрасли

— Образование — это объективно самая проблемная сфера. Проблемы в ней складывались годами: зарплата, инфраструктура, качество жизни учителей. И это ресурсоемкая отрасль. Качественная школьная среда постоянно требует вливаний. Только построили новую школу, а требования уже меняются, и хочется новых высот. Да вот смарт-доски только завели в школах, а это уже уходит в прошлое. Ни в одной отрасли нет такой нагрузки как у нас.

Об улыбке учителя

— Учителя — это такие зеркальные нейроны. Маленький ребенок улыбается, потому что улыбается мама. Это физиологическое явление, которое проявляется и в более позднем возрасте. Для учителя важно позитивное настроение. Если он заходит в класс с улыбкой, радостно всем вокруг.

Что известно о Максиме Костенко

Максим Костенко родился 23 мая 1975 года. Окончил социологический факультет АлтГУ, кандидат социологических наук, государственный советник Алтайского края 1 класса, автор около 100 научных работ, в том числе на иностранном языке и более 30 учебно-методических пособий.

Работал учителем гимназии № 74, психологом краевого педагогического лицея-интерната.

Был директором Краевого кризисного центра для мужчин, замначальника краевого управления соцзащиты, директором по развитию Национального фонда защиты детей от жестокого обращения (Москва). В министерство образования края пришел с поста ректора краевого института повышения квалификации работников образования.

Женат, воспитывает двух сыновей.

Цифры

В крае работают 700 общеобразовательных школ (с филиалами — более 1100)

24 млрд 973 млн рублей составят расходы краевого бюджета на образование в 2019 году

82% школ в Алтайском крае — сельские.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Расскажи новость