Жизнь

Особенности национального самолечения

67-летний Евгений Зосимов и зимой, и летом бегает в алюминиевых катушках и утверждает, что с их помощью можно иметь недюжинные силы и излечиваться от всех болезней.

Дверь открыл улыбчивый, стройный живчик. В свои 67 он очень хорошо смотрится. Бодр.

Комната, в которую я попала, была больше похожа на мастерскую инопланетянина. На стенах были нарисованы какие-то загадочные знаки. На самом почетном месте в комнате, мало похожей на жилую, лежали знаменитые алюминиевые катушки. Для головы, для живота, для ног…

О шерстяной нитке, лошади и туберкулезе

— Все началось с шерстяной нитки, — рассказывает Евгений Георгиевич. — Как-то отчим сорвал на сенокосе руку, она у него болталась, как маятник. Мать завязала ему на запястье шерстяную нитку. Потом пацаном я сам несколько раз руку сбивал. Надевали шерстяную ниточку — и быстро все проходило.

Я уже тогда над этим браслетом задумался. Следущий яркий пример из юности. Учился на геолога-топографа и проходил практику в Казахстане. Рядом с нами жил студент педагогического института. Был он худой, длинный и дохлый — туберкулезник. Как-то раз я утром встал очень рано. Смотрю, старик ведет лошадь с плоским седлом. И вот к седлу привязывают руку этого дохлого парня. Я всмотрелся: джигитировать, что ли, будут? Смотрю, он держится за седло, потихоньку идет, потом вместе с лошадью побежал, старик на лошади за ним. Обратно дед вел двух лошадей, а туберкулезник пластом лежал на седле.

На следующий день я снова встал пораньше и опять стал свидетелем странной церемонии. Теперь я уже заметил, что парню дают что-то выпить, а потом три-четыре раза обвязывают толстыми вожжами вокруг. Так же обматывают и лошадь.

Разобрало меня любопытство, подошел, спросил: «Что это с тобой делают?»

— Лечат, — ответил он, — бегу до тех пор, пока искры из глаз не посыплются… Я долго тогда разговаривать не стал, боялся заразиться туберкулезом, но обертывание вожжами запало в душу. Потом мы уехали. А осенью я встретил этого студента и не узнал. На лице вместо смертельной черноты сиял румянец.

— Что, изменился? — засмеялся он. — Вот, вылечили меня!

После этого случая студент Зосимов стал расспрашивать стариков о секретах народной медицины.

— Ребята шли на вечерки, а я на вечерки к старикам, — шутит собеседник. — Ездили мы много, и везде я узнавал что-нибудь новое. Как-то в Северном Казахстане один казах, у которого разболелась поясница, набрал проводов, приложил к пояснице, потом платком шерстяным перетянул. После этого сел на лошадь. Не успела лошадь пять-шесть шагов сделать, он выпрямился и молодецки подмигнул. Все, боль как рукой сняло.

Первая катушка

Если на Исаака Ньютона падало яблоко, то Евгения Зосимова перед его открытием ударило током. В ту пору ему было 40 лет. Тогда Зосимов бросил инженерную работу. Работал плотником, штукатуром, грузчиком. Вскоре заболели руки, коленки, почки. Вот тут и вспомнились шерстяные ниточки. «Надо бы завтра перевязать поясницу несколько раз», — подумал он как-то раз по дороге к мясокомбинату, где работал грузчиком. На работе в тот день им выдали халаты без пуговиц.

— Кто-то веревками подвязался, а мне не досталось. Потом один проволоку нашел, перетянулся, другой тоже. Я иду, смотрю, кусок высоковольтной алюминиевой проволоки лежит, метров 12. Недолго думая, я отрубил ее камнем и затянулся на восемь-девять витков. Другие уже зашли в холодильник. Чтобы не потерять их, я побежал. Рампа высокая, я прыгнул наверх. А меня вдруг электричеством как жиганет по позвоночнику!.. От можжечка до копчика, аж присел.

«Вот это здрасьте», — задумался я. Потихоньку тыльной стороной ладони по лестнице стукнул — нет в ней электричества. Потом привстал — током не бьет. Два раза шагнул, и вдруг стало очень легко, плечи расправились. Как же так? У меня же был радикулитный ревматизм, до этого три дня работали по 10 часов. А тут ноги просто отрывались от земли. И тут до меня дошло, что на мне алюминиевая катушка, что я в контуре нахожусь. Нашел ребят, начал рассказывать, они не поверили, посмеялись.

Вечером Евгений Зосимов, рассказав жене о случившемся, ретиво принялся за изготовление катушки. Достал картон, сделал обруч для удобства, на нем 40 витков и пошел на испытания. Прошелся до пятого этажа — никаких ощущений. Тогда он оставил на картоне 30 витков — опять ничего. И только когда дошел до 18, появилось то самое ощущение легкости, когда ноги бегут вперед тебя. Плечи снова разогнулись, во всем теле легкость и свежесть появились.

После испытаний Евгений Георгиевич стал ходить на работу в катушке. — Доски кидал как солому, сила невиданная появилась, дыхание стало хорошим, и вообще не уставал.

Но единоличное счастье нашего героя не устраивало. Он вовсю пропагандировал свое изобретение среди других грузчиков. Те добродушно посмеивались: «Хватит одного модернизированного».

Неутомимый изобретатель несмотря на смешки, продолжал испытания. Небывалой активности на работе ему было мало. Возвращаясь, он надевал катушку и начинал бегать кросс.

— В катушке бегу — сердце бьется, как флаг на ветру. Лечу. Катушку снимаю, 40 метров пробежал — и все, сердце бум, бум, бум… А с катушками дышишь: ха-ха-ха!

Домашние стали смотреть на него с тревогой.

— Ты скоро с катушек съедешь с этой катушкой, — озаботилась жена. — У тебя просто самовнушение…

Согнулся, как крючок…

Это было посильнее удара током. Как-то утром, привычно надевая катушку и натянув ее уже до коленок, бийский кулибин с ужасом увидел, что-то, чем раньше можно было подпирать потолок, вдруг согнулось как крючок.

Задумался Евгений Георгиевич: «Это как же понимать?»

На следущее утро все повторилось.

— Иду на работу, думаю, что за идиотство?! Уже мужикам про катушку не говорю. Наоборот, думаю, если кто попробует ее надеть и увидит эффект — еще поколотит.

Но через несколько дней Зосимов успокоился, увидев, что досадный момент бывает только при надевании катушки.

Хождение по Москве

— Катушку надо изучать, — не уставал повторять Зосимов. Прокрутившись в алюминиевых витках полтора года, он приехал в крайздрав Барнаула. Там посмеялись и послали его… в Москву. Там, в институте физкультуры и спорта, бийскому чудаку тоже дали от ворот поворот: «Мы здесь допингами не занимаемся, а твоя катушка — самый натуральный допинг».

Вскоре московская тропка привела Георгиевича в институт труда и профтехзаболеваний.

— В маленьком кабинете собрались пятнадцать человек, — вспоминает собеседник. — Начал рассказывать обо всем по порядку. Как дошел до «крючка», они все разом как грохнут! Один молодой, широкоплечий, расстолкав всех, с громким смехом мне говорит:

— Послушай, вот ты в Москву приехал с Алтая. Понимаешь, из глубинки все сюда приезжают, чтобы показать: во (тут он красноречиво согнул руку в локте), а ты нам про «крючок». Сказал и с хохотом выбежал за дверь.

«Все, — думаю, — приехал». А потом один старикан говорит: «Подождите! Если есть отрицательное, можно дойти и до положительного. Давайте искать». Тут все заговорили серьезно, у меня от сердца отлегло.

«А знаете что, — предложил я. — Давайте, я буду голодом испытывать ее свойства. Буду два месяца сидеть на кипяченой воде и при этом работать». Они покачали головой и отправили меня в институт голодания. Сначала хотел поехать голодать в Бийск, но мне отсоветовали: «Там психология людей будет на тебя влиять».

Голодовка в катушке

Голодать Евгений Георгиевич отправился в Новороссийск. Вписался там в строительную бригаду и 72 дня работал, живя на одной кипяченой водичке. За ним наблюдали медики и психологи.

— Как-то день на пятидесятый отправился я в душ на второй этаж, а катушки снял. И еле-еле поднялся. После душа надел катушку, две минуты посидел — и 20 раз белкой вниз-вверх.

Когда я вернулся в Москву, во мне было 46 килограммов вместо былых 78. Профессора меня хлопали по плечу". Ну, ты заварил кашу, — сказал один. — Сотни профессоров под ноготь загнал".

Волшебство продолжается

— Вернувшись из Москвы, я на семь лет прижал хвост, — говорит Зосимов. — Решил, пусть профессора теперь занимаются…

Сам бийский уникум продолжал носить катушки, бегая вприпрыжку, как молодой.

Но мятежная душа в конце концов не выдержала. Не дождавшись научных статей о своем ноу-хау, Зосимов решил снова стать подопытным кроликом, но теперь записывать наблюдения в свою тетрадку.

Для того чтобы лучше познать свойства металла, он даже выучился на сварщика. Приходил на занятия с алюминиевой катушкой на голове.

— Когда обмывали корочки сварщика, ребята решили меня накачать. У меня норма 400 граммов, но тут я пошутил: «Ребята, пьем вволю: катушка надета, не упаду». И они давай меня накачивать…

Но после лошадиной дозы (я выпил около двух литров водки) я пришел домой и еще сходил за хлебом. Мать, внимательно смотрящая за мной, успокоилась: «Вижу, что не перепил». И тут я снимаю катушку, и пол несется мне навстречу…

В своих испытаниях он становился все более бесстрашным и одержимым. Так, когда он решил испытать катушку на сердце, то «ляжки бисером 40 минут дрожали». Но он катушку не снял, так в ней и спал.

Кролик-одиночка

Домашние в конце концов не вытерпели и разъехались с Евгением Георгиевичем. Жена Нина Павловна, дочь Антонина и две ее дочки сегодня живут в квартире по соседству.

Узнав о цели моего приезда, Антонина усмехнулась: «Дай Бог, если это и правда серьезное изобретение. Он уже 25 лет только этим живет. Не до мамы стало, не до детей, которых трое. Дочь Зосимова смиренно вздохнула: «На все Божья воля. Циолковский, говорят, тоже со странностями был…»

В соседней комнате кашляла Нина Павловна, жена Евгения Зосимова.

— Нет, его катушками мы не лечимся, — снова усмехнулась Антонина, — предпочитаем обыкновенные лекарства.

Когда, приходя ужинать, отец начинает говорить о катушках, всем становится не по себе.

Чувствуя на себе колющие взгляды людей, чудак-одиночка продолжает изучать и носить катушки. Проволоку ему приносит знакомый электрик. Для катушки на поясницу он берет провод диаметром от 2,6 до 3 миллиметров, потом делает 21 виток по картону, отступая по 7 миллиметров между витками. Для закорачивания концов друг с другом используется мягкая медная проволока.

— Самое главное, чтобы проволока не была пережженной, — утверждает изобретатель.

В заветных катушках он ест, спит, смотрит телевизор, надевает их и на поясницу и на голову, и на ноги — по самочувствию. От электроприборов его не дергает, а вот если идет под высоковольтной линией, голову сильно печет… Катушка по его словам, лечит во сне, но более мягко. А наибольшую энергию дает во время движения. Чем больше в ней даешь себе нагрузки — тем лучше.

Сегодня Зосимов может много рассказать о биополе. Он уверен, что его катушки концентрируют и усиливают энергию биополя. Недавно наш герой хотел еще выучиться на медика, но над ним посмеялись: «Зачем это тебе на старости лет?»

Ученые вновь заинтересовались

— Человек он, конечно, со странностями, но себя очень здорово этими катушками лечит, — поделилась соседка Зосимова по подъезду. Зосимов вылечил сердце, остеохандроз, ревматизм. Недавно заболела шея — опять помогла катушка. Боли в желудке появились. Как уколы надел катушку — прошли. По словам Зосимова, три женщины уже благодарили его за идею с катушкой. Одна вылечила желудок, другая ревматизм. Правда, у каждой на катушке было свое количество витков.

На днях Евгений Зосимов рассказал о своем изобретении в Горно-Алтайске на заседании общественного клуба «Природа, человек, здоровье». По сообщению газеты «Поскриптум», доктор физико-математических наук Геннадий Михайличенко положительно отнесся к изобретению и предложил его испытать на добровальцах из числа членов общественного клуба.

Только самые важные новости сайта altapress.ru! Никакого спама. Подпишитесь!

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Загрузка...
Новости партнеров
Загрузка...
Рассказать новость