Жизнь

Дело со «шпионской» подоплекой. Как журналисты двух стран искали на Алтае секреты врача-разведчицы

Судьба родившейся в Царстве Польском Елены Поляк, майора медицинской службы Красной армии, невероятным образом связана с Алтаем. Здесь она проработала с июля 1941 по июнь 1943 года окулистом и заведующей Сорокинской районной амбулаторией. Отсюда ушла на фронт. Не исключено, что между двумя мировыми войнами жизнь скромного медработника была посвящена работе в разведке. Подробности истории со «шпионской» подоплекой — в материале altapress.ru.

Майор медицинской службы Елена Иосифовна Поляк
Майор медицинской службы Елена Иосифовна Поляк
Предоставлено Altapress.ru.

Документальная и человеческая память о Елене Иосифовне на Алтае утрачена: в списках призванных Сорокинским РВК она не значится, архив больницы в 1979 году сгорел. Заринский военкомат и Заринская городская центральная больница (правопреемник Сорокинской районной больницы) на запросы ответили: «нет, не значится».

Однако благодаря совместным усилиям журналистов двух стран — Эстонии и России — удалось узнать много интересного о жизни врача-разведчицы.

Дело Елены Поляк

Участники поиска:

Михаил Петров, журналист (Эстония).

Тамара Дмитриенко, корреспондент altapress.ru.

Что известно о Поляк

Официально: женщина-военврач, прошедшая две мировые войны, сохранившая зрение тысячам раненых солдат и офицеров. Похоронена в 1972 году на воинском кладбище в Таллине.

Предположение исследователей: разведчица.

Эстония, Таллин.
СС0

Завязывается любопытная история

После выхода на военную пенсию по выслуге лет в 1954 году Елена Иосифовна Поляк ютилась в тесной однокомнатной квартирке в Таллине на первом этаже дома № 9 на улице Паэ. В этом же городе проживал и юный Михаил Петров. Милая старушка, за которой ухаживали его родители, была интересной собеседницей.

Михаил Петров,
журналист:

Иногда мы болтали о всяких разностях и никогда о войне. Должен признаться, что я в то время учился в школе и война меня мало интересовала. Военные штучки — да, а вой­на — нет.

После смерти Елены Поляк к родителям Михаила попали ее награды. Никаких документов не осталось: ни ветеранского удостоверения, ни паспорта, ни справки о смерти, ни даже фотографий. Не было вообще ничего личного, кроме нескольких деревянных вещиц — шкатулки и пары резных пепельниц.

Наградной лист.
Предоставлено Altapress.ru.

Михаил Петров,
журналист:

Сейчас я не могу вспомнить, что именно курила старушка, скорее всего, папиросы, но не уверен.

Могила Елены Поляк. Воинское кладбище, Таллинн.
Предоставлено Altapress.ru.

Когда кто-то разбил на ее могиле плиту, Михаил заказал новую, с более точной надписью, сверенной по наградному листу с ресурса «Подвиг народа». Журналист указал на плите место рождения Поляк — город Лодзь (Царство Польское), место службы — эвакогоспиталь 4921 и воинское звание — майор медицинской службы. Эти данные он добыл в различных военных и гражданских инстанциях. Можно было бы успокоиться, но…

Начинается кое-что интересное

Через какое-то время Михаилу пришли документы из Тарту (с 1893 по 1918 год назывался г. Юрьев) — копия дела слушательницы частных курсов медицинского факультета Юрьевского университета Поляк Елены Хаим-Иоселевны. Дело начато 30 сентября 1913 и окончено 13 марта 1916 года.

В прошении Поляк о зачислении на курсы указано, что к нему прилагается несколько документов, в деле отсутствующих:

• аттестат женской семиклассной гимназии;

• аттестат дополнительной мужской гимназии;

• свидетельство о благонадежности просительницы и кондуитный список ее отца (в такой список могли быть занесены какие-то проступки);

• документ, удостоверяющий право жительства в Юрьеве на время учебы и вплоть до замужества;

• две фотографии и квитанция об уплате 75 рублей за первый семестр обучения.

В справке на право проживания в Юрьеве указано, что Елена Иоселевна-Хаимовна (так в оригинале) — дочь провизора. Значит, медицина — дело семейное. Уже какой-то след.

Документы.
СС0.

Михаил Петров,
журналист:

Дальше пошла серия официальных обломов: не располагаем, не предоставляем, в наличии нет. Например, ресурс «Память народа» ответил, что информация закрыта для доступа по требованию Минобороны РФ, а документы в полном виде хранятся в Центральном архиве Министерства обороны (ЦАМО).

Место рождения Елены Иосифовны — Лодзь — навело Михаила на мысль о родственниках. Оказалось — их нет, в Польше Елену Поляк никто не разыскивает (тамошняя еврейская община ответила быстро и четко).

Попутно стали обнаруживаться странности и нестыковки: указанного в наградном листе Сороковского РВК в Алтайском крае никогда не существовало, место жительства до призыва вымарано, дата призыва в Красную армию и вовсе указана фантастическая в свете последующих событий — суббота 21 июня 1941 года!

Послужной список.
Предоставлено Altapress.ru.

Подключается корреспондент Altapress.ru

Но дальше Михаилу повезло: на один из его запросов откликнулась член рабочей группы Книги Памяти Алтайского края, корреспондент altapress.ru Тамара Дмитриенко, которая нашла и восстановила факты из судеб сотен фронтовиков. Она и объяснила «обломы» и «отлупы».

Тамара Дмитриенко,
корреспондент altapress.ru:

ЦАМО и Минобороны прикрываются законами о персональных данных и архивном деле. На своих электронных ресурсах даже по истечении срока хранения многих документов (75 лет) они закрывают не только военные тайны, но и, например, домашние адреса героев в наградных листах. Из-за этого невозможно без дополнительного обращения в архив узнать, ваш ли это родственник или его полный тезка удостоен награды, найденной на сайте. А когда люди обращаются в архив, получают уже настоящий отлуп с обратным отсылом на сайт.

Благодаря Тамаре Дмитриенко стало понятно, что это за мистический Сороковский районный военный комиссариат, которого не существует в Алтайском крае, но который значится в наградном листе Поляк. На самом деле речь идет о Сорокинском РВК (село Сорокино, сегодня это Заринск).

Всего пара букв создала путаницу, которая могла увести не по тому следу нашего коллегу из Эстонии. Остается только догадываться, нарочно или нет некая таинственная сила допустила эти досадные «опечатки».

Майор медицинской службы Елена Иосифовна Поляк
Предоставлено Altapress.ru.

Расследованию помогают денежные ведомости

Любопытно, что даже после разбора с «опечатками» история самой Елены Поляк не стала понятнее и проще.

Тамара Дмитриенко установила, что алфавитная книга призванных в Красную армию с 1938 по 1945 год велась в Сорокино исправно, утрат не имеет, но упоминания в ней Елены Поляк нет.

В отделе кадров Заринской центральной городской больницы сообщили, что не могут предоставить сведения, поскольку архивный фонд Сорокинской райбольницы сгорел в пожаре 1979 года. Привлечение к поиску Совета ветеранов Заринской ЦГБ, опрос старожилов, публикации в городской и районной газетах результатов тоже не дали.

Но Тамаре Дмитриенко удалось обнаружить в Заринском районном архиве фонд Сорокинского рай­здравотдела, в котором сохранились денежные ведомости с подписью Е. И. Поляк в получении заработной платы. А Михаил Петров сумел добыть через посольство России в Таллине, где провела последние годы жизни Поляк, ее послужной список, в котором Алтайский край четко присутствует.

Верхняя Силезия. Польские танки. 1938 год.
Предоставлено Altapress.ru.

На смену одной тайне приходит другая

Стремление вернуть биографию участнице двух мировых войн Елене Поляк поддержала начальник архивного отдела администрации Заринского района Наталья Иль. Она установила, что, по документам архивного фонда отдела здравоохранения Сорокинского райисполкома, Поляк Елена Иосифовна действительно работала врачом в Сорокино. Сначала в штате райздравотдела, затем врачом-ординатором и заведующей районной амбулаторией, что и подтверждается ведомостями выдачи заработной платы с октября 1941 по декабрь 1942-го включительно.

Непонятно было одно — как и когда Поляк из Эстонии попала в Алтайский край.

У исследователей мелькнула мысль: может быть, поискать сведения о ней и ее родителях как репрессированных и высланных в Барнаул или Бийск?

Тамара Дмитриенко,
корреспондент altapress.ru:

Вместе с тысячами других поляков на Алтай была депортирована семья будущего президента Польши Войцеха Ярузельского, отца которого арестовали перед самой войной, 14 июня 1941 года, по обвинению в службе в Белой армии в годы гражданской войны в России. А разве судьба провизора Иосифа Поляка не могла быть похожа на судьбу Владислава Ярузельского? Может, он тоже попал на лесоповал в глухой сорокинской тайге?

Санитарный поезд № 67.
Предоставлено Altapress.ru.

Становятся известны секреты послужного списка

В свой день рождения в середине января 2020 года Михаил Петров получил ценный подарок — пакет из Посольства РФ в Эстонской Республике. Первый секретарь посольства Максим Лагуто с просьбой ссылаться при публикации на архив Минобороны переслал фотографию Елены Поляк и копию ее послужного списка.

Всего три странички из некоего формуляра позволили представить жизненный путь Елены Иосифовны в целом. Первым местом ее работы в должности младшего врача указан санитарный поезд № 67Б.

Михаил Петров,
журналист:

Я сделал запрос в Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА) насчет поезда, а тем временем в поисках духовника санитарного поезда обратился к старинному приятелю Александру Дормидонтову, держателю Русского архива. Дормидонтов, спасибо ему, подсказал мне обратить внимание на княгиню Ольгу Щербатову (1857, Санкт-Петербург — 1944, Париж).

Графиня Ольга Александровна Щербатова (в девичестве — Строганова).
Предоставлено Altapress.ru.

Ольга Александровна — последняя в роду графов Строгановых, писательница, меценатка, путешественница. В начале Первой мировой войны она открыла в семейном имении Васильевское больницу для раненых и приюты для детей-сирот погибших воинов, а также реабилитационный центр для увечных солдат. На свои средства Щербатовы организовали в 1914 году санитарный поезд, состоявший из 20 вагонов. Номер поезда 67! Вместе с поездом княгиня Ольга Александровна с младшими детьми Еленой и Георгием отправились на фронт. Неожиданный поворот!

Но спустя месяц из РГВИА пришел неутешительный ответ: фондов Полевого подвижного госпиталя № 67, военно-санитарных поездов № 67 и 167, литерных подвижных госпиталей, санитарных поездов с № 67А и № 67Б времен Первой мировой войны на хранении в архиве не имеется.

Из ответа РГВИА:

«В первые месяцы 1917 года (время начала трудовой деятельности врача Елены Поляк) существовал только санитарный поезд № 67 княгини Щербатовой. Фонда этого поезда на хранении в РГВИА также не имеется.

Не исключено, что санитарный поезд № 67Б был создан на базе РОКК (Российского общества Красного Креста), но относился к Красному Кресту, вновь образованному уже при советской власти.

Изучением описей 1, 2, 2 доп., 3−13 фонда 12651, Главное управление РОКК, какой-либо информации о враче Поляк Е. И., ее послужном списке не обнаружено».

Ярцевская фабричная больница.
Предоставлено Altapress.ru.

Пришло время для чудес

Следующим местом самостоятельной трудовой деятельности с августа 1918 по декабрь 1920 года в послужном списке Елены Поляк указаны «Дом принудительных работ Ч.К.А.» и городская больница Смоленска — ординатор глазного отделения. Потом два года работы врачом в Киевской глазной клинике и снова Смоленск — Ярцевская фабричная больница (окулист и санитарный врач). Затем фабричная больница бумагопрядильной и самоткацкой фабрики Воскресенской мануфактуры. С 1925 по 1927 год Поляк — окулист в Московском здравотделе.

Михаил Петров,
журналист:

Дальше начинаются чудеса: с декабря 1927 года по декабрь 1930-го Поляк работает окулистом в глазной клинике в Берлине. С января 1931 по июль 1935-го — в больничной кассе в Ченстохове (Польша), затем год в глазной клинике в Варшаве и еще один год в больничной кассе Калиша (польский город недалеко от Лодзи).

С декабря 1937 по сентябрь 1939 года Елена Иосифовна уже в Верхней Силезии. Конкретное место работы не указано, упомянут только Домбровский (Домбровецкий — так в оригинале) угольный бассейн. С октября 1938 года это весьма горячее место, учитывая захват Польшей Тешинской области. И тут новый поворот истории: с января 1940 года Поляк одновременно и окулист в поликлинике НКВД, и заместитель главного врача белорусского Пинска. В июле 1941 года она уже на другом конце Союза — в Сорокинском районе Алтайского края — трудится межрайонным окулистом.

Бумагопрядильная и самоткацкая фабрика Воскресенской мануфактуры. Наро-Фоминск.
Предоставлено Altapress.ru.

Возникает польско-германская «непонятка»

На всякий случай Петров проконсультировался насчет польско-германской «непонятки» из послужного списка Поляк с бывшим зампредом КГБ Эстонской ССР Владимиром Поолем.

Владимир Пооль:

Ничего странного в этом нет. В это время Германия и СССР дружили, у них был общий интерес. Немецкие военные секретно обучались в советских военных училищах. А Советский Союз взамен получал для индустриализации страны немецкие промышленные технологии.

Бывший сотрудник КГБ прояснил предполагаемую разведдеятельность Поляк.

Владимир Пооль:

Тысячи немецких специалистов работали на советских заводах, а советские обучались на немецких. В Германии в это время даже работали советские школы и больницы. Поляк была военврачом и к тому же, по всей вероятности, если не сотрудницей НКВД или ГРУ, то их агентом. Заодно с врачебной деятельностью (хорошее прикрытие!) выполняла спецзадания.

Михаил Петров,
журналист:

При всех вроде бы нелогичных перемещениях по Европе и Евразии допущение работы на ГРУ или НКВД ставит все на свои места, и если работа в Берлине может быть хоть как-то объяснена с гражданской точки зрения, то Польшу можно объяснить только работой под прикрытием. В 1938 году в Польше не было и быть не могло больниц для советских граждан.

В наградном листе указано, что Поляк была призвана в армию 21 июня 1941 года, а в послужном списке — 21 июня 1943 года. Однако вспомним, что в списке призывников 1943 года Сорокинского РВК ее имени нет. Объяснения этому пока отсутствуют, как нет объяснения и тому, кто и когда изъял из архива свидетельство о благонадежности, фотографии Елены и кондуитный список отца. На это еще предстоит найти разумный ответ.

Петров и Дмитриенко продолжают расследование и надеются, что благодаря этой публикации откликнется кто-то из потомков алтайских медиков, работавших с Поляк, или ее юных пациентов — детей войны.

Факт

На своих электронных ресурсах ЦАМО и Минобороны даже по истечении срока хранения многих документов (75 лет) закрывают не только военные тайны, но и, например, домашние адреса героев в наградных листах.

Михаил Петров, Тамара Дмитриенко

Фото ЦАМО РФ, Михаила Петрова и из открытых источников.

Важные новости, обзоры и истории Всегда есть, что почитать. Подпишитесь! Vkontakte Odnoklassniki Telegram

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Рассказать новость