Жизнь

Бессмысленный и беспощадный. Почему 100 лет назад алтайские крестьяне пошли войной друг на друга

Весной 1921 года большевики подавили самое крупное в советской истории крестьянское восстание, произошедшее в Западной Сибири. Но к тому времени крестьянская война продолжалась на сибирских просторах уже третий год, и тысячи сельских жителей, ушедших в партизаны, поначалу поддержали именно красных. Обе главы этой истории написаны слезами и кровью — участники этих битв словно преступили грань, за которой можно все.

Борис Кустодиев. "Большевик".
Борис Кустодиев. "Большевик".
en.wikipedia.org/wiki/Marxist–Leninist_atheism

Хорошие красные и плохие белые

На вопрос, на чьей стороне были алтайские крестьяне 100 лет назад, советские историки давали однозначный ответ: на стороне красных, конечно.

Вот партизанский командир Ефим Мамонтов — при советской власти его именем назвали райцентр в Алтайском крае. Вот Игнатий Громов, вожак каменских лесных братьев. Он — первый почетный гражданин Новосибирска.

Как и многие другие полевые командиры той эпохи, они долгие годы считались героями. Как же просто было у советских пропагандистов!

Красные и их сторонники — хорошие. Белые и их прихвостни — плохие. Между тем, тысячи сибиряков только сначала боролись за красных. А потом они восстали против них.

Памятная табличка Игнатию Громову на доме в Новосибирске, в котором он жил.
www.wikiwand.com

«Жену псаломщика изрубили на куски»

Алтайские крестьяне начали уходить в партизаны в середине 1918 года — никто их, к слову, туда не гнал, движение было добровольным.

В тайге, в горах, на берегах рек они строили землянки, сооружали шалаши. Там и базировались их отряды — сначала небольшие, по 20−40 бойцов или немногим больше.

Потом про красных партизан будут слагать песни и писать героические повести. А вот газеты тех лет (конечно, не большевистские) именовали их красными шайками.

Осенью 1919 года «Алтайский вестник» приводит жуткий рассказ очевидца резни в Каменском уезде — ее учинили люди, именовавшие себя красными партизанами.

Красные партизаны во время отдыха, Забайкалье. 1918—1920 гг.
rg.ru

«У священника села Корниловского щеки от рта были прорезаны до ушей, отрезаны половые органы, и после этого его лишь умертвили. Жена псаломщика была изнасилована всей бандой, были отрезаны груди, затем всю ее изрубили на куски…

В селе Ярки красные не пощадили сельского учителя, гимназиста-оспопрививателя и секретаря волостной управы. Все они были убиты зверским образом», — пишет автор этой заметки в № 161 «Алтайского вестника» за 1919 год.

Историк Алексей Тепляков считает: руководил ими Игнатий Громов. Тот самый — почетный гражданин.

Сибирские партизаны.
svyatoslavka.ru

Расстреливали, не считаясь с возрастом

В следующем номере «Алтайского вестника» — статья о бесчинствах красных партизан в селе Павловском. К статье приложен рапорт объездчика с описанием убийства отца лесничего — старика 80 лет.

«Дали бы вы мне шашку, я бы показал, как рубят безвинных стариков», — сказал старик перед смертью.

Борцы за светлое будущее, ставшие партизанами, «расстреливали, не считаясь с возрастом и полом, пусть бы родился в этот же день, один черт — уничтожали», — цитирует воспоминания Игнатия Громова новосибирский историк.

Авторы «Иркипедии» сообщают: отряд Ефима Мамонтова убивал милицию и лесных охранников, грабил и истязал мирных торговцев и зажиточных крестьян. Своих же земляков, сумевших встать на ноги за счет упорного труда.

Плакаты Белой армии против большевиков.
ucrazy.ru

Революция в кровавых перчатках

О зверствах отряда алтайского партизана Григория Рогова, который вместе с Мамонтовым освобождал от белогвардейцев Барнаул в декабре 1919 года, пишут много.

Пощады к тем, кого роговцы считали врагами, они не знали. А к врагам относили — ну, например, дружинников самоохраны и попов. Священников жестоко казнили — нередко топили, за что партизаны называли их водолазами. Смерть, убийство стали в те годы не просто обыденностью — предметом шутки.

Соответственно, и церкви перестали быть святыми местами — из них изымали ценности. Из поповских бархатных риз получались прекрасные партизанские штаны, вспоминал роговский командир Максим Белокобыльский. Согласитесь, это немного шокирует.

Плакаты Белой армии против большевиков.
ucrazy.ru

В октябре 1919-го в селе Дмитро-Титово (ныне — территория Заринского района) роговцы привязали к повозке местного священника Василия Закурдаева — так сказать, вдохновителя дружинников самоохраны.

Привязали, потому что сам Закурдаев идти не мог — отстегали плетьми. Его долго волочили, а потом добили штыками и выстрелами и отрубили голову — это у партизан называлось «снять челпан».

Впрочем, историк Евгений Платунов утверждает: раньше с благословения отца Василия дружинники зверски избили и застрелили 70-летнего отца партизана.

Не беремся судить, кто был виноватее или кто пролил больше крови.

Февральская революция 1917 года.
СС0

В безумие погружались постепенно

Между тем, люди, ушедшие в партизаны, изначально не были закоренелыми преступниками (хотя были и исключения). И, наверное, не случись эта великая смута, продолжали бы жить мирным трудом.

Да, до революции Россия отнюдь не была спокойным местом — бунты случались часто, в том числе — с кровопролитием. И все же в целом порядок сохранялся.

Все изменилось после вступления страны в войну в 1914 году — страна погружалась в разруху, напряжение в обществе нарастало, ненависть распространялась, как ядовитый газ.

Очередь за хлебом, сентябрь 1917 год
МАММ / МДФ

Очереди и дефицит. Похоронки и беженцы. Карточки и слухи (один страшнее другого) — все эти спутники военной экономики выматывали обывателя до крайности.

«Сахарный голод в уезде», — констатирует «Жизнь Алтая» уже в начале 1916 года. Естественно, ищут виновных в дефиците, ищут припрятанные продукты, проводят обыски в лавках.

Первая мировая война. Последний снаряд. Расчет на позиции. Отступление из Галиции. 1915 год.
statearchiv.ru

«Царя нет — все дозволено»

В феврале 1917-го царь отрекся от престола. Народ ликовал, дворяне понадевали красные банты, а гражданские активисты уверовали в «чудо мгновенного политического преображения».

Но Временное правительство действовало так, что хаос только нарастал. Оно упразднило полицию и объявило акт амнистии всем заключенным. Со своей стороны алтайские крестьяне двинулись добывать своими руками то, чего так не хватало при царе.

«В лесничествах полный беспорядок, крестьяне самовольно захватывают казенные земли и леса», — сообщает сводка управления Алтайского округа от 1 июля 1917 года.

Семья императора Николая II. 1907 год.
statearchiv.ru

«Пуд хлеба равнялся подкове»

Хуже того, новоявленные правители затевают демократизацию армии. Многие солдаты — в основном запасные и ополченцы — поняли это так: хочу воюю — хочу домой еду.

И на места хлынули дезертиры, многие с оружием. Их ловят, судят — но их слишком много. Они грабят поезда, отнимая продукты у своих же товарищей, оставшихся на фронте, пишет «Жизнь Алтая».

В деревне, куда они возвращаются, обстановка тоже наэлектризована. Правительство обязало крестьянина сдавать для армии уже все излишки зерна. Это не было реквизицией — за зерно платили. Но сколько?

«Пуд хлеба равнялся одной подкове», — с горечью писал современник.

Октябрьская революция
CC0

«Свободные граждане грабят и жгут»

Чтобы не сдавать зерно за бесценок, крестьяне пускают его на самогон. Домашнее производство спиртного приобретает поистине промышленные масштабы.

«В селе Вяткинском вино курят почти поголовно все жители. Винокурами в подавляющем большинстве являются женщины», — пишет «Жизнь Алтая» в октябре 1917 года.

Да мало того — все же еще и пьют. «Пьют женщины, девицы и даже дети… Милиция и волостные комитеты бездействуют», — пишет в «Жизни Алтая» публицист Михаил Курский про алтайскую деревню.

1 мая 1917 года. Митинг на Соборной площади (пл. Свободы). Последний день до пожара.
Facebook Елены Огневой.

Оружие, самогон и безвластие — огнеопасное сочетание. «Какая-то эпидемия самосудов», — буднично и даже как будто с юмором описывает «Жизнь Алтая» в 1917 году, как сельчане избивают чуть не до смерти мелких хулиганов и воришек.

О том, что настроения у населения погромные, издание пишет почти в каждом номере.

«Грабят и жгут свободные граждане одни других, разнесены хутора своих же крестьян», — подводит итоги свободы, которую дала революция, некто Ф.Н. («Жизнь Алтая», 8 октября 1917 года).

Чехословацкие военные в Барнауле. 15 июня 1919 г. Из личной коллекции Ю.И. Гончарова.
www.archiv.ab.ru

Голод, безработица, тиф

На фоне разрухи и раздрая в конце 1917 года большевики взяли власть. Но в Сибири их свергли уже в мае 1918-го при участии чехословацкого корпуса, сформированного из пленных чеков и словаков.

В европейской части страны разворачивались битвы между регулярными белыми войсками и регулярными же красными. Последних поддерживали «зеленые», третья сила из крестьян.

В Сибири же новая администрация провозгласила сильную Россию и правопорядок. Ее вскоре возглавил обосновавшийся в Омске адмирал Александр Колчак, объявивший себя Верховным правителем страны.

Командующий Черноморским флотом вице-адмирал А.В. Колчак, 1916 год
СС0

Жизнь как будто налаживалась — появились исчезнувшие при большевиках товары. Первую очередь водопровода в Барнауле сдали как раз в это время.

Но в финансах по-прежнему хаос. На рынке ходят боны, керенки, чеки, купоны, облигации, сибирские рубли — и, конечно, фальшивки.

Безработица зашкаливает, в городах толпы голодных беженцев, больницы переполнены тифозными больными. Где же порядок? В 1918 году сибирские крестьяне подались в тайгу и горы и, как вскоре стало ясно, они за красных.

Плакаты Белой армии против большевиков.
ucrazy.ru

«Заставлю вас подчиниться»

Массовым это движение стало после того, как новая власть объявила мобилизацию сельских пареньков — ей, чтобы удержаться, нужны были регулярные войска.

Но деревня, уже потерявшая на фронтах кормильцев и, к тому же, наполненная дезертирами и демобилизованными, воевать не желала. Со своей стороны большевики-подпольщики призывали не давать новобранцев.

Взорвали ситуацию несколько случаев — в том числе инцидент в Черном Доле (село Архангельское, что около Славгорода).

Одна из воевавших сторон времен Гражданской войны.
livinghistory.ru

Чернодольцы, как и большинство крестьян, саботировали мобилизацию. В сентябре 1918 года в село на автомобиле заявился начальник славгородского гарнизона Киржаев с несколькими офицерами.

«Снять шапки! Встать, сукины дети! Я заставлю вас пулеметом подчиниться законным распоряжениям»! — якобы орал он.

Прокатилось красное колесо

По одной из версий, вечером офицеры, будучи в крепком подпитии, выстрелили в толпу. Так это или нет — неизвестно. Но то, что какие-то действия Киржаева, человека не умного, спровоцировали восстание, видимо, правда.

Александр Колчак (сидит) с британскими офицерами.
livinghistory.ru

Киржаев и его люди арестовали нескольких зачинщиков протеста. А молодежь соседних сел объединилась и пришла в Славгород. Толпа зарубила топорами 82 офицеров и 10 солдат, ограбила почтовую контору и выпустила заключенных.

Колчаковцы жестоко подавили восстание, Черный Дол сожгли. И весть об этом разнеслась по Сибири.

Белая власть вместо порядка получила две войны. Одну с большевиками, которые уже формировали регулярную армию с участием бывших царских генералов и офицеров. Другую — с крестьянами-партизанами.

И по широкой сибирской колее покатилось то самое красное колесо, о котором писал Александр Солженицын.

Агитационные плакаты большевиков времен Гражданской войны.
antiqueauction.ru

«Оставим голыми всех буржуев»

Колчака сибирские крестьяне не приняли и по другим причинам. Его администрация «в первых же строках» запретила рубку казенного леса, объявила о взыскании налогов и недоимки и начала сбор «дани» — шинелей, белья, лошадей, продуктов.

Воспринималось это, полагаем, как чистая несправедливость. Деревня и так наизнанку вывернулась, чтобы обеспечить и армию, и город — сколько еще можно отдавать?

Со своей стороны, большевики, ушедшие в подполье, умело использовали все промахи этой власти. Ну, например, пообещали вообще избавить людей от налогов (что, как показала история, было чистым враньем). Они распространяли прокламации, пугали зверствами белых — и реальными, и выдуманными.

«Пропаганда большевиков широкой волной разливалась в нашем тылу, проявляясь в огне повстанческого движения, охватившего огромные районы», — писал полковник Александр Камбалин, командир 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка.

Плакаты Белой армии против большевиков.
ucrazy.ru

Масло в огонь партизанского движения подливали бесчинства и грабежи союзников белых (чехов и поляков) и карательных отрядов, посланных обезвредить «красные шайки», добавляет полковник.

«Сколько правительство восстановило людей против себя отбиранием шинелей. А много ли отобрали? — возмущался крестьянин Енисейской губернии в письме Временному Сибирскому правительству. — Каких-нибудь 5−10%. А 90% носят и хвастают, что не нужно поддаваться буржуям, они всех голыми оставят».

Беда колчаковской администрации

Воевать в леса ушли, конечно же, не все сельские жители. В некоторых местностях — 10% населения, полагает историк Шишкин. Вроде немного. Но только представьте, что в вашей многоэтажке из 600 соседей 60 взяли ружья и пошли громить учреждения — выходить из квартиры уже не захочется. В общем, можно понять, что чувствовали люди, жившие здесь 100 лет назад.

Как воевали в Барнауле либералы и патриоты до революции

А к концу 1918 года на Алтае действовало четыре крупных партизанских очага. В Барнаульском уезде орудовал отряд Григория Рогова, выходца из села Жуланиха, что в Заринском районе.

В Славгородском совершал набеги Ефим Мамонтов со товарищи. В Каменском — Игнатий Громов (он позже вступил в отряд Мамонтова). В предгорьях партизанами командовал Иван Третьяк.

Со временем отряды росли, дисциплина в них укреплялась. К середине 1919 года у партизан Западной Сибири было уже около 10 тыс. бойцов, в конце — 35 тыс. (при населении региона — 14−15 млн).

Лидерами нередко становились опытные фронтовики — как, например, Рогов и Мамонтов, георгиевские кавалеры. Их отряды стали настоящей бедой колчаковской администрации.

Сибирские партизаны.
smolbattle.ru

Неуловимые мстители

Вот как, например, действовали роговцы осенью 1919 года в районе Барнаула. Они избивали заготовителей, пытавшихся накормить Барнаул, отбирали у них продукты, разрушали мосты, перекрывали железную дорогу.

На партизан насылали регулярные войска. Их разгоняли. Но они хорошо знали местность, рассредоточивались, возвращались в деревню… А потом снова собирались в отряды.

Воевать с сетевой организацией партизан, которых часто не отличить было от мирных крестьян, колчаковские отряды не умели. А может, и не хотели.

«Правительственные войска до того действуют вяло, что становится обидным. Но зато они энергично порют и даже обирают мирных жителей и лишь плодят большевиков… А когда налетит шайка, — убила, разграбила, — а от правительства нет никого» — жаловался в Омск алтайский крестьянин (цитату приводит «Сибирская заимка«).

Сибирские партизаны.
svyatoslavka.ru

«Нужно полное разрушение всего»

Правда, многие отряды не были однозначными сторонниками красных — они, скорее, «дружили против» Колчака. Партизанские вожаки, в основном, были анархистами — они даже водили свои отряды в бой под черным анархистским знаменем с черепом и костями.

«Нам, крестьянам, не нужна никакая власть, нам необходимо народное право!» — утверждал один из популярнейших сибирских партизанских атаманов Петр Лубков.

Сибирские партизаны. В центре кузбасский Робин Гуд — атаман Петр Лубков.
svyatoslavka.ru

«Сейчас нужна анархия — полное разрушение всего», — говорил другой батька Иван Новоселов, воевавший вместе с Роговым.

И они разрушали — подрывали мосты, пускали под откос поезда, рубили головы сторонникам белой власти и грабили банки, почтовые конторы, торговцев и зажиточных сограждан, тем самым обеспечивая себе существование.

Вооружились до зубов

Чем дольше шла эта война всех против всех, тем больше переходило на сторону партизан милиционеров и даже солдат.

Примеры у них были: к концу гражданской войны в Красной армии служили около 75 тыс. бывших царских генералов и офицеров, приводит данные госархив РФ.

Партизанские командиры и конная разведка после взятия Рубцовки. В центре — Я.К. Шумихин-Шумский и М.К. Назаров. 1919 г.
www.archiv.ab.ru

«Около 8 тыс. колчаковских солдат добровольно перешли на сторону партизан в конце ноября 1919 года на территории Степного Алтая», — рассказывает историк Владимир Шишкин.

К осени 1919 года в Сибири партизаны вооружились «до зубов» и отвлекали на себя до 20% колчаковских войск и вооруженных сил интервентов — они стали силой, с которой считались все.

Продолжение можно прочитать здесь.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость